ВТОРЖЕНИЕ

 

Франсуа Фюре, французский историк:

«С осени 1939 года страна Сталина стала в Европе предметом почти всеобщей ненависти. Ее ненавидели и старые враги, и старые друзья: первые укрепились в своих чувствах, вторые были обмануты в своих лучших надеждах… И вот вторжение 22 июня 1941 года мгновенно превращает палача в жертву. Советский Союз оказывается в демократическом лагере, бок о бок с Англией, а вскоре и с Соединенными Штатами. В течение нескольких месяцев масштабы немецкого вторжения, свирепость и зверства нацистов, ожесточенность русского сопротивления превратили Советский Союз в страну-мученика и в надежду на освобождение Европы»

 

Из дневника генерала Франца Гальдера, начальника Генштаба сухопутных войск вермахта, 1941 год:

«Наступление германских войск застало противника врасплох. Военные порядки противника в тактическом отношении не были приспособлены к обороне… Гитлер на совещании вермахта заявил: «Нам недостаточно просто разбить русскую армию и захватить Ленинград, Москву, Кавказ. Мы должны стереть с лица земли эту страну и уничтожить ее народ»

 

 

Георгий Федотов, историк, философ, 1936 год:

«Новый советский патриотизм есть факт, который бессмысленно отрицать. Это есть единственный шанс на бытие России. Если он будет бит, если народ откажется защищать Россию Сталина, как он отказался защищать Россию Николая II, и Россию демократической республики, то для этого народа, вероятно, нет возможности исторического существования. Придется признать, что Россия исчерпала себя за долгий тысячелетний век и, подобно стольким древним государствам и нациям, ляжет под пар на долгий отдых или под вспашку чужих национальных культур.

Еще очень трудно оценить отсюда [из эмиграции] силу и живучесть нового русского патриотизма. Он очень крепок у молодой русской интеллигенции, у новой знати, управляющей Россией. Но так ли силен он в массах рабочих и крестьян, на спинах которых строится сталинский трон? Это для нас неясно. Сталин сам, в годы колхозного закрепощения, безумно подорвал крестьянский патриотизм, в котором он теперь столь нуждается. Но и сейчас, в горячке индустриального строительства, он губит патриотизм рабочих, на котором создавалась Советская республика. Мы с тревогой и болью следим отсюда за перебоями русского надорванного сердца. Выдержит ли?..

Вот почему… так бессмысленна сейчас политическая арифметика, сложение плюсов и минусов возможных результатов. Там, где одна из возможностей есть смерть России, расчеты смолкают.

Кто не с Россией в эти роковые дни, тот совершает – может быть, сам того не сознавая – последнее и безвозвратное отречение от нее»

 

Из германской статистики 1941 года:

Минский «котел»:

Захвачено 330 тыс. пленных с 3 тыс. танков, 2 тыс. орудий.

Смоленский «котел»:

Захвачено 310 тыс. пленных с 3 тыс. танков, 3 тыс. орудий.

Киевский «котел»:

Захвачено 665 тыс. пленных.

Брянский «котел»:

Захвачено 660 тыс. пленных с 1,2 тыс. танков, 5,4 тыс. орудий.

 

Иосиф Сталин, 28 июня 1941 год:

 

«Ленин нам оставил пролетарское Советское государство, а мы его просрали»

 

 

Из директивы Иосифа Сталина командующим фронтами, сентябрь 1941 года:

«…В наших стрелковых дивизиях имеется немало панических и прямо враждебных элементов, которые при первом же нажиме со стороны противника бросают оружие… и увлекают за собой остальных бойцов. В результате подобных действий… дивизия обращается в бегство… Подобные действия имеют место на всех фронтах… Беда в том, что твердых и устойчивых командиров и комиссаров у нас не так много… Приказываю: …В каждой стрелковой дивизии иметь заградительный отряд из надежных бойцов численностью не более батальона»

 

 

ПРИФРОНТОВАЯ СТОЛИЦА

 

Из дневника московского журналиста Николая Вержбицкого, 1941 год:

«18 октября.  Кто автор всего этого кавардака, повального бегства, хищений, смятения в умах? …Кругом кипит возмущение, громко говорят, кричат о предательстве, о том, что «капитаны первыми сбежали с кораблей» да еще прихватили с собой ценности… Истерика наверху передалась массе. Начинают вспоминать и перечислять все обиды, притеснения, несправедливости, зажим, бюрократическое издевательство чиновников, зазнайство и самоуверенность партийцев, драконовские указы, лишения, систематический обман масс, газетную брехню подхалимов и славословия… Страшно слушать. Говорят кровью сердца… В очередях драки, душат старух, давят в магазинах, бандитствует молодежь, а милиционеры по 2-4 слоняются по тротуарам и покуривают. «Нет инструкций…» …Кто навязал нам этот позор? Люди, которые первые трубили о героизме, несгибаемости, долге, чести…»

 

Из отчета Дж. Рассела, сотрудника английского посольства в Москве, 26–31 октября 1941 года:

«Уже сейчас они [жители Москвы] спрашивают, почему должны рушится их дома и гибнуть близкие ради спасения шкуры правительства, навязавшего ему четыре пятилетки, а теперь неспособного обеспечить достаточное количество боеприпасов, чтобы не пустить немцев в Москву. Двадцать лет у нас не было масла, а теперь у нас нет пушек»

 

Генерал Макфарлейн, представитель Британской военной миссии в Москве, телеграмма в Лондон, февраль 1942 года:

«Положение с продовольствием [в Москве] тяжелое… отмечены случаи смерти от истощения среди старых и немощных людей. Однако у населения в целом, особенно у детей и молодежи, видимых признаков недоедания не наблюдается. Русские люди обладают удивительной способностью существовать на одном хлебе…

Фактически единственное место здесь, где можно услышать ропот, это очереди за продуктами… Это недовольство, однако, проявляется гораздо слабее, чем перед Новым годом, и тот факт, что Сталин, являющийся поистине национальным героем, и его ближайшее окружение не оставили Москву в дни кризиса, значительно усилил позиции правительства.

Среди населения.., особенно среди молодежи, еще очень сильно влияние идеализма, соединенное с весьма реальной гордостью за свое первое социалистическое государство… Это уже не фанатики, а очень искренние приверженцы, и они представляют большую силу, служащую значительным противовесом недовольным и разочарованным…

Продовольственная ситуация в настоящий момент представляет наибольшую угрозу для России, и эта угроза вполне реальна»

 

 

ПОВСЕДНЕВНОСТЬ ВОЙНЫ

 

Юрий Нагибин, будущий писатель, из дневниковых записей, 1942 года:

«Все движется между двух полюсов: расхлябанностью и ужасным, невероятным трудом, никому другому, кроме русского человека, неподсильным»;

«Рассказ Татаринова:

… Я ходил по лесу в тылах 52-й армии. Устал как собака. Выхожу к деревеньке. Деревеньки, собственно говоря, нет, немного навозу сбоку от дороги и две-три печные трубы. Вижу, землянка, вход завешен плащ-палаткой. Пересыльный санитарный пункт. А холод, метель, – что делать? Я так устал, нахолодался, что решил зайти туда, переночевать. Захожу. Мерцает коптилочка, санитарка и человек двадцать раненых, тяжело. Стонут, скулят. А запах! Вонь такая, что свет меркнет. У одного перебита держательная пружина, и он все время валит в бинты, и скулит при этом. Гной, гниение. Каждые пятнадцать минут кто-нибудь умирает. Если он близко от выхода, девушка его выносит, вернее, вытаскивает за ноги, а если в глубине палатки, так оставляет. У нее весь фартук в крови и в лимфатических выделениях, а лет ей девятнадцать. Но в землянке тепло. Я хватил винища и заснул. Проснулся в восемь. Вонища такая, что я даже вспотел. Этот, который в бинты валил, умер. Остальные распустились – смердят и стонут. Я выбрался и от воздуха почти лишился чувств»;

«У калитки старая дочь прощается с дряхлой матерью. У дочери желтые волосы с сединой, перекошенное морщинами лицо. За плечами большой мешок, в руке посох. Мать с тоскливо-вопросительным, как у большинства глухих, взглядом смотрит на дочь. Та говорит громким, дрожащим голосом:

– Прощай, мать, может, убьют тебя… Бомбов, бомбов, я говорю, много бросают.

Мать слушает и не понимает. Дочь приближает губы к самой ее ушной раковине, повторяет эти слова. Но мать не слышит. Дочь машет рукой и уходит по дороге…»

 

Николай Черкашин, капитан 1 ранга, из рассказа о матери:

«А студентка Первого меда отправилась под Сталинград, где работала врачом в лагере военнопленных немцев. Лагерь располагался в заснеженной степи где все было выжжено войной, кроме врытых в землю бетонных засолочных чанов, где в мирные годы квасили капусту. В них, как сельдей в бочках, разместили пленных солдат, спасая их и без того помороженных от лютых морозов. Однако от тифа не спасли. И юный врач Женя Соколова спускалась по приставной лестнице на дно этих воистину адских котлов, где в тифозном жару и тифозных вшах умирали ее пациенты. В белом халате она казалась им ангелом, спустившимся на дно преисподней. Они так и звали ее – «фрау Энгель», совали ей фотографии своих жен и детей, как будто она могла спасти их от вдовства и сиротства. А она сама вскоре свалилась в тифозном бреду. Выжила чудом».

 

Песни войны

 

 

БОИ 1941-ГО

 

Из рассказа немецкого солдата о советской  контратаке под Киевом, 1941 год:

«С расстояния в 600 метров мы открыли огонь, и целые отделения в первой волне наступающих повалились на землю… Уцелевшие одиночки тупо шли вперед. Это было жутко, невероятно, бесчеловечно. Никто из наших солдат не стал бы в одиночку двигаться вперед… Первые три волны были уничтожены нашим огнем… Натиск четвертой волны был более медленный: люди прокладывали путь по ковру трупов… Количество, продолжительность и ярость этих атак совсем истощили и испугали нас… Если Советы могут позволить себе тратить столько людей в попытке ликвидировать незначительные результаты нашего наступления, то сколько раз они будут атаковать, если объект будет действительно важным?»

 

Николай Никулин

«Шло глупое, бессмысленное убийство наших солдат. Надо думать, эта селекция русского народа — бомба замедленного действия: она взорвется через несколько поколений, в XXI или XXII веке, когда отобранная и взлелеянная большевиками масса подонков породит новые поколения себе подобных» читать дальше

 

Семен Гудзенко

«Когда на смерть идут – поют,

а перед этим

можно плакать, –

Ведь самый страшный час в бою –

час ожидания атаки.

Снег минами изрыт вокруг

и почернел от пыли минной.

Разрыв –

и умирает друг.

И, значит, смерть проходит мимо.

Сейчас настанет мой черед.

За мной одним

идет охота.

Будь проклят

сорок первый год,

ты, – вмерзшая в снега пехота!

Мне кажется, что я магнит,

что я притягиваю мины.

Разрыв –

и лейтенант хрипит.

И смерть опять проходит мимо.

Но мы уже

не в силах ждать.

И нас ведет через траншеи

окоченевшая вражда,

штыком дырявящая шеи.

Бой был коротким.

А потом

глушили водку ледяную,

и выковыривал ножом

из-под ногтей

я кровь чужую».

 

1942 год

 

 

ОСОБЕННОСТИ ВОСТОЧНОГО ПОХОДА

 

Из приказа генерал-фельдмаршала Вальтера фон-Райхенау «О поведении войск на Востоке», 1941 год:

«…Перед войсками возникают задачи, выходящие за рамки обычных обязанностей воина…

Снабжение питанием местных жителей и военнопленных является ненужной гуманностью…

Войска заинтересованы в ликвидации пожаров только тех зданий, которые должны быть использованы для стоянок воинских частей. Все остальное, являющееся символом господства большевиков, в том числе и здания, должно быть уничтожено. Никакие исторические или художественные ценности на Востоке не имеют значения…

Пассивность многочисленных антисоветских элементов, занимающих выжидательную позицию, должна быть ликвидирована путем разъяснения, и они должны быть привлечены к активному сотрудничеству в борьбе против большевизма. Если они не идут на это, пусть не жалуются на то, что с ними обращаются как с приверженцами советского строя»

 

Адольф Гитлер, лето 1941 года:

«Мы обязаны истребить население – это входит в нашу миссию охраны германского населения. Нам придется развить технику истребления населения. Если я посылаю цвет германской нации в пекло войны, то я имею право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются как черви»

 

Герман Геринг – министру иностранных дел Италии Чиано, ноябрь 1941 года:

«В этом году в России умрет от голода от 20 до 30 миллионов человек. Может быть, даже хорошо, что так произойдет, ведь некоторые народы необходимо сокращать»

 

Генрих  Гиммлер, рейхсфюрер СС:

«Если 10 000 русских самок упадут замертво, копая противотанковый ров, меня это заинтересует только в том смысле, сколько они успели сделать для Германии»

 

 

Из дневника Марии Волошиной, 1944 год:

«Кто жил в эти дни – без слов знает все. А грядущие поколения (и дай, Господи) никогда не поймут наших потерь, наших жертв, наших трагедий, обиды и боли, ужаса и сиротства, насилия и беспомощности, лжи и трусости, мелкоты падения и героических неведомых подвигов. О героях будут писать. А о маленьких повседневных безысходностях знают только те, кто их пережил»

 

 

ТАКТИКА «ВЫЖЖЕНОЙ ЗЕМЛИ»

 

Из приказа Верховного Главнокомандующего Иосифа Сталина, ноябрь 1941 года:

«Опыт последнего месяца войны показал, что германская армия плохо приспособлена к войне в зимних условиях, не имеет теплого одеяния и, испытывая огромные трудности от наступивших морозов, ютится в прифронтовой полосе в населенных пунктах…

Ставка Верховного главнокомандования  ПРИКАЗЫВАЕТ:

…Разрушать и сжигать до тла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40-60 км в глубину от переднего края и на 20-30 км вправо и влево от дорог.

Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствами…

При вынужденном отходе наших частей на том или другом участке уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не мог их использовать»

 

Из инструкции Генриха Гиммлера войскам СС, 1943 год:

«Следует достичь того, чтобы при оставлении части территории… там не оставалось ни одного человека, ни одной головы скота, ни одного центнера зерна, ни одного железнодорожного рельса, чтобы не оставался ни один дом, не было бы шахты, не разрушенной на многие годы, не было бы ни одного не отравленного колодца»

Из передовой статьи центральной нацистской газеты «Фелькишер беобахтер», сентябрь 1944 года:

«Ни один немецкий стебелек не должен стать пищей врага… Вторгнувшись, пусть он увидит: каждая тропинка разрушена, каждая дорога отсечена. Никто и ничто не выйдет ему навстречу – только смерть, руины и ненависть»

 

 

РАЗВОРАЧИВАЕТСЯ ЭВАКУИРОВАННОЕ ПРОИЗВОДСТВО

 

Из воспоминаний о 1941 годе авиаконструктора Александра Яковлева:

«Новые крупные корпуса, строительство которых шло в 30–40-градусные морозы, осваивали по частям. Покрывали что-то крышей, отгораживали площадку стеной, ставили станки. Шли дальше, а станки начинали работать.

20 декабря. Станки устанавливают в цехах одновременно с возведением стен.

Начинают выпускать самолеты, когда еще нет окон, крыши. Снег покрывает человека, станок, но работа продолжается. Из цехов никуда не уходят. Здесь и живут. Столовых еще нет. Где-то есть раздаточная, где выдают что-то похожее на суп»

 

Из воспоминаний о 1941 годе наркома авиапромышленности Алексея Шахурина:

«Установили жилую норму: 1,5-2 кв. м на человека. Заняли под жилье две школы, клуб. Вблизи завода поставили брезентовые палатки… и в них тоже поселили прибывших. Трудности не ограничивались жильем. Многие шли на заводы пешком 12-16 км. С транспортом тяжело. Недоставало одежды и обуви. Плохое, если не сказать больше, было питание…

Не хватало металла для бензиновых баков – стали изготовлять их из дерева. Деревянный бак обтягивали резиной и устанавливали на самолет»

 

США: «ИЗОЛЯЦИОНИСТЫ» И БЕЛЫЙ ДОМ

 

Сенатор Г. Уиллер, из выступления по поводу введения выборочной воинской повинности, август 1940 года:

«Введите воинскую повинность, и у нас больше не будет свободной страны – испуганный шепот заменит свободу речи, гражданин не сможет выразить свое несогласие с правительством. Тайные сборища в темных углах заменят свободу собраний, и все граждане будут закованы в цепи собственного изготовления. Принятие закона заткнет рот последней великой демократии и явится самой большой и дешевой победой Гитлера. На надгробном камне американской демократии он напишет: «Здесь покоится главная жертва войны нервов»

 

Из книги Николая Яковлева «Франклин Рузвельт. Человек и политик. Новое прочтение», 1981 год:

«В начале января 1942 года у Рузвельта собрались привлеченные для подготовки ежегодного послания конгрессу. Адъютант сообщил, что министр юстиции Биддл явился с каким-то докладом. Рузвельт улыбнулся и обратился к присутствующим: «Фрэнсис ужасно обеспокоен гражданскими правами, особенно теперь. Он буквально оседлал меня, требуя не ограничивать их. Не смейтесь, не выдавайте меня, а я проучу его».

Вошел Биддл. Президент серьезно, почти торжественно произнес:

– Фрэнсис, вы кстати. Мы как раз обсуждали вопрос о гражданских правах во время войны, и я решил издать прокламацию, текст которой надлежит подготовить вам, отменяющую в значительной степени свободу слова и печати в военное время. Жаль, конечно, но я убежден, что это абсолютно необходимо, и хочу объявить об этом в своем послании.

Биддл широко раскрытыми глазами оглядел присутствовавших. Все промолчали. Он вскочил и произнес горячую речь в защиту демократических свобод. Рузвельт дал ему выговориться и только затем сказал – «шутка»

 

«Подобно двум доисторическим чудовищам, выползшим из болота, подслеповатые и хищные, две великие тоталитарные державы вцепились в глотку друг другу» (журнал «Тайм»);

«Речь идет всего-навсего о грызне собак… Нам нужно заниматься своими делами» (сенатор Д. Кларк);

«Бог мой! Неужели мы падем так низко, что будем выбирать между двумя разбойниками?» (сенатор Х. Джонсон)

«Гитлер не пугал нас больше, чем ваша Палата представителей…» (английский министр лорд Бивербрук) [Так лорд Бивербрук высказался, когда узнал, что Палата представителей Конгресса США продлила закон о выборочной (по жребию) воинской повинности в августе 1941 года большинством всего в один голос – 203 против 202]

 

Вице-президент США Генри Уоллес, 1942 год:

«После прошлой мировой войны народу США была предоставлена возможность взять на себя долю ответственности за сохранение всеобщего мира. …Народ США отказался от такой возможности… Мы были слепы к тому, что составляло наш собственный бесспорный интерес. Наши лидеры и огромное большинство нашего народа в годы после первой мировой войны намеренно вернулись к провинциальной политике, характерной для прежних времен… В настоящее время… мы пожинаем горькие плоды нашей собственной близорукости»

 

Из послания Франклина Рузвельта Конгрессу, 1942 год:

«Никакой компромисс не завершит этот конфликт. Никогда нельзя достигнуть удовлетворительного компромисса между Добром и Злом. Только полная победа может вознаградить сторонников терпимости и приличия, свободы и веры»

 

 

Франклин Рузвельт, из радиообращения к американскому народу, 1942 год:

«…В Берлине, Риме и Токио о нас говорят как о нации слабаков, «плейбоев», которые нанимают английских, русских и китайских солдат сражаться за нас. Пусть повторят они это теперь! …Пусть скажут они это матросам, дерущимся в отдаленных водах Тихого океана,.. ребятам в «летающих крепостях»,.. морской пехоте!»

 

 

ОБРАЗОВАНИЕ АНТИГИТЛЕРОВСКОЙ КОАЛИЦИИ

 

Уинстон Черчилль, из разговора со своим секретарем, 21 июня 1941 года:

 

«У меня лишь одна цель – уничтожение Гитлера, и это сильно упрощает мою жизнь. Если бы Гитлер вторгся в ад, я в Палате общин, по меньшей мере, благожелательно отозвался бы о сатане»

 

 

Уинстон Черчилль, из радиообращения к английскому народу 22 июня 1941 года:

«Нацистскому режиму присущи худшие черты коммунизма… За последние 25 лет никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нем. Но все это бледнеет перед развертывающимся сейчас зрелищем. Прошлое с его преступлениями, безумствами и трагедиями исчезает… Это не классовая война, а война, в которую втянуты вся Британская империя и Содружество наций без различия расы, вероисповедания или партии… Если Гитлер воображает, будто его нападение на Советскую Россию вызовет малейшее расхождение в целях или ослабление усилий великих демократий, которые решили уничтожить его, то он глубоко заблуждается.

…Вторжение Гитлера в Россию – это лишь прелюдия к попытке вторжения на Британские острова… поэтому опасность, угрожающая России, – это опасность, грозящая нам и Соединенным Штатам, точно так же как дело каждого русского, сражающегося за свой очаг и дом, – это дело свободных людей и свободных народов во всех уголках земного шара»

 

Из заявления американского правительства 23 июня 1941 года:

«…Любая борьба против гитлеризма, независимо от ее происхождения, ускоряет конец нынешних германских руководителей… Гитлеровская армия – сегодня главная опасность для американского континента»

 

 

 

 

 

 

ДИЛЕТАНТ — человек, берущийся за дело, всех тонкостей которого он ещё не постиг, непрофессионал, любитель, частенько попадающий впросак.

Но не так всё просто, — дилетантизм может быть и очень продуктивным. Эйнштейн говаривал: «Все уверены, что этого сделать невозможно, но вот приходит некто, который этого попросту не знает, — он‑то и делает!» Умный и веселый дилетант может смотреть на вещи шире, у него нет узости специалиста («профессионального кретинизма»). Именно дилетанты подчас делают великие и неожиданные изобретения.

 

ПРОФАН — человек, вообще ни бельмеса не понимающий в деле, за которое он вознамерился приняться (и, скорее всего, дурак — умный не влез бы в ту область, в которой совершенно не разбирается). Профан способен опорочить любую самую светлую идею (которая ему самому очень нравится) — бездумно восхищаясь ею, упрощая её до уровня своего понимания, он тем самым её профанирует (дискредитирует, порочит ее изнутри). Говорят, что идея, овладевшая массами, становится материальной силой. Да, но в самом упрощенном, искажённом до неузнаваемости — профанированном — виде.

 

ДЕМАГОГ — человек или политический деятель с хорошо подвешенным языком, ловкий и изворотливый краснобай. Лицемер, который, хорошо зная истинное положение вещей, готов извратить любые факты и оправдать любую гнусность. Он способен врать всем прямо в глаза, но предпочитает обычно говорить полуправду — это и есть основной демагогический прием..

Демагог — словесный мошенник и шулер, прикрывающий свои низменные интересы высокопарной болтовней о светлых идеалах и принципах.

 

ФАРИСЕЙ. У этого слова история древняя (хотите знать — читайте Евангелие). Сегодня фарисеем могут обозвать человека, который любит читать окружающим мораль по любому поводу, сам внешне выглядит высоконравственным и добропорядочным, но в душе (и в жизни — когда его никто не видит) так же лаком до сладких грешков, как и все мы.

 

НУВОРИШ — скоробогач, человек из «низов», который ловкостью, нахрапом, а то и насилием мгновенно сколотил себе состояние. Он опьянён своими новыми возможностями и, упиваясь властью своего богатства, думает, что деньги могут всё. Бывает несколько обескуражен, когда его не пускают в прилич­ное общество, а пустив, переглядываются у него за спиной. А как ему хочется попасть именно туда, как хочется стать своим среди этих гордых интеллектуалов и тонких, непродающихся женщин! Нувориш — гремучая смесь наглой самоуверенности и тайного чувства собственной неполноценности.

 

ФАНАБЕРИЯ — манера поведения людей неумных, но уж больно уверенных в самих себе — они агрессивно-высокомерны, громко-бесцеремонны, желают, чтобы все вокруг делалось, как их левая нога хочет. Так частенько вели себя российские купчики средней руки: «Ндраву моему не препятствуй!»

Непременная черта всех изречений таких выскочек — АПЛОМБ. Они уверены, что окружающие ценят каждое сказанное ими слово буквально на вес золота (несчастные — их презирают даже собственные лакеи и прихлебатели), а потому любую, самую глупейшую фразу они произносят обязательно с апломбом — цедя слова гордо и самодовольно.

 

ПАРВЕНЮ — вульгарный выскочка, неведомыми путями пробравшийся в аристократическое общество, неудачно пытающийся подражать тамошним изысканным манерам, «мещанин во дворянстве».

 

ПАРИЯ — человек, выброшенный из общества, отвергнутый им, презираемый всеми изгой.

 

КОКОТКА — продажная женщина, довольно дорогая проститутка (не перепутайте с кокеткой). Клиентов ловит не на уличной панели, а в ресторанах, элитных клубах, на презентациях. Предпочитает не разовые «заказы», а более или менее длительное содержание от постоянного клиента. В России таких дам называли содержанками или «камелиями».

 

ФУРИЯ — так можно назвать только женщину — постоянно злобствующую, безудержно агрессивную, откровенно и жестоко мстительную. Одним словом — ведьма.

 

На пляжах теплых морей можно встретить огороженные участки, на которых загорают и вполне культурно развлекаются абсолютно голые люди. Это — НУДИСТЫ. Когда-то, в начале ХХ века они даже сумели развернуть целое довольно массовое общественное движение под лозунгом «Долой стыд!» — группы голых мужчин и женщин появлялись с такими плакатами на улицах городов, распугивая мирных (одетых) прохожих. Со временем нудистское движение несколько успокоилось, потеряло былую агрессивность и принципиальность: всех и всегда ходить без одежек они уже не призывают, а свои пляжи и клубы устраивают, как правило, за высокими заборами.

Вот видите, — даже такие фанатики сумели освоить демократические правила человеческого обще-жития: живи, как тебе нравится, уважая при этом вкусы окружающих и не навязывая им насильно своих идей (пусть даже и самых прекрасных).

 

НАТУРИСТ — человек, убежденный в том, что жить надо в слиянии с природой, а цивилизация мешает этому. Натурист — человек, отказывающийся пользоваться достижениями цивилизации, не обращающий внимание на ее законы, запреты и приличия. Натурист предпочитает ходить пешком, чем ездить на транспорте, бродить босиком по траве, а не в ботинках по асфальту, есть сырые продукты, не носить одежду из синтетики и меха животных (убивать их человек никакого права не имеет), а когда тепло, предпочитает ходить повсюду в своем натуральном виде (т. е. голым) и т. п. В ослабленном виде натуризм становится весьма популярным в самых широких массах.

 

НЕОФИТ — новообращённый, человек, которому в какой‑то идее, вере, учении внезапно открылся «свет истины». Радостный, воодушевлённый, он ещё только осваивается в новом для себя мире, готов часами говорить о всех тонкостях новой веры, охотно и несколько навязчиво общается со своими единомышленниками. А им, давним сторонникам этого учения, восторженность неофита несколько смешна, поэтому относятся они к нему снисходительно. Неофита иногда могут назвать и по другому — ПРОЗЕЛИТ («пришелец»).

 

ОРТОДОКС. Неофит почти всегда является ортодоксом — слишком «правильным», безоговорочно верящим в каждую букву, в каждую запятую принятого им учения. Ортодокс принципиально не желает замечать, что живая жизнь шире, богаче, сложнее любых попыток её объяснить, что никакая теория или вероисповедание не может разложить всю эту жизнь по своим «полочкам». Ортодокс уверен, что если его теория и жизнь расходятся, в чём‑то не соответствуют друг другу, то надо беспощадно переделать жизнь, но ни в коем случае ничего не менять в теории.

Ортодоксального приверженца любого учения, веры могут ещё назвать РИГОРИСТ (строгий) или ПУРИСТ (чистый) — люди это, как правило, сильные, цельные, искренние, сконцентрированные, но несколько культурно недоразвитые, однобокие, ограниченные.

 

А вот ПРАГМАТИК вообще не доверяет никаким теориям (хотя для вида он может выдавать себя за сторонника любой из них). Главное для него — реальная польза, осязаемый практический результат, достижение вполне конкретных целей.

 

ЭМПИРИК тоже не верит ни в какие теории и не поверит в их предсказания до тех пор, пока не убедится в этом на собственном опыте. Эмпирик доверяет только своим глазам, ушам, рукам, языку, носу, в конце концов. Он как апостол Фома, не поверивший в воскресение Христа из мёртвых до тех пор, пока не вложил пальцев своих в раны от гвоздей на руках своего Учителя.

 

КОМИЛЬФО — это такой мужчина. Одет он строго и со вкусом, причёсан, манеры изысканные: вилку держит в левой руке, а нож — в правой, но рыбу этим ножом — ни-ни. Говорить при этом может любую чушь — не это главное, а важно, чтобы речь его была плавна и благопристойна. В общем, как говорят французы, ком иль фо — человек-как-положено. Англичане своих комильфо называют ДЕНДИ. (И комильфо, и денди в русском языке не склоняются и множественного числа не имеют.)

          

ФАТ — а это мужчина, который так хочет быть комильфо, что всё время переигрывает. А ведь в этом деле всё решает неуловимое «чуть-чуть»! Фат одет чуть-чуть слишком по моде и позы принимает чуть-чуть слишком изящные. Он никак не может освоить благородной сдержанности и чувства меры комильфо, хоть и очень старается. Убеждён, что прекрасный пол от него без ума. Фатовство — мужское кокетство перед всеми женщинами сразу. (Фат и склоняется, и число множественное имеет.)

 

Пустейший человек, громогласно, картинно и безудержно хвастающий, бахвалящийся и при этом безбожно врущий, называется ФАНФАРОН.

 

ПЛЕЙБОЙ — богатенький мужчина, которому вряд ли пришлось сильно горбатиться ради своего богатства; к деньгам поэтому относится легко (и к своим, и к чужим), ценит в них возможности пожить весело, беззаботно и с комфортом; легко относится ко всем своим проблемам (а, тем более, к чужим); считает себя ценителем красоты, любит все радости жизни, но особенное пристрастие питает к женскому полу — эдакий живчик. В прежние времена такого бы назвали БОНВИВАН.

 

Похожий человеческий тип называют иногда — ЭПИКУРЕЕЦ. При этом имеют ввиду, что этот стиль жизни человек избрал не просто для удовольствия, но еще и из принципа, подводя под него идейную, теоретическую базу.

Для подобного типа людей есть и еще одно слово-определение: СИБАРИТ. С ним (со словом) можно обращаться посвободнее: если слов «плейбойствовать», «бонвиванить» или «эпикурейничать» нет и быть не может, то из сибарита сделать глагол легче легкого: «Ишь, наелся, угрелся, разлегся тут — сибаритствует!»

 

ФИЛАНТРОП — дословно: любящий людей, но не в смысле людоед, а как раз наоборот — человек, бескорыстно, из любви к ближнему помогающий людям. По-русски — благотворитель.

 

МИЗАНТРОП — человек, испытывающий тихое отвращение не только к своим знакомым и родственникам, но и ко всему роду человеческому в целом. (Может быть, потому, что слишком хорошо знает самого себя?)

 

СНОБ — человек, который считает себя умнее, благороднее, утончённее других, презрительно относящийся к вкусам и мнениям большинства (не с ненавистью и протестом, не с желанием переубедить, а именно с холодным пренебрежением). Казалось бы, такой субъект должен жить и действовать по своим правилам, ­но — не так всё просто: истинный снобизм состоит как раз в циничном принятии тех правил и норм, которые ему навязывает презираемая им толпа.

(«Не будь снобом — не ври, когда за правду платят больше!»)

 

СТОИК — человек, непоколебимый перед всеми ударами судьбы, бесстрастно, невозмутимо и твёрдо — стоически — встречающий все жизненные передряги.

 

ЭГОИСТ — человек, который больше любит себя, чем меня (ну, и всех остальных тоже).

 

АЛЬТРУИСТ — человек, учитывающий в первую очередь интересы окружающих, а потом уже свои собственные. Быть альтруистичным выгоднее, чем эгоистичным: ведь если ты раздашь всё своё печенье друзьям, то в другой раз и они щедро поделятся с тобой своими шоколадками, а если ты съешь это печенье втихомолку один под одеялом, то придётся спать на крошках.

 

ПЛЕБЕЙ — человек низкого происхождения, явно  не  «голубых кровей»; лишен аристократической утонченности и изысканности, зато бодр, энергичен и краснощек. Слово это имело когда-то пренебрежительно-презрительный окрас, но сейчас почти полностью его утратило вместе с обнищанием и общим вырождением аристократии. Ну кого же можно оскорбить словом «плебей», когда вокруг — одни плебеи!

 

МАРГИНАЛ — человек, не имеющий точки опоры ни в себе, ни в окружающем мире, выбившийся из привычной колеи, из вчера ещё на­дёжного уклада жизни, оторвавшийся от своих корней и никак не мо­гущий найти своего места в обществе, а пока болтающийся среди более или менее устроенных людей, как цветок в проруби.

Раньше маргинальный слой общества пополнялся в основном крестьянами, от деревенской бескормицы бежавшими в города, где они, не в силах быстро приспособиться к чужой для них жизни, перебивались с хлеба на квас случайными заработками. Сейчас это чаще всего молодые ребята, не освоившие пока ещё никакого дела, или самые неквалифицированные работники, которых увольня­ют первыми, а принимают последними. Неуверенность в завтрашнем дне, отсутствие каких-либо перспектив при существующем порядке вещей делает маргинальную часть населения отличным питательным бульоном для всякого рода авантюристов, призывающих это общество разрушить до основания, а затем!… Опыт маргинальных революций, в которых, кто был «ничем», тот-таки становился «всем», накоп­лен уже большой. И в результате мы имеем, как говорится, то, что имеем…

 

ЛЮМПЕН, ПАУПЕР — те же маргиналы, но окончательно обнищавшие, опустившиеся на дно жизни, уже даже не пытающиеся бороться за место под солнцем. Главный лозунг люмпенизированных, пауперизованных групп во все времена и во всех странах: «Хлеба и зрелищ!»

 

АУТСАЙДЕР — отставший. Аутсайдером может быть и команда, отставшая от соперников в чемпионате, и страна, слишком поздно подключившаяся к современной цивилизации, и человек, не сумевший сделать себе карьеру и вообще выгодно устроиться в обществе. Аутсайдерство, впрочем, может быть и принципиальной жизненной позицией: «Если этот ваш мир не в состоянии оценить сокровищ моей души, то лучше уж я буду жить сам по себе в собачьей конуре, чем участвовать в ваших крысиных гонках за достатком и престижем!»

 

АСКЕТ — человек, озаботившийся своей духовностью так сильно, что ему уже стала мешать его телесная оболочка, — он ест лишь столько, чтобы не умереть с голоду, одевается лишь для того, чтобы не погибнуть от холода и принципиально отказывает своему организму во всех его потребностях. Постепенно тело аскета отучается от всяких желаний и перестает докучать своему хозяину.

Если человек предпочитает обходиться в жизни физиологическим минимумом, избегает удовольствий тела, презирает удобства, комфорт, — и все это из идейных соображений, то его образ жизни нужно называть не бедным, нищенским, но — аскетическим (или аскезой).

Американское слово «бизнесмен» перекочевало к нам не так давно, но как-то очень быстро здесь огрубело. Давайте пустим к нам другое — итальянское — слово НЕГОЦИАНТ. Может быть, с ним у нас что-то получится…

           

ВОЛЮНТАРИСТ — самоуверенный человек, убежденный, что всё зависит от его хотения, — если ты энергичен и целеустремлён, то весь мир у тебя в кармане! Волюнтарист не желает принимать в расчёт, что у этого мира могут быть свои законы, а у других людей — свои собственные интересы.

 

АДЕПТ — стойкий, убеждённый, активный сторонник какой‑нибудь идеи или учения. Однако язык не повернётся сказать: «Я — адепт этой идеи», даже если вы действительно убеж­дённый человек, так как в русском языке окраска этого слова не слишком благожелательна, так что адептами называют, как правило, людей, отстаивающих чуждые, неприятные нам учения.

 

РЕНЕГАТ — бывший товарищ, соратник и единомышленник, поменявший свои взгляды, убеждения и перешедший на сторону противников. Бывшие его друзья, как правило, ненавидят ренегата гораздо больше, чем своих старых, надёжных врагов.

 

РЕЗОНЕР — человек, который всегда точно знает, как надо поступать и как себя вести и даже какие желания следует испытывать в той или иной жизненной ситуации, и очень любящий резонёрствовать — т. е. важно и терпеливо, тоном, не допускающим сомнения, наставлять окружающих на путь истинный. Такого еще называют МЕНТОР (а тон, которым он изъясняется — менторским). Очень скучен (зануда).

 

ТРИВИАЛЬНЫЙ — всем давно известный, набивший уже оскомину, затасканный, избитый, пошловатый. Муж возвращается из командировки домой и находит у себя в шкафу своего хорошего знакомого — сюжет весьма тривиальный. А когда тебе с важным видом, подняв кверху указательный палец, вещают, что надо всегда говорить только чистую правду и мыть руки перед едой, — так и хочется в ответ на такую тривиальность тут же чего-нибудь соврать и сесть обедать грязным, как чушка. Такое, в общем‑то, верное, но уж больно тривиальное высказывание называется ТРЮИЗМ (по-русски говоря, благоглупость).

 

САКРАМЕНТАЛЬНЫЙ — не содержащий в себе ничего нового и оригинального, стандартный, вполне ожидаемый и уже надоевший. Дочка, возвращаясь домой поздно вечером, заранее ждет от мамы сакраментальной тирады, что, дескать, в ее годы … и т.д., и т.п. Сакраментальные фразы найдутся для вас и у любого вашего начальника («не для радости живем!»), жены («ну я же говорила!») или мужа («я денег не печатаю!») для любой жизненной ситуации.

 

БАНАЛЬНАЯ фраза, в отличие от сакраментальной, не обязательно вылетает из человека автоматически в стандартной ситуации, но она такая же скучная, плоская, и говорится она тоже «для порядка». Банальность произносится тогда, когда у говорящего нет живого чувства, своего личного отношения к происходящему, а сказать все равно что-то надо — «так положено».

          

АЛАРМИСТ — тип человека, постоянно чем-то обеспокоенного, все время ждущего, что все рухнет, что его вот-вот поймают, готовый в любой момент первым закричать «Атас!! Спасайся, кто может!!!». Происходит от французского alarm — «тревога». (По-русски — заполошный).

 

РАДИКАЛ — сторонник решительных действий. Радикальным решением проблемы можно назвать поступок Александра Македонского, который, отчаявшись развязать головоломный верёвочный Гордиев узел, разрубил его мечом.

ЭКСТРЕМИСТ — почти то же самое, что и радикал, только ещё круче. Если бы  А. Македонский был экстремистом, он, наверное, вообще сжёг бы тот храм, в котором хранился знаменитый узел.

 

Для определения крупных и резких изменений употребляются два похожих слова — радикально и КАРДИНАЛЬНО. Они очень похожи, но некоторую разницу уловить все-таки можно. Изменить что-либо радикально значит переделать это самым решительным образом, а перестроить кардинально означает изменить что-то самое главное, фундаментальную основу, самую сердцевину.

 

АБСТИНЕНТ — человек, воздерживающийся от употребления спиртосодержащих напитков. И вовсе не из-за больной печени, а — из принципа!

           

КОНФОРМИСТ — довольно неприятный тип, который ради мельчайших своих выгод готов ладить с любым начальством, оправдывать любые мерзости власть предержащих, мириться с любыми порядками (и очень удобно в них устраивающийся); приспособленец, с одинаковым усердием подлаживающийся хоть под черта, хоть под ангела. Но это всё-таки не активный и целеустремлённый карьерист, идеал конформиста — благополучие, спокойствие, комфорт, не больше.

           

НОНКОНФОРМИСТ — противоположность конформиста — человек, неспособный примириться ни с какими внешними правилами, не признающий навязываемых обществом ограничений, живущий только по своим внутренним законам и собственным принципам, соблюдающий только те ограничения, которые наложил на себя он сам. Очень тяжел в личной жизни и в соседстве.

 

МАРКИТАНТКА. Очень популярная в армии личность. Про неё даже стихи сочинили:

Бей в барабан и не бойся,

Целуй маркитантку звучней —

Вот смысл настоящий искусства,

Вот смысл философии всей!

(Генрих Гейне)

Маркитантками в старину называли бродячих торговок, повсюду следовавших за воюющими армиями — что‑то вроде наших продавщиц Военторга. Традиция звучно целовать таких продавщиц сохранилась до наших дней в армиях некоторых капиталистических государств.

 

ИНСУРГЕНТ — то же самое, что партизан — повстанец с оружием в руках, но не в военной форме со знаками различия. В случае поимки на него не распространяются международные правила обращения с военнопленными.

 

КИЛЛЕР. Killer — по английски «убийца». Но обратите внимание — мужика, отправившего ненароком на тот свет собственную тещу, киллером не назовут (много чести!). Став вполне русским, слово киллер у нас обозначает именно профессионала своего дела, специалиста-«мокрушника», наемного убийцу (который за бесплатно и мухи не обидит).

 

ПАЦИФИСТ — человек, которому легче умереть, чем убить.

 

ЭРУДИТ — человек, хранящий в памяти и готовый в любой момент выдать массу нужных (и ненужных) сведений — фактов, имен, дат, цифр. Часто сходит за умного, хотя иног­да эта способность говорит лишь о свойстве его памяти и ни о чем больше. «Эрудиция — это пыль, вытряхнутая из пустого черепа», — сказал истинный мудрец (может быть, из зависти).

 

КОСМОПОЛИТ — человек, для которого не имеет значения его национальность, для которого странно и дико смотреть на всё с точки зрения только своего народа или государства, в котором ему выпало родиться. Космополит чувствует себя одинаково хорошо (или плохо) в любой стране, а родиной своей ощущает весь земной шар; гражданин мира.

 

ДИССИДЕНТ (несогласный, инакомыслящий) — человек, открыто протестующий против существующих порядков в целом, а не только против «отдельных недостатков». В недавние времена советские диссиденты  делились на до-сидентов и от-сидентов.

 

КЛЕРК — в Англии так называется должность мелкого конторского служащего. Перейдя в русский язык, слово получило несколько обидный, пренебрежительный оттенок — мелкая чиновничья сошка, ничего не решающая пешка.

 

ФУНКЦИОНЕР. В каждой более или менее крупной политической партии или общественной организации есть люди, работающие там не только по зову сердца, но и по найму, за зарплату. Они составляют управленческий аппарат этой партии. Те из них, которые занимаются в основном организационными делами и работают на постоянной основе, называются функционерами. Но, помимо нейтрального наименования рода занятий, у слова функционер есть и слегка презрительный оттенок. Называя таких общественных, партийных чиновников функционерами, часто имеют ввиду, что люди эти на идеях своей организации попросту делают себе карьеру, собственного мнения не имеют и являются не более, чем послушными исполнителями воли партийных вождей.

 

ОРДИНАРНЫЙ человек, ум, характер — обыкновенный, ничем особенным не выделяющийся, не выбивающийся за рамки общего, среднего уровня. В конце концов, не всем же быть гениями. Ординарными могут быть не только люди, но и вина — в отличие от марочных.

 

УНИФИКАЦИЯ. Унифицировать — значит сделать одинаковым, подравнять, привести к «общему знаменателю», стандартизировать, сделать взаимозаменяемым. Понятно, что в технике унификация — дело полезное (винты с гайками в механизмах очень желательно делать одинаковыми и взаимозаменяемыми). Но техникой, к сожалению, дело не ограничивается: «У нас нэзамэнымых людей нет!» — любил говаривать великий унификатор И.В.Сталин и делал все, чтобы бывшие подданные Российской империи превратились в стандартные гайки-винтики огромной государственной машины.

 

Все мы разнообразны, и каждый абсолютно неповторим. Это верно. И тем не менее, давно замечено поразительное природное сходство самых разных людей — в характере поведения, по темпераменту, по скорости реакции. Такое впечатление, что в каждом из нас встроен свой «мотор»: у кого — тракторный дизель, у кого — движок от таратайки, а у кого — и гоночный от «Формулы-I». По этой внутренней «моторности» различают несколько психологических типов людей:

          

МЕЛАНХОЛИК — медлителен во всех своих душевных движениях; склонен к унынию, его очень трудно на что-то «раскачать», чем-то увлечь; склонен к одиночеству, предпочитает не очень доброжелательно наблюдать за окружающим миром, глубоко запрятавшись в свою «раковину»; при каждой неудаче с обреченным видом отходит в сторону со словами: «Ну вот, ну я же говорил…»;

 

ФЛЕГМАТИК — тоже медлителен, но, точнее сказать, — спокоен, так как более уверен в своих силах (и частенько даже высокомерен); на мир и свои возможности в нем смотрит со сдержанным оптимизмом, во внешних делах участвовать не торопится, а «переживает» их внутри себя; с появлением компьютеров и флегматики, и меланхолики получили наиболее удобную для них форму самовыражения;

 

САНГВИНИК — ровен в поведении и достаточно контактен в общении; деятелен и последователен в достижении своих целей, при неудачах особо не унывает, отделываясь улыбкой и пожиманием плечами; хорош и удобен в приятельстве (настоящим другом человек может быть вне зависимости от своего темперамента);

 

ХОЛЕРИК — легко возбудим, резок в движениях (как внешних, так и внутренних), испытывает потребность в постоянной смене впечатлений и дел; часто непоследователен, может увлечь окружающих за собой, но при этом ненадежен, так как быстро теряет интерес к начатому делу; авторитетом, как ­правило, не пользуется — за серьезным советом люди предпочитают обращаться к флегматикам или сангвиникам.

 

Помимо разницы темпераментов, все люди отличаются друг от друга еще и по склонности к общению с ближними.

 

Если вам трудно удерживать внутри себя рождающиеся там мысли и чувства, если ощущаете неодолимую потребность периодически (и часто) вываливать эту «кашу» на головы окружающим, если вас хлебом не корми — дай потрепаться по телефону, то можете радоваться — вы ЭКСТРАВЕРТ.

Но если вы предпочитаете держать от окружающих в секрете, какой вы умный и красивый, обожаете самокопание и самоедство, если каждое событие своей жизни перевариваете в одиночку, если терпеть не можете всей этой жизнерадостной и нескончаемой болтовни, то тоже радуйтесь — вы типичный ИНТРАВЕРТ.

 

КОЛОРИТНЫЙ. Каждый человек неповторим и своеобычен. Но большинство людей своей яркой индивидуальности почему-то стесняются и поэтому предпочитают сливаться с окружающим фоном. В результате они показываются в общении как бы в «черно-белом» варианте. Но есть отдельные граждане, не боящиеся выглядеть непохожими на других, всем своим поведением подчеркивающие свою неповторимость, нарочито выпячивающие и свои достоинства, и недостатки. Про таких говорят: «Колоритная [букв. — «цветная»] личность!»

   

ЭКСГИБИЦИОНИСТ — психически неуравновешенный человек, которому доставляет удовольствие раздеваться перед зеркалом, перед другим человеком или даже при всем честном народе, с особым смаком демонстрируя все свои не вполне приличные части тела. Подобные желания характерны и для вполне нормальных людей (здоровый человек, однако, старается их скрывать). Но у некоторых эксгибиционизм перерастает в болезненную манию, и здесь уже необходимо вмешательство психиатра.

В переносном смысле эксгибиционистами называют также людей, готовых к публичным исповедям и громким восторженным покаяниям. Открыть близкому человеку душу в укромном уголке — это одно, а вывернуть ее наизнанку при посторонних — совсем другое. Неприятно бывает, когда на тебя с удовольствием вываливают всю ту грязь, которая неизбежно накапливается в любой человеческой душе — с этим надо разбираться наедине с самим собой, а не устраивать экгибиционистских спектаклей перед окружающими.

А вот ВУАЙЕРИСТ совсем наоборот — у него мания подглядывать, подсматривать, пуская слюни, за людьми именно в те моменты, когда они вовсе не хотели бы быть увиденными.

Вуайерист и эксгибиционист — идеальная пара.

 

САДИСТ испытывает удовольствие от мучительства над другими людьми (и вообще над всем живым).

МАЗОХИСТ получает истинное наслаждение от собственных мучений.

В психике любого нормального человека (и в вашей тоже) обязательно живут два таких «Я» — Я-садист и Я-мазохист. Живут и все время между собою борются — то один верх берет, то другой. Абсолютная психическая норма — это когда силы этих двух «Я» равны, и один другого всегда может уравновесить, нейтрализовать, обезопасить. Так что каждого человека без психических отклонений в ту или другую сторону можно назвать страшным, но вполне безопасным словом — САДОМАЗОХИСТ.

 

И вообще, надо иметь ввиду, что в человеке столько всего понамешано разного, и все это настолько переплетено, и все это настолько сложно и хрупко, что даже страшно становится.

 

Все мы на людях вовсе не такие, какие есть на самом деле. Каждый надевает на себя защитную «маску», оберегающую от посторонних нежные сокровища его души («Не смотрите, что сверху я такой холодный и скользкий — на самом деле внутри я мягкий и пушистый»). Наша «маска» — это и прическа, и смех-гоготание, и частое сплевывание, и походочка, и манера одеваться и т.д., и т.п. Беда в том, что часто такая «маска» настолько прикипает к живому нашему естеству, что даже мы сами начинаем путаться — где в нас жизнь, а где декорация. Такая поведенческая «маска» называется ИМИДЖ.

 

У профессионалов — певцов и певиц, фотомоделей, музыкантов, малоодаренных актеров, политиков и др. — имидж играет в их карьере огромную роль. Имидж должен идеально ложиться на избранное ими амплуа вплоть до мельчайших деталей (знаменитые кепки Ленина и Лужкова, фуражка Жириновского, например, — отнюдь не случайные предметы на их головах). У большинства профессионалов не хватает ни ума, ни интуиции для создания наиболее выигрышного для них имиджа — поэтому в их мире появилась и стала очень высокооплачиваемой новая профессия — ИМИДЖМЕЙКЕР («делатель образов-масок»). Есть и более узкие специалисты по «лепке» образов: например ВИЗАЖИСТ отвечает за ваше лицо. Визажист — не простой гример, он не будет маскировать вас под другого человека. Он сделает вас самих — такими, какими вы хотели бы быть (или какими вам велит быть ваш имиджмейкер).

 

СТЕРЕОТИП — в буквальном переводе — «твердый отпечаток». В большинстве ситуаций мы ведем себя стереотипно (например, в столовой жесткий бифштекс мы рвем зубами, а в ресторане изысканно разрезаем его ножом). Часто мы и думаем, стараемся в чем-то разобраться, используя привычные трафареты-стереотипы («если можно, то все равно нельзя»). Мы иногда даже чувствуем стереотипно, «как положено». Лишь немногие из нас способны действовать не по устоявшимся шаблонам, а в соответствии со своими индивидуальными переживаниями и убеждениями.

Пример ломки традиционных стереотипов дал Иисус Христос: «Вы слышали, что сказано: «люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего». А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас».

 

КОЛЛАБОРАЦИОНИСТ — так называют людей, во время войны пошедших на службу к врагу, сотрудничающих с оккупантами, выслуживающихся перед захватчиками. Их судьба после войны обычно бывает незавидной.

КОМПРАДОР — промышленник или торговец, которому плевать на интересы и будущее своей страны, который извлекает выгоду из сотрудничества с иностранными компаниями, хищнически эксплуатирующими ресурсы его родины; продажный делец — экономический предатель.

КВИСЛИНГ. Когда гитлеровцы напали и после ожесточённых боев оккупировали Норвегию в 1940 году, мало нашлось норвежцев, готовых сотрудничать с захватчиками. Но в семье не без урода — один из норвежских политиков, Квислинг, согласился возглавить «правительство» и управлять народом, опираясь на германские штыки. В годы войны это был самый ненавистный, самый презираемый человек в стране. После освобождения Норвегии Квислинг был повешен. С тех пор имя его стало нарицательным — квислингами стали называть политиков, предавших свой народ иноземным захватчикам (это слово даже пишется с маленькой буквы).

 

КОНТРИБУЦИЯ. РЕПАРАЦИИ. Когда одно государство нападает на другое и побеждает в войне, но не собирается присоединять его к своей территории, оно налагает на побеждённого контрибуцию — единовременную дань определённого размера, как правило, деньгами. Когда же агрессор, не рассчитав своих сил, терпит поражение в развязанной им войне, страна-победительница взимает с него репарации — возмещение за причинённый войной ущерб (деньгами, оборудованием, сырьём). И франко-прусская, и Первая мировая войны велись на территории Франции. В первом случае Франция выплачивала Германии контрибуцию, а во втором — Германия выплачивала Франции репарации (это слово существует только во множественном числе).

РЕСТИТУЦИЯ — это когда после войны одно государство возвращает другому награбленные (или прихваченные ненароком) ценности.

    

МОРАТОРИЙ — временное прекращение чего-либо. Муж и жена, ругаясь и скандаля, тут же прекращают это занятие, если к ним приходят гости, — это они устанавливают мораторий на выяснение отношений (чтобы потом возобновить их с новой страстью). Но вообще‑то, слово это политическое. Например, СССР и США, всё послевоенное время жившие как кошка с собакой, в моменты потепления отношений не раз объявляли мораторий на испытания ядерного оружия.

 

Когда вы замечаете, что ваши враги или партнеры собираются что-то предпринять без вашего участия и не обращая на вас внимания, можно настоятельно, «с нажимом» напомнить им, что вы еще живы и у вас в этом деле есть свой интерес (такой-то и такой-то), с которым они будут вынуждены считаться. Если вы это оформите в виде устного публичного заявления или письменного документа, то называться он будет МЕМОРАНДУМ — официальное или полуофициальное «напоминание».

 

ДЕМАРШ — довольно резкое, энергичное и продуманное выступление, направленное против ваших недоброжелателей. Состоит из угроз пресечь их коварные козни и интриги, а иногда и из самих этих пресекательных мер (как правило, оборонительных, ответных).

 

САММИТ — встреча и переговоры руководителей ведущих мировых держав (не ниже) примерно с 80-х годов (не раньше).

 

ДЕ-ЮРЕ. ДЕ-ФАКТО. Государства признают друг друга де-юре, когда они обменялись посольствами, между ними заключены государственные договоры, когда правительства относятся друг к другу как к законным представителям своих народов. Но вот в одной из этих стран происходит военный переворот, устанавливается жёсткий, репрессивный режим — и другое государство отказывается признать законность новых правителей, отказывается признать за ними право представлять свой народ, вести переговоры от его имени, оно отзывает своего ­посла, отказывается от всяких переговоров. Но связи‑то между странами остались — экономические, культурные, человеческие, — так что, вести какие‑то дела всё равно приходится, но все контакты идут через третьи страны или через частных лиц. Всё это означает, что новый режим признаётся лишь де-факто — вынужденно и сугубо неофициально («сквозь зубы»).

 

САТЕЛЛИТ. Как космический спутник Земли (по-английски — satellite), не имея сил преодолеть притяжение планеты, обречён долго-долго вращаться вокруг неё, так и небольшая, слабая страна — сателлит — вынуждена подчиняться влиянию мощной державы, находясь постоянно в сфере её интересов.

 

КИЛЬВАТЕР — буквально «вода из-под киля», след на воде, остающийся после прохода корабля. Идти у кого‑то в кильватере — это идти след в след за лидером, повторяя все его манёвры и зигзаги, пользуясь плодами его успехов, но и садясь на те же мели и разбиваясь о те же камни, что и он.

 

ДЕЗАВУИРОВАТЬ. Представьте, что ваша жена заявляет вашим старым приятелям, что вы больше не желаете водить с ними компанию. Узнав об этом, вы вынуждены смущенно объяснять, что вы здесь не при чём, что вы не просили её ничего такого говорить. Это означает, что вы дезавуируете, опровергаете бестактное заявление. Вообще‑то говоря, это слово из дипломатического обихода: когда министр иностранных дел дезавуирует опрометчивое, неосмотрительное заявление своего посла, он спешит заверить правительство соседней страны, что тот высказал лишь свою личную точку зрения, а не мнение своего руководства. Обычно такому не в меру инициативному послу дают отставку.

 

ДЕНОНСАЦИЯ. Если одно государство заключает с другим договор (например, о дружбе и ненападении), а потом, через некоторое время, передумывает с ним дружить и ненападать, то, вообще‑то, полагается, чтобы оно своего партнёра о том предупредило, то есть денонсировало договор — заявило о расторжении договора и об отказе выполнять свои обязательства по этому договору.

 

ИММУНИТЕТ. ЭКСТЕРРИТОРИАЛЬНОСТЬ. Все знают, что такое иммунитет от болезни, но есть ещё и иммунитет дипломатический. Это означает, что дипломат в той стране, куда он послан, полностью защищён от местной полиции и суда — в этой стране он не может быть ни арестован, ни судим по здешним законам (за совершенное преступление его может судить только суд его родины). Дипломатическую неприкосновенность еще называют экстерриториальностью. Дипломаты, эти парламентёры, посредники между государствами — лица неприкосновенные.

           

КОЛЛИЗИЯ — щекотливая ситуация, когда выявляется несходство мнений, желаний и устремлений разных людей между собой. Открытого столкновения, конфликта еще нет, но коллизия уже налицо.

 

ИНЦИДЕНТ — неприятный случай, конфликт местного значения, отдельное столкновение, не перешедшее пока во всеобщую потасовку, но способное послужить её причиной.

 

ЭСКАЛАЦИЯ. Если тебя случайно приятель задел локтем, а ты толкнул его изо всей силы, а он кинул в тебя стулом, а ты треснул его столом, а он … — вот это постепенное нарастание силы взаимных ударов и называется эскалацией конфликта.

 

КАТАЛИЗАТОР — химики так называют вещество, которое само в реакции не участвует, но в присутствии которого взаимодействие между другими веществами очень сильно ускоряется.

Вялая, «от нечего делать» дискуссия с приятелем может перерасти в бурный, громкий, заносчивый спор с непредсказуемыми последствиями, если оба в какой-то момент заметят, что к ним с интересом прислушивается какая-нибудь крашеная блондинка с голыми коленками. Мини-юбка будет играть в данной ситуации роль катализатора.

 

КОНФРОНТАЦИЯ. Взаимная враждебность, нежелание идти на компромиссы, постоянное противостояние, взаимные нападки, напряженные отношения на грани открытого столкновения — вот что такое конфронтация.

 

АНТАГОНИЗМ — абсолютно непримиримое противоречие. Это не противоречие между «белым» и «черным» — ведь между ними возможен «серый» компромисс. Антагонистическое противоречие — между водой и огнем, оно исчезает только с гибелью одного из антагонистов.

 

ФРОНДА — так назывался союз борьбы за освобождение французских аристократов от королевской власти в 17 веке (времена трех мушкетеров). Но особой решительности в этой борьбе у фрондеров не наблюдалось — им слишком много было чего терять в случае поражения. Фрондерство — лишь обозначение борьбы, изначально несерьезная оппозиция власти, готовность при первой же возможности пойти на сделку с начальством.

 

КОАЛИЦИЯ — союз, объединение, в котором каждый из участников сохраняет внутреннюю самостоятельность. Однако если государства объединяются для удобства связей между собой (как, например, Европейское экономическое сообщество или наше СНГ), то такого рода союз коалицией не называют. Коалиция — это обязательно союз против кого‑то (например, антигитлеровская коалиция в последней мировой войне). Составить коалицию могут близкие по духу партии в борьбе с политическими противниками на выборах, и если такая партийная коалиция получит большинство голосов, то её участники могут образовать коалиционное правительство.

 

АЛЬЯНС — союз, объединение. Перейдя в русский язык, это французское слово окрасилось не в самый хороший тон: вряд ли можно назвать альянсом содружество твоих единомышленников, но, когда объединились ваши враги и недоброжелатели, то, уж точно, они составили альянс.

 

ИНТЕГРАЦИЯ — это процесс создания очень тесного, уже почти нераздельного союза государств. Формально они остаются самостоятельными, но связи между ними (экономические, политические, военные, культурные, да и просто человеческие) становятся настолько многочисленными, прочными и абсолютно необходимыми, что такие страны совершенно не в состоянии существовать друг без друга, как сросшиеся сиамские близнецы: две головы, каждая из которых управляет своей парой рук и ног, но туловища срослись, объединив кровеносные системы, пищеварение и нервы.

 

УНИЯ — особого рода объединение государств или церквей, в котором сливаются воедино руководящие «головки», но «туловища» остаются каждое само по себе, всегда готовые к самостоятельности. В истории известны унии Польши и Литвы, Австрии и Испании, Швеции и Норвегии — но даже многовековое сожительство народов под скипетром единого монарха не было прочным, и каждый из них в конце концов утверждал свое собственное государство.

 

ОККУПАЦИЯ. АННЕКСИЯ. Когда во время войны войска одной страны захватывают какой‑то кусок территории противника, то это — оккупация. Оккупация становится аннексией тогда, когда захваченные земли включаются в состав победившего государства и там начинают действовать законы этого государства. Местных ребят начинают призывать на службу в его армию, управляют жизнью уже не военные, а гражданские чиновники. А если местное население не желает принимать нового гражданства, то его с аннексированных земель выселяют за новую границу.

 

ИНКОРПОРИРОВАТЬ — не просто присоединить к себе еще какой-нибудь дополнительный кусочек, но и вживить его в себя, сделать его своей неотъемлемой составной частью (похоже — трансплантировать).

 

КОНСОЛИДАЦИЯ — это то, к чему всё время призывают по любому поводу — сплочение, единение. Консолидироваться, в общем‑то, можно, конечно, но вопрос — вокруг чего и с какой целью? (ясно только, что нельзя консолидироваться с ­кем‑то — чисто стилистически.)

 

ЭКСПАНСИЯ — целенаправленное и упорное расширение своего влияния. В мировой политике это не обязательно захват и присоединение новых территорий. Страна, осуществляющая свои экспансионистские планы в каком‑то регионе, чаще всего строит туда удобные для себя дороги, размещает вблизи его границ свои войска, её военные корабли маячат у его берегов. Она засылает туда массу своих шпионов, военных и экономических советников, пропагандирует там свой образ жизни, подкупает местных политиков и руководителей, добивается для себя преимуществ в торговле, в разработке местного сырья. В конце концов, страны этого региона, оставаясь формально независимыми, вынуждены полностью подчинять свою политику государству—экспансионисту — они попадают в его СФЕРУ ВЛИЯНИЯ.

 

Сильное государство, добившееся контроля над каким‑то районом, старается не допустить проникновения туда своих конкурентов — других держав. Иног­да в борьбе за сферы влияния между державами вспыхивали войны, но чаще сильные конкуренты тайно договаривались между собой о разделе, разграничении сфер влияния: «Я не лезу в «твой» район, а ты не суй нос на территорию, которую контролирую (или хочу контролировать) я». Так, накануне Первой мировой войны Англия и Россия «поделили» формально независимый Иран: российской сферой влияния стала северная часть страны, англичане хозяйничали в её южной половине. Такое решение давнего спора позволило этим державам воевать с Германией, тоже очень активно рвавшейся в Азию. Но бывало, что какой‑то крупный кусок мира поделить таким образом было трудно. В этом случае великие державы договаривались о том, чтобы действовать там совместно, не деля его на сферы влияния, стараясь не ссориться (всем хватит!), а, наоборот, помогать друг другу — они называли это «политикой открытых дверей». (Так европейцы, американцы и японцы «осваивали» на рубеже ХХ века одряхлевший Китай.)

Расчёт — куда выгодней направить свою экспансию, а где не допустить чужой, в каком районе мира укрепиться, а куда соваться не стоит — называется ГЕОПОЛИТИКА.

          

КОЛОНИЯ — первоначально так называлось поселение, образовавшееся вдали от родины (древнегреческими и финикийскими колониями было усеяно всё побережье Средиземного моря). Но в Новое время в это слово стали вкладывать иной смысл — теперь колонией европейской страны объявлялась вся вновь открытая и контролируемая военными отрядами земля вместе с её коренным населением.

Колония не была равноправной частью государства, она была владением, используемым для обогащения захватившей её страны. Страна-владетель получала название МЕТРОПОЛИЯ. Такое государственное образование (метро­полия + колония) называется ИМПЕРИЯ вне зависимости от того, как оно само себя называло. Например, Франция, Бельгия или Голландия империями себя не называли, хотя таковыми фактически являлись.

Нет принципиальной разницы, где именно находятся колонии. У Британской империи её владения были разбросаны по всему миру, на всех континентах, а территории Российской, Османской, Австро-Венгерской империй были компактными, их колонии непосредственно примыкали к территории метрополии.

Со временем прямое ограбление колоний сменилось более выгодным использованием местной (очень дешёвой) рабочей силы на построенных там предприятиях. Но это не меняло существа дела: колонии оставались колониями, управлявшимися чиновниками из метрополии или местными кадрами, целиком и полностью подчиненными центральному правительству.

 

В тех колониях, где большинство населения составляли уже когда‑то приехавшие туда белые поселенцы (их внуки и правнуки), постепенно образовывались свои собственные органы управления, собирались налоги для местных нужд, организовывалась собственная полиция, а то и армия. Такая колония, во многом уже самостоятельная, но формально признававшая ещё верховную власть метрополии, стала называться ДОМИНИОН (доминионами английской короны были Австралия и Канада).

ПРОТЕКТОРАТ (покро­ви­тель­ствуемая территория) — ещё одна форма колониализма. При протекторате европейцы сохраняли власть местных правителей над коренным населением, но заключали с ними договоры о том, что метрополия контролирует финансы этой полунезависимой страны, её внешние связи, вооружённые силы.

С образованием в 20 веке международных организаций (Лига Наций, Организация Объединённых Наций) появилась новая форма зависимости — подмандатная территория, МАНДАТ или опека. Лига Наций или ООН выдавали некоторым развитым странам мандат (разрешение, поручение, полномочия) на управление какой‑либо территорией, которая в будущем могла и должна была стать самостоятельным государством. Такой мандат был временным, до тех пор, пока международная организация не решит, что население данной территории уже готово организовать самостоятельное, жизнеспособное государство. (После Первой мировой войны Франция получила мандат на Сирию, Англия — на Палестину, под официальной опекой США до сих пор находятся многие тихоокеанские ­острова, и даже Советский Союз после Второй мировой войны пытался получить мандат на Ливию, правда, неудачно.)

 

ИНТЕРВЕНЦИЯ — вторжение. Чаще всего слово интервенция встречается в сообщениях о том, что армия одного государства вступила на территорию другой страны и начала ее оккупировать (вступившие на чужую территорию армейские подразделения называют при этом интервенционистскими силами). Но иногда этому слову придают и более широкий смысл: например, денежной интервенцией называют «вбрасывание» Центральным банком в экономику массы новых банкнот.

 

ПАРИТЕТ — равенство сил, равенство военной мощи противостоящих и угрожающих друг другу противников. В обстановке, когда всё решает сила, поддержание паритета в вооружениях считается гарантией мира. Никто из противников не решится напасть, не имея явного преимущества. Когда во времена «холодной войны» произносилось слово «паритет», то пояснений не требовалось: всем было ясно, что речь идёт о равенстве СССР и США в возможностях превратить друг друга в груды радиоактивных развалин.

 

ОЙКУМЕНА (эйкумена — тоже правильно) — так древние греки называли весь круг известных им земель, населенных людьми (наши края, кстати, в круг ойкумены не входили).

 

АНКЛАВ — это кусочек государства, оторванный от основной территории, со всех сторон окружённый другими странами (но не колония). У России такой анклав — Калининградская область, у США — Аляска (острова, как правило, анклавами не называют).

 

АВТАРКИЯ — политика государства, которое организовало свою жизнь так, чтобы ему не были нужны никакие связи с внешним миром, которое готово держать население впроголодь, но опираться только на свои силы. Как правило, это страна с жёстким политическим режимом, пресекающим не только хозяйственные, но и челове­ческие контакты с соседями. Первым таким государством была древнегреческая Спарта, правители которой запрещали ввозить чужие товары под страхом смерти. Сейчас в мире осталась, пожалуй, последняя автаркия, живущая как осаждённая крепость, — Северная Корея.

 

ЭТАТИЗМ.  Etat — государство (по-французски). А этатизм — вера в государство, обожествление государства, убеждение, что государственные интересы выше, главнее и ценнее личных интересов отдельного человека.

Человеку не слишком уютно, непросто живется среди множества других людей, каждый из которых обуреваем своими страстями. Мир человеческий часто кажется слишком разнообразным, беспорядочным, хаотичным, он непредсказуем, непонятен и, наверное, опасен. И иногда очень хочется, чтобы нашелся кто-то, кто бы всех «построил», привел бы всех «к общему знаменателю», навел бы среди людей простой и понятный «порядок».

Любой человек (пусть даже трижды негодяй с руками по локоть в крови), взявший в свои руки государственную власть, кажется этатисту личностью высшего порядка («не нам чета»); он убежден, что глава государства имеет право не только управлять делами страны, но и распоряжаться жизнями и судьбами граждан, и даже вправе навязывать всему народу и каждому отдельному человеку цели их существования.

Жесткая и неумолимая рука государства обезопасит вас от других людей, не даст им вас обижать. Но при этом всегда будьте готовы к тому, что эта же рука может крепко прижать и вас самих, наступить на горло и вашей «песне». (А, впрочем, этатисту, должно быть, приятно сознавать, что за ним присматривают).

 

ЭЛЕКТОРАТ (лат. elektor — избиратель) — примерно один и тот же круг избирателей, постоянно голосующих на всех выборах за одну и ту же партию. В Европе интеллигенция, как правило, голосует за либералов, рабочие — за социалистов, элек­торат консерваторов — состоятельные люди, ­землевладельцы, левацкие организации часто опираются на студенческий электорат, а правые националисты — на мелких служащих, торговцев и т.д.

Социологи давно научились довольно точно определять электораты всех политических партий и движений. Но предсказать результаты выборов все равно трудно, потому что многое зависит от того, как проголосует «болото» — та масса избирателей, которая политикой особо не интересуется, не относится ни к одному электорату и голосует не по устоявшимся убеждениям, а по сиюминутному настроению в день выборов.

 

ЦЕНЗ — это некое законное ограничение твоих прав. Например, если ты не достиг ещё определенного возраста, тебе нельзя жениться или участвовать в выборах (возрастной ценз). В некоторых странах ты не можешь быть избирателем, если слишком беден (имущественный ценз), а в других ты не имеешь права участвовать в выборах местной власти, если прожил в этих местах меньше определенного срока (ценз оседлости).

 

ПЛЮРАЛИЗМ — множественность, разнообразие. В советские времена слово это звучало, как политическое обвинение: допускался только один взгляд на мир — коммунистический, господствовала только одна форма собственности — государственная. Признание и официальное разрешение плюрализма мнений и точек зрения, плюрализма и сосуществования разных форм собственности (частной, групповой, государственной) привело в конечном итоге к развалу социалистического общества.

 

УНИТАРНОЕ государство — это государство, полновластно уп­равляемое из единого центра. В нём отдельные области лишены всякой самостоятельности, а вся территория страны разбита на губернии, области, округа, департаменты только для удобства централизованного управления. Обычно это страны, где живут люди одной национальности.

ФЕДЕРАТИВНОЕ государство  объединяет несколько довольно самостоятельных областей, в каждой из которых живут, как правило, разные народы.

В КОНФЕДЕРАЦИИ самостоятельность отдельных областей наибольшая, центральному правительству они доверяют только внешнюю политику, армию и финансы (Швейцария).

 

ИНСТИТУТ. С учебным и научно-исследовательским институтом всё ясно. Но существуют ещё институты государства — отдельные, организованные сгустки власти: институты исполнительной власти — президент и правительство, институт законодательной представительной власти — парламент, институт судебной власти, а во многих странах и инс­титут монархии. Эти институты могут быть установлены, но могут быть и ликвидированы: на референдуме 1991 года в России впервые был введен институт президентства. Президенты меняются, но сам этот институт, вид власти, останется до тех пор, пока его не ликвидирует, не отменит тот, кто его ввел — народ на референдуме.

 

ЛЕГИТИМНОСЬ — формально говоря, это законность. Но ведь законы-то все разные — одни главнее, другие поскромнее. И разные президенты, председатели, делегаты и депутаты тоже иногда тягаются между собой — кто из них сильнее/законнее? Это слово — легитимность — именно тогда и применяется, когда сравниваются вещи абсолютно законные.

Кто законнее — президент или депутат? Глупый вопрос — ведь оба они избраны совершенно законно. Но разница все же есть: президента избирали «всем миром», а депутата — только избиратели одного округа. Оба законны, но президент — легитимнее. Так же закон, помещенный в тексте Конституции, легитимнее статьи Уголовного кодекса. Но бывают случаи головоломные. Для их разрешения постоянно заседает Конституционный Суд с ни от кого не зависящими судьями, избранными пожизненно.

 

ПАРЛАМЕНТ. Вот, мы говорим: — парламент, парламент… — а англичане, между прочим, обижаются, говорят, что парламент только один в мире — у них, в Англии. И, в общем‑то, они правы: ведь в США — Конгресс, в России — Дума, во Франции — Национальное собрание, в Германии — бундестаг, в Испании — кортесы, в Швеции — риксдаг, в Норвегии — стортинг, в Израиле — кнессет и т.д. Но так уж повелось, что собрание выборных депутатов, разрабатывающее и принимающее законы государства, во всех странах в просторечии называют парламентом, хотя бы потому, что слово это наиболее точно отражает способ работы любого законодательного органа (parler — говорить).

 

ПАРАФИРОВАНИЕ. РАТИФИКАЦИЯ. Договор между государствами, вначале подписывается министрами иностранных дел или президентами — это называется парафирование. Однако оно не имеет силы до тех пор, пока его условия не будут обсуждены и утверждены — ратифицированы — парламентами договаривающихся государств. Обычно законодатели не вмешиваются в текущие решения исполнительной власти, но международная политика — вещь слишком серьезная. Законодатели обязаны внимательно рассмотреть все условия договора, оценить их выгодность для страны. И если парламент договор ратифицирует, то все в мире могут быть уверены — государство выполнит взятые на себя обязательства в любой ситуации.

 

ПРЕАМБУЛА — предисловие к какому-нибудь важному документу (договору, конституции), где нужно написать, какие цели этот документ преследует и зачем вообще он понадобился.

 

ДОКТРИНА — разработанный, просчитанный в главных деталях и кратко сформулированный принцип государственной политики, определяющий её направленность на обозримое будущее.

Часто доктрины получают имена тех политиков, ­которые их предложили и проводили в жизнь: доктрина Монро (по имени президента США прошлого века, провозгласившего принцип «Америка — для американцев» и препятствовавшего любому вмешательству европейских держав в дела Нового Света), доктрина Брежнева (в той стране, куда однажды ступила нога советского солдата, её будущее будут определять коммунисты, и мы ни с кем не собираемся этот вопрос обсуждать — даже с населением этой страны).

Бывают и военные доктрины — это общий стратегический план ведения боевых действий в случае начала войны.

 

ВОТУМ — решение, принятое голосованием, но не всякое, а только о доверии или недоверии руководству. Парламент выносит вотум недоверия правительству, и оно вынуждено уйти в отставку в полном составе. А вот глагол вотировать имеет другое (и только положительное) значение: принимать голосованием, утверждать большинством голосов (парламент может вотировать решения, законы, кредиты и т.д.).

 

ПРЕРОГАТИВА — право что-то делать, которое принадлежит только тебе и никому больше; это та обязанность, которая лежит исключительно на тебе и переложить которую на других ты не можешь и не хочешь. Слово это очень официальное, скорее даже государственное. Верховное главнокомандование всеми вооруженными силами в России — прерогатива президента. Принятие постоянно действующих законов является исключительной прерогативой законодательных органов. А определять законность действий властей и граждан входит в прерогативу судов. И т.д.

 

АТРИБУТ — это характерная деталь, важная часть какого-то большого целого, его непременный признак. Атрибутом президентской власти, например, является «чемоданчик» с ядерной кнопкой. Атрибут королевской власти — корона.

 

АКСЕССУАРЫ — какие-то мелкие, второстепенные детали и принадлежности, которые обычно (привычно) сопровождают что-то главное, неизбежно сопутствуют ему. Среди королевских аксессуаров впечатляет горностаевая мантия (это которая белая с черными хвостиками). Аксессуар спартаковского фаната — красно-белый шарф. Драные одежки странноватого покроя с множеством «фенечек» — непременные аксессуары хиппи. Традиционные аксессуары модниц — кулоны, сережки, брошки, бусы, ожерелья, колье, кольца, браслеты и даже татуировки.

 

ИНАУГУРАЦИЯ — торжественная церемония вступления в должность президента. Со всего света съезжаются высокие гости, украшает праздник местное начальство. Гвоздь программы — клятва президента, что он будет добросовестно выполнять свои обязанности.

ИМПИЧМЕНТ — отрешение, отстранение от власти президента парламентом (предусмотренное конституцией). Сделать это очень трудно — нужны неопровержимые доказательства грубого и сознательного нарушения президентом законов своей страны. Это слово стало в мире широко известным, когда в 1973 году процедуре импичмента подвергся президент США Никсон — удалось доказать, что он знал о незаконном подслушивании телефонных разговоров своих политических соперников во время выборов. Право отрешить от должности президента имеет и российский парламент, но для этого нужны таки-и-е веские причины, что не дай, как говориться, бог…

 

ОБСТРУКЦИЯ — прием парламентской борьбы. Когда группе депутатов ну очень не хочется, чтобы парламент принял какой‑то закон, но они понимают, что при голосовании останутся в меньшинстве, то им остается один выход — не допустить самого голосования, сорвать обсуждение, дезорганизовать работу парламента, то есть устроить обструкцию. Способы для этого можно использовать самые разнообразные: произносить многочасовые речи, задавать председателю и выступающим десятки вопросов и требовать на них подробных ответов, выкрикивать с мест оскорбления в адрес депутатов большинства, мяукать, топать ногами и даже устраивать потасовки прямо в зале заседаний, — проводить заседание в таких условиях невозможно. В результате всех этих скандалов, к обсуждаемому вопросу привлекается всеобщее внимание, большинство осознает, что протащить решение «по-тихому» не удастся и, опасаясь повторения обструкции, оно может пойти на уступки. Вообще‑то говоря, обструкция очень похожа на хулиганство, но что остается делать, если сплоченное большинство не желает прислушиваться к оппозиции, также выражающей мнение своих избирателей? Обструкцию можно устроить и какому-нибудь отдельному оратору, слушать которого демонстративно не желают.

 

АВАНСЦЕНА — это часть сцены, которая ближе всего к зрительским рядам и которая даже не закрывается занавесом. Часто можно увидеть в тексте: «…И тут на авансцену истории выступил…». Да уж — того, кто выскочил на авансену, никаким занавесом не прикрыть, да и любое его слово будет услышано зрителями, которые и сами норовят, забравшись на ту же авансцену, поучаствовать в представлении. Так что за этим местом нужен глаз да глаз!

 

ПАРАНОЙЯ — тяжелое хроническое расстройство психики, очень трудно поддающееся лечению, при котором сознанием человека овладевает навязчивая идея — внешне связная, систематизированная, но тем не менее абсолютно бредовая. Так, параноики из обыкновенных людей иногда зацикливаются на бреде ревности или раскаяния и т. д.

Параноиками называют и общественных деятелей, когда они начинают пугать нас всевозможными мировыми заговорами, засильем бесчисленных коварных врагов или потусторонних темных сил (светлые силы, конечно же, — они сами). Иногда подобные политические деятели действительно нуждаются в квалифицированной психиатрической помощи, но чаще всего это люди вполне здоровые, и речами их руководит не болезнь, а трезвый (хотя и лукавый) расчет.

 

АПЕЛЛИРОВАТЬ — в юридическом смысле подать апелляцию значит потребовать пересуда вашего дела в суде более высокого уровня. Но широко это слово употребляется и в другом смысле — просить совета, поддержки и одобрения. Окончательно переругавшиеся там у себя «наверху» власти апеллируют к народу и устраивают референдум; несправедливо (по его мнению) обиженный, не найдя на своих притеснителей управы в суде, апеллирует через газеты и телевидение к общественному мнению и т.д. (обратите внимание — здесь ЛЛ, а не ПП).

 

ПЛЕБИСЦИТ — то же самое, что и РЕФЕРЕНДУМ: руководство страны задает избирателям один или несколько вопросов, а они должны придти на участки для голосования и ответить — «да» или «нет».

 

КУЛУАРЫ — коридоры, холлы, буфеты и даже туалеты зданий, где происходят важные и многолюдные совещания, конференции, форумы, конкурсы и т.п., — места, где официальные люди могут потусоваться в неофициальной обстановке. Это в зале, на заседании нужно быть принципиальным и бескомпромиссным, а в кулуарной обстановке, за чашечкой кофе можно и расслабиться немного, и пообщаться со своими противниками по-человечески, — глядишь, и приходят к обоюдному согласию. Частенько именно в кулуарных беседах находятся решения казавшихся неразрешимыми споров.

 

КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫЙ. ПРИВАТНЫЙ. Если вы ведете с приятелем доверительную беседу и при этом не хотите, чтобы её содержание стало известно всему свету, то предупредите его, что разговор конфиденциальный, то есть не предназначенный для чужих ушей, хоть и не составляет совершенно секретной тайны.

Когда же официальное, должностное лицо собирается поделиться с собеседником кое-какими служебными сведениями, он предупреждает, что вообще‑то он на это права не имеет (хоть и невелик секрет), а потому сообщает он это в приватном порядке — как частное лицо, а не как государственный чиновник.

 

АРИСТОКРАТИЯ — власть породы, авторитета предков, сила традиций рода, особого воспитания (подчас весьма жёсткого), прививающего человеку навыки прирождённого повелителя. Аристократ без должности, без денег всё равно часто остаётся влиятельным лицом благодаря имени семьи, её связям в высшем обществе.

БЮРОКРАТИЯ — власть чиновничьих «столов», сила должностей, мощь государственного управленческого аппарата.

ПЛУТОКРАТИЯ — власть «денежных мешков», влияние и сила кучки богатейших людей страны. (Плутос — римский бог богатства.)

ТЕОКРАТИЯ. Так называется государственное устройство, при котором всеми делами страны заправляет церковь: овладевшие светской властью священнослужители — папы и ламы, имамы и раввины, жрецы любого культа.

ТЕХНОКРАТИЯ — власть специалистов, считающих, что управ­лять страной и её народом можно так же, как любой сложной машиной: бесполезно спрашивать о государственных делах простых граждан (что они в этом могут понимать!), важно лишь знать, на какие «кнопки» нажать, за какие «рычажки» дернуть, чтобы завертелись люди-колёсики, и люди-винтики стали бы добросовестно выполнять предназначенные им операции. И нажимают, и дергают, и всё, вроде бы, по науке, а потом всё время удивляются, почему их государственная машина опять оказалась в кювете.

ГЕРОНТОКРАТИЯ — власть стариков. Характерна для первобытных племен и для СССР времен позднего «застоя».

ОЛИГАРХИЯ — власть немногих, господство небольшой, спаянной общими интересами группы людей. Определение это имеет нехороший, враждебный оттенок, поэтому советс­кие олигархи предпочитали называть себя «коллективным руководством» (олигархи могут быть и технократами, и плутократами, и вообще кем угодно — главное, чтобы их было сравнительно немного). В сегодняшней России олигархами называют обычно самых богатых людей страны, но не всех, а только тех, кто тесно связан с государственной властью, который управляет ею, навязывает ей те или иные решения.

ОХЛОКРАТИЯ — власть толпы, с её быстрой сменой настроений и шараханьями из крайности в крайность, с её нетерпимостью к любому инакомыслию, с её стихийной жестокостью и жаждой вождя. Толпу нельзя убедить логикой разума, ей можно только внушить яркие эмоции.

Охлократия не может быть долгой, ее неизбежно сменяет АВТОКРАТИЯ — единоличная власть вождя.

 

ДЕМОКРАТИЯ — власть народа, самая сложная по организации, но и самая прочная политическая система 20-21 веков.

Она построена на массовом, народном убеждении, что все люди рождаются равными и обладают одинаковыми правами, что каждый человек — свободная личность, и общество может вмешиваться в его дела, только если он начинает ограничивать такую же свободу других людей. Поэтому у народа (в отличие от толпы) нет и не может быть единого мнения, а это значит, что руководители, избранные большинством, должны обязательно учитывать в своих действиях и интересы полноправного меньшинства.

Для того, чтобы политику государства направляли интересы всех граждан, чтобы не допустить бесконтрольности власти большинства, которая, в принципе, может перерасти в единоличную диктатуру, власть при демократии разделена на несколько самостоятельных и независимых друг от друга ветвей.

Исполнительная ветвь власти — президент, правительство, управляющие государственным аппаратом из назначаемых ими чиновников. Законодательная власть — парламент, не вмешивающийся в каждодневное управление, но принимающий законы, переступать которые исполнительная власть права не имеет. Судебная ветвь власти — суды всех уровней и видов, следящие за соблюдением законов не только гражданами, не только исполнительной властью, но и законодателями (парламент не имеет права принять закон, нарушающий права граждан, записанные в Конституции — в Основном законе, принимаемом не парламентом, а всеобщим голосованием населения).

А кроме того, за всеми этими контролирующими друг друга властями следит свободная пресса. Вездесущие и пронырливые журналисты постоянно суют нос в самые потайные уголки любой власти и все её грешки выставляют со скандалом на всеобщее обозрение.

А в дополнение к этому имеется ещё и так называемое гражданское общество — огромное количество самых различных самостоятельных и очень активных организаций, защищающих самые разнообразные интересы людей: профсоюзы наемных работников и объединения предпринимателей, организации пенсионеров и молодежи, любителей пива и трезвенников, мужчин и женщин и прочее, прочее, прочее.

Защищаются в этом обществе и местные интересы, поэтому в демократических государствах, как правило, силен федерализм — довольно широкая самостоятельность отдельных областей и городов (в которых в миниатюре повторено разделение и взаимный контроль различных властей — как в центре).

И — законы, законы, законы (лихие киношные борцы за справедливость с пистолетами наголо — не более чем вечерние сказочки для отдохновения уработавшихся за день граждан).

И ещё один демократический бог — право выбора: никто не имеет права единолично контролировать ни власть, ни телевидение, ни производство подтяжек (и следят за этим очень строго).

Вот такая система — сложнейшая, громоздкая, вроде бы неповоротливая. То ли дело диктатура — просто и мило: один приказал, и все сразу забегали, выполняют. Только вот в наше время такая простота (при сегодняшних возможностях власти испоганить мир при малейшей своей ошибке) во сто раз хуже любого воровства.

   

УТОПИЯ — придуманное, искусственно сконструированное государство, где всё устроено по справедливости, где правителями становятся обязательно самые умные и добродетельные, а все граждане равны между собой и радостно трудятся на общих полях и в мастерских, а отдыхая, водят хороводы и поют (тоже хором). С глубокой древности и до наших дней множество мудрецов пыталось мысленно построить такое идеальное государство, логически проследить, как оно могло бы действовать на практике с настоящими, живыми людьми.

И вот что любопытно — у всех честных разработчиков «утопий», всё додумывающих до конца, получалось, что такое государство будет жизнеспособно, только если на каждого жителя будет приходиться по несколько рабов, а ещё обязательна организация тайной полиции, денно и нощно надзирающей за всеми жителями, половина из которых состоит в доносчиках. Все попытки осуществить любую из утопических моделей общества на практике блистательно подтвердили эти предсказания теории. Почему? — Это долгий разговор.

 

КОНСЕНСУС — это то, что ищут и ещё долго будут искать политики нашей страны — всеобщее согласие. Это, если говорить в общем смысле. Но бывает, что консенсус — это правило голосования при решении некоторых вопросов. Решения эти так важны для всех, что здесь уже требуется не просто большинство, а единогласие. Это означает, что каждый из голосующих имеет право ВЕТО: если он (единственный!) проголосует «против», то решение не принимается, даже если все остальные проголосовали «за». Например, в Организации Объединенных Наций право налагать вето имеют Россия, США, Англия, Франция и Китай. Если против всеобщего решения проголосует хоть одна из этих держав, то весь остальной мир может хоть на голову встать — это решение становится лишь рекомендательным, но необязательным для исполнения.

 

АВТОРИТАРНЫЙ — самовластный, жестко пресекающий сопротивление единоличной власти (буквально это слово можно перевести, как «Я сказал!»).

Авторитарный стиль поведения часто проявляется у главы семейства.

Авторитарные методы руководства могут развиваться и при самом демократическом устройстве власти: когда разные политические партии никак не могут договориться между собой, и президент (премьер-министр, канцлер) вынужден брать всю ответственность на себя и жестко проводить в жизнь единолично принимаемые решения.

Авторитарный режим в стране устанавливается тогда, когда спорам в обществе не видно конца, когда все политики окончательно перессорились между собой, когда демократически избранные коллективные органы власти (в первую очередь, парламент) не в состоянии принимать важных решений, а положение в стране всё больше ухудшается. Тогда конституцию изменяют таким образом, что право принимать решения почти полностью передается главе исполнительной власти, который теперь может проводить свой курс без обязательной оглядки на законодателей.

Авторитаризм — ещё не диктатура, но может в неё перерасти.

 

ЛЮСТРАЦИИ — это законы или инструкции, которые иногда вводятся после политического переворота. Пока новая власть ещё слаба, активистов свергнутого режима подвергают люстрации — увольняют их с занимаемых постов и запрещают им впредь поступать на государственную службу. Так поступили с нацистами в Германии после 1945 года и так не поступили с коммунистами в России после 1991 года.

 

ПРОСКРИПЦИИ — официально опубликованный список имен людей, на которых объявлена «охота» (вплоть до отстрела). Проскрипционные списки составляет и широко распространяет, как правило, только что утвердившаяся диктаторская власть, привлекая для истребления своих врагов добровольных помощников из населения.

 

ШОРЫ — это такие специальные пластинки, которые укреплялись возле глаз ездовой лошади — они закрывали ей боковой обзор (чтобы она не пугалась посторонних опасностей) и вынуждали смотреть только вперед по ходу движения. Бывают и люди такие же — зашоренные. «Те, кто надели на глаза шоры, должны помнить, что в комплект входят еще узда и кнут».

 

Нелишним будет знать, как в 20 веке в разных странах называли своих знаменитых диктаторов:

ФЮРЕР — Гитлер  в Германии;

ДУЧЕ — Муссолини  в Италии;

КАУДИЛЬО — Франко в Испании;

ВЕЛИКИЙ КОРМЧИЙ — Мао  в Китае.

 

ИНФАНТ — наследник испанского престола;

ДОФИН — наследник французского престола (в России — цесаревич).

 

ПРЕТОРИАНЦЫ. Императорами в древнем Риме первоначально называли победоносных полководцев, а преторианцами — солдат из отряда личной охраны императора. Со временем императоры ликвидировали последние остатки власти выборных органов, полностью отстранив римский народ от управления, сделались единоличными властелинами огромного государства. Но постепенно они сами стали заложниками своих охранников-преторианцев: простые солдаты охраны могли, сговорившись, убить любого неугодного им императора и короновать нового по своему выбору. В конце концов дело дошло до того, что эти телохранители стали возводить на трон великой империи своих товарищей по казарме.

И в России 18 века столичные гвардейские полки стали называть преторианскими в том же самом смысле: ни один из многочисленных дворцовых переворотов того времени не обошелся без бравых преображенцев и измайловцев.

Опасная это сила — люди, с оружием в руках стоящие у порога верховной власти: чуть зазеваешься — и они становятся преторианцами.

 

РЕГЕНТ — правитель при несовершеннолетнем или недееспособном монархе. Он обладает всеми правами и несет такие же обязанности, что и царь или король, но только временно, и власть его не наследственная.

 

УЗУРПАТОР — человек, который незаконно, опираясь на грубую силу, захватил власть в государстве, узурпировав тем самым эту власть у законно избранных или по праву наследующих её.

Когда власть в стране, в области или в конторе контролируют три человека, когда они договорились между собой и помогают друг другу эту их общую власть сохранить, то такую неразлучную троицу называют ТРИУМВИРАТ, а каждого из них — триумвиром. Если же их всего двое, то это ТАНДЕМ (тандемом также называется особый велосипед для двоих, в котором крутят педали оба спортсмена).

 

КЛИКА — компания политических проходимцев, дорвавшаяся вместе с каким-нибудь диктатором до власти и готовая на всё, чтобы власть эту сохранить и всласть ею попользоваться. Такую клику обычно называют КАМАРИЛЬЕЙ, если речь идет о ближайшем окружении монарха (дворцовая камарилья).

 

ПОЛИТИКАН. Если человек, занимающийся государственными или важными общественными делами стремится своей работой добиться каких-то результатов для всей страны, то его называют политиком. Если же он, занимаясь политикой, все свое влияние употребляет на достижение собственных карьерных целей, то его презрительно обзывают политиканом.

 

ОППОРТУНИСТ — политик, постоянно идущий по пути наименьшего сопротивления, неспособный плыть против течения во время общественных бурь, плетущийся в хвосте событий. Оппортунист — политикан, не желающий рисковать своим положением ради отстаивания своих взглядов (если таковые у него ещё остались).

 

ПОПУЛИСТ — в общем‑то, это разновидность оппортуниста, но со своими особенностями. Популист — это политик, стремящийся нравиться всем.

Всё время он рвется к власти, раздавая направо и налево несбыточные, противоречащие одно другому обещания. Он уверяет, что ему известны простые решения самых сложных общественных проблем, и именно он знает, как в одночасье привести страну ко всеобщему благоденствию. Не очень честно, но эффективно: популист прекрасно смотрится на фоне тех своих конкурентов, которые до конца понимают всю тяжесть ситуации в стране, знают, что выход из кризиса неизбежно будет трудным, долгим, и имеют глупость (мужество?) прямо говорить об этом избирателям.

Но предвыборные обещания — это ещё полбеды. Настоящая беда для всех начинается тогда, когда дорвавшийся до власти наш герой примется, не дай бог, свои обещания выполнять. Он повышает зарплаты — тут же повышаются цены, он пытается силой «заморозить» цены — сокращается торговля, а за ней и производство, возникает нехватка продуктов, вырастают хвосты очередей. Он дает деньги разоряющимся заводам — те тут же обменивают их на твердую валюту, обесценивая отечественные деньги, что опять ведет к росту цен и т.д.

Иметь руководителя‑популиста может позволить себе только очень благополучное государство, и то ненадолго. Подчиняясь сиюминутным настроениям большинства, популист не способен обеспечить стратегические, долговременные интересы страны, удовлетворить даже завтрашние потребности того же большинства.

 

ЛИБЕРАЛ — политик (да и просто человек), для которого высшей ценностью является свобода, который ставит свободу, соблюдение прав каждого отдельного человека выше интересов государственной машины. В этом — изначальный смысл либерализма.

КОНСЕРВАТОР — политик, стремящийся законсервировать, сохранить в неизменности существующие порядки, человек, больше всего ценящий устойчивость, спокойствие, стабильность, предсказуемость жизни.

РЕАКЦИОНЕР — человек, политик, тоскующий о старых временах, призывающий всех вернуться в старые стойла, ­пытающийся повернуть вспять историю, возродить «старые, добрые» порядки, когда каждый сверчок должен был знать свой шесток.

РЕТРОГРАД. ОБСКУРАНТ — сугубый реакционер, безжалостно и жестоко затаптывающий (при возможности) любой зелененький росточек нового только потому, что он —  новый.

 

ПАНОПТИКУМ — так называется музей восковых фигур, где представлены в натуральную величину самые разные знаменитости: политики, преступники, артисты и т.д. Специальные скульпторы стараются вылепить их и раскрасить так, чтобы они выглядели, как живые, но впечатление получается жутковатое — застывшие маски вместо лиц, белозубые оскалы вмес­то улыбок, окостенелые, неестественные позы… Поэтому паноптикумом называют и сходки живых людей — знаменитостей прошлых лет, пытающихся играть какую‑то роль и сегодня и не понимающих, что время их ушло безвозвратно, важных и жалких в своих претензиях.

 

ХАРИЗМА — это такое как бы сияние над головами некоторых руководителей. Посторонний человек этот ореол заметить не в состоянии, но для преданных сторонников их предводитель — кумир, чуть ли не полубог, никогда не ошибающийся (или великий даже в своих ошибках). Он — светлый образ, символ борьбы за любую справедливость, который прямо-таки излучает из себя силу, власть, благодать и вообще всё, что хочется его восторженным поклонникам.

Харизма — это не физическое свойство (хотя, действительно, есть люди, обладающие магнетическими свойствами влияния на массы людей), здесь главную роль играет вера окружающих, их надежды. Выдающийся полководец почти всегда обладает харизмой: солдаты (и свои, и чужие) видят его в ореоле одержанных им побед.

Харизма — штука очень сильная: Наполеон, разгромленный и сосланный на остров Эльба, через год, в одиночку, высаживается на французском берегу, — и королевские войска, посылаемые для его ареста, складывают оружие перед одним его именем, и он вновь вступает в Париж  императором.

Харизматический лидер может и не занимать официальных постов, но бывает, что его влияние перевешивает власть официальных правителей. Но лишь очень немногим харизматическим вождям удается сохранить своё духовное влияние на массы после того, как они, придя к власти, оказываются вынужденными заниматься каждодневной текучкой государственных дел — не громогласно с трибуны рубить узлы, а кропотливо и осторожно распутывать их, идти на компромиссы, учитывая противоречивые интересы всех граждан своей страны, а не только своих ревностных почитателей.

 

СПИЧРАЙТЕР. Вы что думаете — наши нынешние «слуги народа» (все эти депутаты, сенаторы, премьеры и президенты) — такие умные, что сами могут произнести перед нами какую-нибудь речь? Нет, вообще-то, что называется, «толкнуть речугу» от себя — это многие из них сумеют. Но только в этой «речуге» будет избыток слов с окрестных заборов и слишком мало изящных выражений из этой книги (про мысли и речи нет). Как правило, и иностранные, и наши деятели покрупнее заучивают наизусть или считывают текст, написанный для них специальными умными, но малозаметными людьми — этими самыми спичрайтерами («делателями речей»).

У меня есть мечта: чтобы, хоть ненадолго, наши политики уступили свои места своим спичрайтерам — уж эти-то точно о чем-нибудь между собой договорились бы!

 

ЛИБЕРАЛИЗАЦИЯ. В одних случаях это — освобождение от контроля, от искусственного, внешнего сдерживания: либерализация цен — отказ от приказного назначения государством цен на товары и переход на систему договорных цен (по соглашению между производителем и торговцем, продавцом и покупателем). В других случаях либерализация означает некоторое послабление (при сохранении контроля).

Так, например, после смерти Сталина произошла либерализация режима в СССР в том смысле, что граждан всё-таки перестали сажать сотнями тысяч в концлагеря за малейшее подозрение в неблагонадежности — партия несколько приослабила вожжи, но сама система тоталитарной власти по сути не изменилась. Такая либерализация вовсе ещё не означала демократизации, то есть создания таких условий, при которых сами граждане получили бы возможность решать судьбу своей страны. Первая же попытка перейти от горбачевской либерализации к демократизации СССР на рубеже 90-х годов привела к развалу и коммунистического режима, и единого государства.

 

АНГАЖИРОВАТЬ. Раньше это означало пригласить даму на танец, а актера — сыграть роль в спектакле. Значение слова в общем‑то сохранилось, только вот действующие лица сменились: промышленники или банкиры ангажируют политиков, чтобы они отстаивали (негласно) их интересы; политики ангажируют с той же целью журналистов.

Ангажировать — слово мягкое, деликатное, а довольно точный синоним у него — хоть и грубее, зато определеннее — подкупать (не грубыми и прямыми взятками, а косвенно — «борзыми щенками»).

 

ЛОББИ — это группа деятелей, которые связаны с какой-либо фирмой и по её заданию налаживают контакты с высокими государственными чиновниками для того, чтобы фирма получила выгодный государственный заказ, кредит, или чтобы с неё взыскали поменьше налогов и т.д. Своё лобби имеют и целые отрасли (аграрное лобби, военно-промышленное лобби). Лоббисты могут отстаивать в высоких кабинетах и интересы другого государства.

В США лоббирование — вполне законная деятельность. Но американцы навели здесь порядок: лоббист обязан официально зарегистрироваться в качестве агента фирмы или даже иностранного государства — без такой лицензии его не пустят ни в один государственный кабинет. А если он пролезет обманом со своими предложениями — суд, штраф, тюрьма.

 

ИСТЕБЛИШМЕНТ — сравнительно немногочисленная группа политиков, крупных предпринимателей, высших чиновников, реально влияющих на принятие важных государственных решений. Представители истеблишмента — вовсе не обязательно единомышленники, и цели у них могут быть разные, но именно от их персональных раздоров или договоренностей зависит каждый из поворотов государственного корабля. Их мнением высшие руководители пренебрегать не могут, ведь за каждым из них стоят их многочисленные сторонники в политических партиях, в бизнесе, в государственном аппарате, интересы (часто очень разные) десятков миллионов людей — нас с вами.

ЭЛИТА страны — круг людей более широкий, чем истеблишмент. Элита («лучшие») — это сливки общества, мозг нации, её нервы, её органы чувств. Известный ученый, писатель, музыкант, режиссер, художник могут не принадлежать к истеблишменту, не могут непосредственно влиять на принятие конкретных политических решений, но к их мыслям и чувствам прислушиваются миллионы людей. Элита воздействует на общественное мнение, на настроения в стране, на осознание народом своих целей и ценностей.

БОМОНД — так называемое «высшее общество», в котором вращаются одни сплошные знаменитости (не общаются, а именно вращаются!).

 

КОРРУПЦИЯ. Если вы (частное лицо) всучили взятку другому частному лицу (работает он на негосударственной, частной фирме), то такой подкуп коррупцией не называют. (Как это называют в частных фирмах, я не знаю — наверное, как-нибудь называют) Но если вы наберетесь отваги и с огромным трудом заставите, ну буквально вынудите взять ваш «конвертик» государственного чиновника (!), можете после этого совершенно справедливо называть его коррумпированным или даже обзывать коррупционером. Коррупцией называется само явление чиновничьей продажности, так можно назвать любое использование гос. чиновником своей должности и власти в личных корыстных целях.

Кстати, когда знаменитого нашего историка Карамзина попросили одним-единственным словом определить, что делается в России, он недолго искал это слово: «Воруют» — сказал он еще два века тому назад!

 

Мафии прижились в нашем отечестве, как родные. Если вы тоже трудитесь в одной из группировок, вам будет полезно запомнить некоторые традиционные мафиозные термины.

Если вашего братана при исполнении служебных обязанностей убили конкуренты, а кто-то из ваших в отместку убил убийцу, а те убили убийцу убийцы, а ваши убили убийцу убийцы убийцы, а они… — такая кровная месть у ваших сицилийских коллег называется ВЕНДЕТТА.

А если вы попались в лапы правоохранительных органов и наотрез отказываетесь обсуждать с этими органами дела своей мафии, то такая «глухая несознанка» по-сицилийски роскошно называется ОМЕРТА — обет молчания (да не обеД, а обеТ — это типа клятва такая).

 

Обыкновенный, по сути, грабеж, но одухотворенный мало-мальски подходящей к случаю идеей, получил звучное и гордое имя — ЭКСПРОПРИАЦИЯ.

КОНФИСКАЦИЯ — это когда у вас по решению власти отбирают то, чем вы владеете.           

НАЦИОНАЛИЗАЦИЯ — это когда отобранное или выкупленное у вас имущество присваивается государством, становится государственной собственностью.

А когда земля, дома и другие материальные ценности отдаются в распоряжение городских органов власти, такая операция называется МУНИЦИПАЛИЗАЦИЯ.

А если все это становится собственностью общественных организаций, то такая передача будет называться СОЦИАЛИЗАЦИЯ.

У слова социализация есть и другое значение. В жизни каждого растущего человека обязательно наступает время, ког­да он начинает замечать, что жить полной жизнью означает не просто гонять собак по улицам вместе со сверстниками. Ему в голову закрадываются мысли, что мир взрослых, может быть, не так скушен, как это казалось раньше, что там есть масса интересных и важных вещей. Так вот, попытки войти в этот взрослый мир, освоить его, найти там свое место, закрепиться в нем и называются социализацией человека. Это, наверное, самый тяжелый и сложный период в жизни: сколько приходиться пережить только тебе ведомых унижений, сколько «шишек» набьешь, прежде чем почувствуешь там себя своим человеком. Ну да ничего — социализируешься, и все будет нормально!

 

Один чиновник сказал по радио: «Этот вопрос я решить не могу — он не в моей юриспруденции». Дорогой начальник, учтите, пожалуйста, что ЮРИСПРУДЕНЦИЯ — это название всей юридической науки в целом, а также всей в целом деятельности судей, адвокатов и прокуроров. Вы просто обмолвились, а произнести вы, наверное, хотели другое слово (но обмолвились) — ЮРИСДИКЦИЯ. Оно к вашей фразе больше подходит. Сказать: «Этот вопрос находится в моей юрисдикции», «Это подпадает под мою юрисдикцию» означает признать, что вы этот вопрос решить вправе, что на этой территории вы являетесь полномочным представителем закона.

 

ПРЕЦЕДЕНТ  — это случай, который произошел впервые и который может послужить примером, образцом для других. В любой армии, например, довольно сурово пресекается любое, даже незначительное неповиновение солдата офицеру — ведь оно создает прецедент неисполнения приказа, и у других солдат может сложиться впечатление, что и им можно поступать так же (а если такое произойдет в бою, да ещё в массовом порядке, то поздно будет наказывать сотни вооруженных подчиненных). И в английском суде прецедент играет важную роль: судья, решающий, какое наказание назначить подсудимому, роется не в Уголовном кодексе (такового в Англии попросту нет), а в архиве. Он ищет там похожее дело (прецедент), чтобы посмот­реть, какой приговор был вынесен в том случае — он обязан приговорить преступника к точно такому же наказанию.

          

ВЕРДИКТ — решение выносимое ПРИСЯЖНЫМИ ЗАСЕДАТЕЛЯМИ. Есть вещи слишком важные, чтобы их доверять профессионалам. Во многих странах, например, считают, что в трудных ситуациях нельзя доверяться мнению профессиональных законников-юристов при решении человеческой судьбы. Когда государство обвиняет человека в совершении преступления, то для разбора этого обвинения собирается суд присяжных. То есть, дюжина местных жителей — людей самых обыкновенных, часто и законов-то не очень знающих — должна выслушать доводы государственного прокурора-обвинителя, защитительные аргументы адвоката, поспрошать свидетелей, и после этого вынести свой вердикт — этот человек невиновен, виновен, виновен но заслуживает снисхождения. Только на основании вердикта присяжных судья может действовать дальше: освободить подсудимого или применить против него ту или иную статью закона.

Суд присяжных — штука громоздкая, неспешная, дорогая, но практически все более или менее цивилизованные народы считают, что «овчинка стоит выделки».

Во-первых, к минимуму сводится вероятность следственной или судебной ошибки. Присяжные скорее оправдают за недостатком улик, чем допустят осуждения человека, если вина его не доказана «стопроцентно».

А во вторых, эти нормальные «средние» граждане, обыкновенные обыватели — присяжные — не допустят, чтобы бездушная государственная машина покарала человека автоматически, только потому, что этого требует закон. Ведь их вердикт должен основываться не на законе (!), а на совести, на их чувстве справедливости. В сущности, этих людей спрашивают — согласны ли они с тем, чтобы обвиняемый снова оказался среди них, не страшно ли им будет от такого соседства? Много раз, размышляя, каждый из присяжных поставит себя на место подсудимого и спросит себя, — а поступил бы я иначе, окажись волею случая в сходной ситуации? И бывает, что присяжные отказываются отдать обвиняемого в холодные руки уголовного кодекса — их вердикт «Невиновен» обязывает государство тут же, в зале суда вернуть человеку свободу (оправдательный вердикт суда присяжных считается окончательным и пересмотру в дальнейшем не подлежит).

 

ПРЕЗУМПЦИЯ — предположение, сделанное заранее, ещё до ­выяснения всех обстоятельств дела. Например, если вы недосчитались в кармане пяти рублей и сразу подумали, что их, наверное, стащил ваш лучший друг, то вы тем самым исходите из презумпции его виновности. В нормальном же суде действует противоположное правило: суд всегда обязан исходить из презумпции невиновности обвиняемого — не подозреваемый должен доказывать свою невиновность, а прокурор должен доказать, что преступление ­совершено именно им, и всякое сомнение в обстоятельствах дела всегда должно толковаться в пользу обвиняемого.

 

РЕАБИЛИТАЦИЯ. Вначале думалось, что понятие это слишком известное и включать его в словарь не стоит. Но однажды  один теледиктор попытался вслух прочитать незнакомое ему, очевидно, слово и у него после некоторых усилий получилось — «реалибитация». Специально для него: ре-а-би-ли-та-ция. Суд приговаривает гражданина к тюремному заключению, но через какое-то время государство спохватывается и официально снимает с него все обвинения — это и есть реабилитация. Неформально реабилитировать человека могут и окружающие, сняв с него всех тех собак, которых понапрасну когда-то на него навешали (реабилитировать в глазах общественности). Реабилитироваться в глазах болельщиков может и футболист, не забивший, например, пенальти, но через некоторое время забивший гол «с игры».

 

ПРОТЕКЦИОНИЗМ — защита отечественных производителей от конкуренции иностранных фирм. Главный прием такой защиты — повышение таможенных пошлин при ввозе зарубежных товаров в страну, то есть возведение на их пути таможенного барьера, когда за право ввезти товар нужно заплатить большую пошлину (определенный процент от стоимости товара). После этого заграничные изделия уже невыгодно продавать по более низким ценам, чем такие же отечественные. Таким образом, наши родные заводы получают возможность сбывать нам свою не слишком качественную и не очень дешевую продукцию. Если они используют такие тепличные условия для улучшения производства — хорошо, а если решат, что и так сойдет — плохо. Таможенный барьер не вечен, и наше, покупателей, терпение не безгранично.

 

ЭМИССИЯ — печатание и выпуск государством денежных знаков. Эмиссия — дело исключительной важности. Тот, кто в свободном рыночном хозяйстве определяет, сколько денег будет крутиться в стране, тот реально контролирует экономическую жизнь — цены (их постоянство, рост или снижение), выгодно или невыгодно вкладывать деньги в производство, выгодно или невыгодно продавать продукцию за рубежом или, наоборот,  ввозить ее оттуда и т.д., и т.д., и т.д. В любой стране право на эмиссию имеет лишь один центральный государственный банк, в своих решениях не зависимый ни от правительства с президентом, ни от парламента. В просторечии право на эмиссию называют «печатным станком» — выражение «запущен печатный станок» означает, что государство живет не по средствам, и оно, чтобы отдать свои долги, начало печатать новые деньги.

 

СТРУКТУРА — комплекс внутренних связей, скрепляющих изнутри все, что может называться «единым целым». Любое целое сохраняет свою целостность и не расползается, не растекается во все стороны только благодаря внутреннему несущему каркасу-скелету — структуре.

Говорят — «структура исполнительной власти». При этом имеется ввиду, что все государственные служащие этой ветви власти (от президента до участкового милиционера) представляют собой некое единое целое, будучи жестко связаны друг с другом отношениями «приказ-подчинение» — они элементы единой структуры.

Когда говорят о борьбе с организованной преступностью, то часто употребляют термин «криминальные структуры» — и не случайно. Бесполезно вылавливать и сажать отдельных «воров в законе» (их места тут же занимают еще более хищные и жестокие бандюки из нового поколения) — важно разрушить саму мафиозную организацию, разорвать и уничтожить ее внутренние связи — ликвидировать «криминальные структуры».

А если какой-то объект четко выраженной структуры не имеет, то его можно определить, как АМОРФНЫЙ.

 

КОНВЕРСИЯ. Её смысл выражен в лозунге: «Перекуем мечи на орала!» (орало — не мегафон, как можно подумать, а какое-нибудь мирное орудие труда — плуг, грабли, тяпка и т.п.). Следовательно, конверсировать производство означает переделать технологию так, чтобы из ворот завода выезжали не самоходные гаубицы, а, например, швейные машинки.

 

МИЛИТАРИЗМ — это массовое сознание народа, который выбирает себе национальных героев не из числа праведников и мудрецов, а  среди воинов, солдат и офицеров. Милитаризм — это когда любимой детской забавой становится игра «в войнушку», когда родители дарят своим детям игрушечные сабли, пистолеты, автоматы, танки, ракеты и т. п. Милитаризм —  это когда мужчины, научившиеся во имя государственных интересов убивать, не моргнув глазом, именно себе подобных считают элитой общества. Милитаризм — это когда юноши мечтают о кровавых битвах, а девушки грезят о том, как они будут выносить своих возлюбленных с поля брани и выхаживать их в полевых лазаретах. Милитаризм — это когда взрослые отцы семейств на выборах предпочитают голосовать за генералов, а не за экономистов или юристов. Милитарист — это тот, кого до глубины души трогает грозная красота истребителя-бомбардировщика, кто млеет от восхищения перед серой громадой ударного авианосца. Милитарист — это тот, у кого сладко щемит сердце при виде четкого парадного строя пехоты и отблесков солнца на ее штыках. В милитаризованном государстве все, даже люди сугубо гражданских профессий, ощущают себя мобилизованными и призванными для достижения главной всеобщей цели — военной мощи своей Родины.

 

СУБМАРИНА — красивое название подводной лодки.

 

Посадил дед репку. Все лето он ее окучивал, удобрял, полол, поливал, жуков с нее обирал — и столько он на нее трудов положил, что выросла у него репка большая-пребольшая! А бабка поступила проще: рассадила много-много репок по всему своему огороду, да и забыла о них, а осенью надергала их — маленьких-маленьких! — целую корзину. В итоге урожай у них по весу получился одинаковый, но у бабки — со всего огорода, а у деда — с «пятачка». А причина в том, что дед вел ИНТЕНСИВНОЕ хозяйство, а бабка — ЭКСТЕНСИВНОЕ.

 

ДЕМПИНГ — продажа своих товаров по сверхнизкой цене, при которой продавец не только не получает прибыли, но даже не может окупить своих затрат на производство этих товаров.

Странно — зачем это ему нужно? А смысл в этом иногда есть. Например, ваша фирма начинает вязать веники. Но на вениковом рынке уже давно продают свой товар более опытные и умелые конкуренты. И в этой ситуации вы выбираете хитрую стратегию: накапливаете предварительно деньги про запас (они у вас будут как бы в засаде) и начинаете продавать свою продукцию по демпинговой цене — вдвое дешевле конкурентов. От покупателей, естественно, нет отбою, но торгуете-то вы себе в убыток — денег от таких демпинговых продаж слишком мало, чтобы расплатиться с рабочими и заплатить поставщикам сырья. Но и конкуренты тоже никакой прибыли не получают (все покупатели — у вас) и тоже начинают прогорать. Они смотрят на вас, как на сумасшедшего и ждут, что вы вот-вот разоритесь на такой сверхдешевой торговле. И тут вы бросаете в бой «засадный полк» своих тайных накоплений — и, стиснув зубы, продолжаете свое убыточное пока производство. У конкурентов таких запасов не находится (такой подлости они не ожидали), они начинают понимать, что рядом с вами им ловить нечего, и уходят с веникового рынка в другие отрасли. В результате этой хитрой операции вы становитесь вениковым монополистом и тут же взвичиваете цену на свой нехитрый товар так высоко, как будто вяжете свои веники чуть ли не из серебра. Покупателям деваться некуда — дещевле уже нигде не купишь — приходится брать товар по высоким монопольным ценам. Вы быстро окупаете свои прошлые убытки и становитесь скоро очень богатеньким.

Демпинг считается по закону мошенническим приемом, экономическим преступлением. Если конкуренты подадут на вас в суд, — можно разориться на штрафах. (Если быть абсолютно точным, то демпингом именуются подобные продажи на внешних рынках, — так что, особенно опасно продавать российские веники по бросовым ценам где-нибудь в Голландии.)

 

КВОТА — часть, доля. Но не каждая доля — квота. Например, ваш вклад в общий заработок семьи — часть, доля, но не квота. Квотой здесь будет та часть общих денег, которую вам разрешили потратить на себя (можно меньше, но нельзя больше).

Бывает, что и взнос не может быть больше определенной величины: если бы все нефтедобывающие страны продавали всю нефть, которую они физически могут накачать из скважин, то её оказалось бы на мировом рынке слишком много и цена на неё упала, что этим странам было бы невыгодно. Поэтому они договариваются, сколько нефти они продадут за год все вместе, а потом распределяют между собой квоты — сколько нефти вправе продать каждая из них. Квота — доля разрешенная и заранее определенная.

 

ПУЛ — временное объединение государств или организаций, договорившихся действовать сообща для совместного решения какой-нибудь долгосрочной задачи. Пулом называют, например, организацию нефтедобывающих государств, созданную ими для контроля над мировым рынком горючего (цены, объемы добычи). Пулом называют и группу банков, каждый из которых в свое время дал кредиты какому-нибудь крупному заемщику (корпорации, государству), — они выбивают с него долги совместными усилиями.

 

БУМ — веселое слово, которым называют чрезвычайную моду на что-нибудь (бум на юбки-макси, юбки-мини или на бикини), чрезвычайную активность в каких-нибудь делах (строительный, компьютерный бум) и вообще чрезвычайную всеобщую деловую активность (экономический бум). Когда говорят «бум», то имеют ввиду прежде всего резкий подъем сделок купли / продажи.

 

АФЕРА (не афёра) — мошенничество (но не слишком мелкое). Ну, это слово сейчас все знают (времена такие). А ещё полезно знать, что мошенничество грандиозное, аферу выдающуюся, скандальную на весь свет называют ПАНАМА. Так во многих языках сохранилась память о прорытии Панамского канала. Французская строительная компания тогда разворовала такое фантастическое количество денег акционеров, что вошла в историю (буквально влипла в неё).

 

В былые времена хозяин-владелец называл своего доверенного человека — «приказчик», «управитель», «старший конторщик» или как еще пожелает. Он нанимал его, чтобы тот взял на свои плечи каждодневные, текущие хлопоты и заботы в магазине, в поместье, в банке или на фабрике. И сейчас такие люди, конечно, есть, но теперь наемный управляющий очень любит, когда его называют МЕНЕДЖЕР, а хлопоты свои в чужом бизнесе предпочитает именовать — МЕНЕДЖМЕНТ (красиво!). Ну и пусть называют себя, как им нравится — лишь бы дело делали.

 

КОНГЛОМЕРАТ — механическое соединение разнородных кусков. Конгломератами называют огромные города, которые не разрастались из единого центра или не строились по единому плану, а образовывались из постепенного слияния многих небольших городков. Конгломератом называют и крупную фирму, объединившую под своим управлением множество других фирм, по роду своей деятельности друг с другом не связанных (когда из одного офиса направляется работа кондитерской фабрики и угольной шахты, таксопарка и магазина).

 

ЛОКАУТ — самое сильное средство, которое применяет владелец завода против своих забастовавших рабочих: одновременное увольнение скопом всех работников и временное ­закрытие предприятия. Чаще всего это жест чисто демонстративный (а где, интересно, он наберет новые квалифицированные кадры?) — в конце концов он будет вынужден договариваться все с теми же людьми.

 

КОММИВОЯЖЕР — профессия эта возникла и стала массовой уже в нашем веке, когда товаров в магазинах стало много, и у торговых фирм возникли трудности с их сбытом населению. Нашлось немало мужчин, взявшихся развозить по домам и квартирам швейные машинки и подтяжки, ботинки и пятновыводители,  а потом — радиоприемники,  пылесосы, стиральные машины и т.д, и т.д. и уговаривать доверчивых домохозяек купить у них все это. В коммивояжеры шли (и идут), как правило, энергичные и подвижные люди, которым не повезло в собственном бизнесе. Среди этих комми можно встретить подлинных виртуозов, поэтов своего дела — напор, брызжущий через край оптимизм, желание буквально осчастливить вас покупкой и неистощимая изобретательность делают этих современных коробейников совершенно неотразимыми. Иногда требуется немало мужества, чтобы не купить у этого симпатяги абсолютно ненужные вам вещи.

 

Если вы подсобрали денег (желательно, чужих) и хотите начать какое-то крупное дело или, упаси бог, развернуть какое-нибудь общественное движение, а, может, уже произвели некий крупный продукт, и не знаете, что с этим делать дальше — советуем:  устраивайте рекламный прием, называемый ПРЕЗЕНТАЦИЯ. Как? Да очень просто: арендуете зал (от обычной столовки до Дворца Съездов), приглашаете ансамбль с певицей (от Эльмиры Пупкиной до Аллы Пугачевой), зазываете окрестных девиц (подлинноногей), расставляете столы с легкими закусками и тяжелыми напитками. После этого уже можно рассылать записочки с приглашениями — бизнесменам и начальству, известным артистам и знакомым бандитам (родственников, родственников не забудьте!). Можете не волноваться: хотя ваши дела их абсолютно не интересуют, все-все придут — на любой презентации над толпой гостей витает манящее, желанное, старинное русское волшебное слово ХАЛЯВА! (бесплатные закуска, выпивка и развлечения — дармовщина).

 

СИНЕКУРА — так называют должность в какой-нибудь конторе, которая не требует серьезной работы, не предполагает какой-либо ответственности, но при этом очень неплохо оплачивается. Мнение, что слово синекура происходит от непрерывных перекуров, ошибочно: по латыни sine cura означает «без заботы».

 

НОУ-ХАУ — буквально: «знаю, как». Для изготовления многих вещей часто требуется знание некоторых технологических хитростей (иначе не получить нужного качества). Тот, кто первый догадался о них, держит их в секрете, а потом начинает ими торговать. Ноу-хау чаще всего не содержат великих открытий или головоломных изобретений, но эти технологические приемы тоже имеют своих открывателей и хозяев. Хочешь без проблем производить такую же продукцию — покупай на нее ноу-хау.

 

Построить город — значит не просто налепить друг к другу дома-коробки, но и подвести к ним трубы с водой и канализацию, обеспечить их электричеством и телефонной связью, провести дороги и подъездные пути, наладить движение транспорта, в достатке обеспечить население родильными домами, яслями, детскими садами, школами, военкоматами, тюрьмами, больницами и кладбищами. Вся эта система жизнеобеспечения называется ИНФРАСТРУКТУРА. Своя инфраструктура есть и у жилого дома, и у завода, и у страны в целом. СССР строил гигантские заводы, каналы и плотины, покорял космос и создал сильнейшую в мире армию, но с инфраструктурой дела были всегда плохи (впрочем, неразвитость инфраструктуры — одна из вековых бед России).

 

ФАРС. В городах средневековой Европы бродячие актеры устраивали для почтеннейшей публики представления — ­пьесы с грубоватыми, примитивными и давно всем известными сюжетами, которые назывались фарсы.

В театрах этот незатейливый жанр давно забыт, но он возродился и расцвел в политической жизни. Когда политики с трибуны мечут друг в друга громы и молнии, накануне вечером потихоньку дружески договорившись между собой, они тоже разыгрывают фарс под аплодисменты своих наивных сторонников.

А как знаком старшему поколению избирательный фарс советских времен! Результаты выборов заранее определены в высоких кабинетах, но миллионы граждан идут голосовать на избирательные участки, а десятки тысяч уполномоченных по всей стране тщательно подсчитывают бюллетени из предварительно «проверенных» избирательных урн: 99,9% голосов «за» — ну полное торжество социалистической демократии! Традиции избирательных фарсов пережили все передряги последних десятилетий, они сохранились и в новейшие российские времена.

 

СЕКРЕТ ПОЛИШИНЕЛЯ — и это выражение пришло со средневековых театральных подмостков. Полишинель, герой фарсовых представлений, нескладный и неудачливый, пытается всё время обмануть других героев пьесы и громким шепотом посвящает зрителей в свои хитроумные планы. С тех пор всем известный, но официально скрываемый секрет стали называть секретом полишинеля (сам герой так давно сошел со сцены, что имя его уже пишут с маленькой буквы).

 

АМПЛУА. Театральные актеры небольших талантов в старые времена выбирали себе специализацию — амплуа — и играли на сцене только роли определенного типа. Были стандартные амплуа «героев-любовников» и «наивных девушек», «благородных отцов», «комических старух» и т.д.

Все политики тоже во многом актеры и тоже не любят менять избранный однажды образ-амплуа: «неустрашимый обличитель», «честный солдат», «государственная женщина», «шут гороховый» и т.п.

 

 

ПАТРИАРХАЛЬНЫЙ — не просто древний, примитивный, архаичный, смысл у этого слова более определенный (буквально оно означает «отцовский»). Патриархальной можно назвать семью, где вся тяжесть ответственности за её благополучие лежит на отце или вообще на старшем по рождению, и власть его абсолютна — он хозяин и волен распоряжаться судьбами младших членов рода, пресекать малейшее своеволие, если оно грозит ослабить семью.

Все члены такой семьи занимают каждый своё место-«ступеньку» на внутренней «лестнице» старшинства. На этой «лестнице» старшинства царит строгая иерархия: младший брат — старший брат — мать — отец (над отцом — только Бог).

Иерархически построенная семья изнутри прочно спаяна традициями господства/подчинения — там царит строжайшая СУБОРДИНАЦИЯ: младший брат полностью подчинен старшему, старший — матери, она — отцу. (Кстати, типичный пример патриархальной организации — классическая итальянская мафия.)

Патриархальная семья невероятно устойчива, стабильна, в таких семьях человечество прожило (и выжило!) почти всю свою историю. И общество, состоящее из таких семей-ячеек, организовывалось по такому же принципу: во главе — самодержец не по выбору населения, а по праву рождения, а ниже — иерархия правителей, где каждый полностью распоряжается низшими и одновременно полностью подчинен высшим («слуга царю, отец солдатам»).

 

АУДИЕНЦИЯ — официальная, заранее вам назначенная встреча с королем, Папой Римским или с каким-либо иным титулованным лицом подобного ранга. Слово это очень высокое, но оно широко употребимо и в обыкновенной жизни — с оттенком иронии. Если вам удалось пробиться на прием к какому-нибудь мелкому начальнику и об этом вы скажете, что «удостоились аудиенции», то тем самым вы в вежливой форме выразите свое презрение к этому чинуше, который вообразил себя пупом земли и лопается от важности и самомнения.

 

ПАБЛИСИТИ. Реклама вошла в наш быт, в плоть и кровь и сидит уже в печенках. Рекламная кампания делающего карьеру политика или его партии, в принципе, мало чем отличается от рекламирования зубной пасты или шнурков для ботинок, но всё же (из вежливости?) её называют шикарным словом паблисити. Опытные рекламщики могут сделать кому угодно такое паблисити, что невзрачный субъект с темным прошлым предстанет перед публикой единственным спасителем Отечества, компания его прихлебателей — политической партией, вдохновленной светлыми идеалами, а сомнительные дельцы, дающие им где‑то украденные деньги, — солидной фирмой, которой можно доверить все свои сбережения.

 

БОНТОН — стиль поведения, принятый в так называемом «высшем обществе» (соответствующая одежка и обувка — строгая и не бросающаяся в глаза, сдержанность в выражении своих чувств, ровный тон в обращении как с сильными мира сего, так и с официантами, едва скрываемое презрение к любой увлеченности и т.п.). МОВЕТОН — все, что противоречит бонтону. (От бонтона и моветона нельзя образовывать ни новых существительных, ни глаголов, ни прилагательных, ни прочих частей речи — их можно только склонять).

 

РАФИНИРОВАННЫЙ (буквально — «очищенный») — когда так отзываются о человеке, то имеют ввиду, что во всем его облике, поведении, круге знакомств нет ни малейшей примеси вульгарности, простонародной грубости, но нет и сочности, смачности — в нем слишком уж все «отутюжено», вылощено. Он похож на дистиллированную воду — ни вкуса, ни запаха, ни свежести.

 

АПОЛОГЕТ — человек, готовый превозносить понравившуюся ему однажды идею даже тогда, когда жизнь показала её ложность, расхваливающий правителя, какие бы ошибки тот ни совершал, славословящий политический режим, какие бы безоб­разия ни творились при нем в стране. Апологетика — занятие довольно смешное, если делается по глупости, и гнусное — если по расчету.

Апологета по расчету, приспешника, льстивого прислужника кого-нибудь из сильных мира сего называют КЛЕВРЕТ.

 

Влиятельному патрону выгодно помогать «своим» людям делать собственные карьеры, и он всегда, где надо, замолвит за них словечко. Он им таким образом ПРОТЕЖИРУЕТ, будучи уверенным, что человек, которому он помог выйти в люди (его ПРОТЕЖЕ), не забудет отблагодарить его в своё время. (Надо сказать, однако, что слово протеже всё-таки не имеет такого явно обидного, оскорбительно-презрительного оттенка, как клеврет, — так вполне можно назвать просто доброго знакомого, младшего родственника, которого рекомендуешь своим влиятельным друзьям, чтобы помочь ему встать на ноги.)

 

Любой начальник в своей конторе старается расставить на ключевые посты «своих» людей. Всех их вместе и каждого из них в отдельности можно назвать «КРЕАТУРА нашего шефа».

 

ДЕМАРКАЦИОННАЯ ЛИНИЯ. Война (чаще всего гражданская), воюющие стороны выдохлись — спор не решен, но воевать сил уже нет. Договариваются о прекращении огня по всей линии фронта, заключают перемирие, и начинаются долгие (иногда очень долгие) переговоры о том, как же противникам жить дальше рядом. Пока же фактическая граница между ними — бывшая линия фронта, демаркационная линия.

Если демаркационная линия проходит по городским кварталам, то называют её почему‑то «зеленой линией».

Четыре десятка лет разделяет демаркационная линия Южную и Северную Кореи, три десятилетия — остров Кипр в Средиземном море. Войны нет, но и мира тоже.

 

ВОЛОНТЕР — доброволец, по собственному желанию нанявшийся в армию или в какую-нибудь организацию, в основном, из идейных соображений.

          

ЛАНДСКНЕХТ — солдат из чужой страны, иностранный наемник, продающий своё умение убивать. На войне делает за плату самую грязную, кровавую «работу», которой гнушаются солдаты национальной армии. У этих ребят нет ни чувства защитника родины, ни даже опьяняющей гордости побеждающего агрессора — это просто платные убийцы и мародеры, которым плевать на всё, кроме денег.

 

РЕКОГНОСЦИРОВКА — это разведка, но особого рода, когда нужно не выяснить что‑то конкретное и определенное, а просто внимательно осмотреться на новом месте.

 

ШОВИНИЗМ — агрессивное убеждение, что тот круг людей, к которому ты принадлежишь, есть лучшая часть человечества, призванная господствовать над всеми остальными. Наиболее распространен национальный шовинизм и его разновидность — великодержавный шовинизм (когда так о себе понимает большой народ с сильным государством). Бывает шовинизм мужской, женский, молодежный и т.д., и т.д. (иногда даже профессиональный — чаще всего у «технарей»).

 

ЭТНИЧЕСКИЙ — национальный. Этногенез — зарождение народа. Этнография — наука, изучающая традиции, обычаи народов. Этнология — наука, пытающаяся определить причины возникновения отдельных народов, их исторических взлетов и падений, причины их исчезновения. Этнический конфликт — столкновения людей на почве национальной неприязни (примеров не счесть). Этнические чистки — выселение силой всех людей какой‑то одной национальности, чтобы изгнавшие их люди другой национальности могли счастливо жить в их домах.

 

ДИАСПОРА («рассеяние»). Почти всякий народ делится на две части: на тех, кто остался жить на родине, и на расселившихся за её пределами, рассеявшихся по всему свету, диаспору.

Диаспорой также называют всех людей определенной некоренной национальности, живущих в одном городе или государстве (грузинская диаспора Москвы, русская диаспора в США и т.п.).

 

АССИМИЛЯЦИЯ — полное слияние, растворение одного в другом. Ассимиляцию живущих вместе народов оценивают ­по‑разному: одни говорят, что это плохо, другие, наоборот, — хорошо. Но она происходит в миллионах мелочей повседневной жизни, не спрашивая ни у кого разрешения и оценки. Перенимаются слова и жесты, верования и кулинарные рецепты, молодежь женится по любви, и гены разных народов сливаются в детях и внуках. Говорят, что более сильный народ поглощает, ассимилирует без остатка слабейший. Да, как вода поглощает сахар: нет больше белых кристалликов, и вода так же прозрачна, но попробуй — она стала сладкой!

 

ДЕПОРТАЦИЯ — насильственное переселение, изгнание, выдворение людей. Депортировать можно вполне законно и обоснованно, например, иностранцев, нелегально просочившихся в страну и попытавшихся здесь поселиться в обход существующих правил. Страшно, когда по злой воле власти или господствующего большинства депортируются со своей родины целые народы. Долго ещё России придется расхлебывать последствия сталинских депортаций чеченцев, ингушей и еще многих народов.

 

СЕПАРАТНЫЙ — отдельный от других. Если государство воюет вместе со своими союзниками против общего врага, но чувствует, что силы его на исходе, а союзники ничем существенным помочь не в состоянии, оно бывает вынужденно заключить с противником свой собственный, отдельный от союзников, сепаратный мир (так поступила Россия, заключив сепаратный Брестский мир с Германией в Первую мировую войну, так вышли из Второй мировой войны все европейские союзники Германии). А бывает, что, сидя за праздничным столом в большой разношерстной компании, несколько приятелей поднимают бокалы за здоровье друг друга, тоже называя свой тост сепаратным.

СЕПАРАТИЗМ — стремление отделиться. Сепаратистские движения возникают внутри многонационального государства, когда некоторыми из живущих в нем народов овладевает желание создать своё собственное самостоятельное государство. Сепаратистские настроения далеко не всегда вызываются экономическими или культурными притеснениями, они бывают иногда сильны и в самых свободных, демократических странах. Так, едва не отделилась от Великобритании Шотландия; канадская провинция Квебек, населенная давними выходцами из Франции, давно собирается создать самостоятельное государство; словаки отделились от чехов (об СССР, России, Югославии и других я уж и не говорю). Сложное и очень болезненное это явление — сепаратизм.

 

МЕНТАЛИТЕТ (МЕНТАЛЬНОСТЬ) — проще говоря, это национальный характер, характер народа. Но это только «проще говоря». Немецкая аккуратность, английская невозмутимость, французское легкомыслие — определения довольно приблизительные, даже грубова­тые. Ментальность — шире, чем характер, богаче, сложнее, изменчивее, это, скорее, самоощущение народа, его «цвет», «запах».

Определить ментальность каждого отдельного народа весьма трудно, для этого нужно хорошо знать его культуру, искусство: литературу, живопись, музыку, сказки, обряды, нужно пожить среди него, нужно его полюбить. Нужно узнать и, главное, понять его исторический опыт, незаметно передаваемый из поколения в поколение.

Сказать о немцах, что они отличаются дисциплинированностью, большие аккуратисты, дотошны, логичны и последовательны в любом деле, значит сказать очень мало о ментальности народа, проигравшего и истощившегося в бойне Первой мировой войны, расчлененного и униженного соседями-победителями, продавшего душу своим мерзавцам — нацистам. Народа, завоевавшего всю Европу и попытавшегося установить своё господство над всем миром, до конца сопротивлявшегося в жесточайшей в истории битве народов, разгромленного и отрезвившегося на дымящихся развалинах родины, вновь расколотого победителями на два враждебных друг другу государства; сумевшего сотворить «экономическое чудо» свободного рынка, стать на западе полнокровной демократией, а на востоке — оплотом тоталитаризма; разрушившего, наконец, Берлинскую стену и самую охраняемую в мире границу, десятилетиями разделявшую единый народ.

Можете себе представить, насколько ментальность немецкого населения Германии должна отличаться от ментальности немецко­язычных швейцарцев, таких же дисциплинированных аккуратистов (часовщики!), но несколько столетий мирно и размеренно проживших в своих Альпах, абсолютно не вмешиваясь ни в какие европейские разборки; насколько по‑разному ощущают они себя в этом мире.

А взять русских и американцев, различных буквально во всем: очень непростая тысячелетняя история России — и двести сравнительно благополучных лет США, самодержавие и тоталитаризм у нас — и свобода и самоорганизация населения в Штатах, коренной и господствующий над другими русский народ — и «плавильный котел» эмигрантов со всего мира в Новом Свете. Но давно замечено что‑то неуловимо общее у них и у нас: широта взгляда на мир, размах замыс­лов и дел (и ещё что‑то в этом роде, что трудно выразить словом). А дело, наверное, в том, что нынешний менталитет обоих народов возникал на огромных и неосвоенных просторах европейских, сибирских равнин и девственных прерий, из поколения в поколение люди ощущали вокруг себя необъятный простор. Всегда было куда уйти: туда, где выживешь или нет — будет зависеть только от тебя. И, с другой стороны, как же должен отличаться менталитет этих народов от самоощущения людей в старых европейских — скученных, городских — странах.

Различные ментальности могут уживаться и внутри одного народа, одного общества: менталитет потомственного офицерства весьма отличается в любом народе от духа студенчества или завод­ских рабочих. Собственно говоря, сложные сочетания, переплетения ментальностей всех слоев и кругов общества и составляют менталитет народа.

 

А ЛЯ РЮСС («как русский» — по-французски) — особый стиль одежды, поведения и пристрастий — «якобы русский», подделка под русскость, нарочитая посконность, кондовость и «домотканность». Когда во вполне комфортабельной городской квартире на стенах наклеены обои, имитирующие бревна, а на них развешаны прялки, лапти и балалайки, и холеная хозяйка ставит на стол чугунок с картошкой «в мундире» и предлагает запивать ее квасом и пить чай исключительно из самовара — это и есть «стиль рюсс», жалкая и смешная мода на «возвращение к истокам». К подлинной особости и неповторимости русского характера, русской культуры этот «а ля рюсс» никакого отношения не имеет.

 

ДИСКРИМИНАЦИЯ — ущемление ваших прав, заведомое ограничение ваших возможностей, в то время как другие могут пользоваться ими совершенно свободно. В разных временах и странах люди подвергались дискриминации по самым разнообразным причинам: за то, что были русскими или евреями, вьетнамцами или японцами; за то, что верили в Христа, в Аллаха, в Будду или поклонялись священным деревьям; за то, что кожа у них была черная, белая, желтая или красноватого оттенка, и так далее. «Все люди созданы равными!» — этот принцип, даже записанный в конституции, в жизни пробивает себе дорогу трудно: всегда находятся люди, которые считают себя более равными, чем все прочие.

Есть здесь и свои нюансы. Если вас не принимают на учебу или на приличную работу потому, что вы не знаете большинства слов из этого словаря, качать права глупо. Но если вам дают от ворот поворот из-за того, что вы, например, рыжий или левша, то уж тут можете считать себя дискриминируемым с полным правом.

 

ГЕНОЦИД — это уничтожение населения определенной национальности, это физическое поголовное истребление, массовое организованное убийство всех людей этой национальности от мала до велика. Геноцидов, больших и малых, было в истории много: тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч, миллионы жертв… Каждый год в апреле все армяне, где бы они ни были, собираются вместе, чтобы вспомнить День геноцида — день памяти жертв резни 1915 года, организованной турками, когда погибло более миллиона армян.

ХОЛОКОСТ — «всесожжение» — так называют нацистский геноцид, в котором погибло шесть миллионов европейских евреев. Масштабы нашего века…

 

АНТИСЕМИТИЗМ (ЮДОФОБИЯ). Хотя арабы тоже семитский народ, но антисемитизмом называется всё же только ненависть к евреям. По библейскому преданию евреи — народ, избранный Богом для того, чтобы через него возвещать свою волю всему человечеству. И Ветхий, и Новый Завет являются по сути историей жизни и духовных исканий этого народа.

Евреи, уверовавшие в Иисуса Христа, обратили в свою веру народы римской империи и растворились среди них (ведь для Христа «нет ни эллина, ни иудея»). Но большинство еврейского народа не признало Иисуса из Назарета Христом, Сыном Божиим, и продолжало ждать предсказанного явления Спасителя мира, свято соблюдая ветхозаветные законы и обычаи.

Судьба евреев, оставшихся правоверными иудеями, в по­следние два тысячелетия была трагична и удивительна. Сначала римляне, затем арабы, а потом и христианские государи рассеяли изгнанный из родной Палестины народ буквально по всему свету. Волна беженцев достигла и средневековой Европы, в которой не было места для чужаков‑иноверцев — их не принимали ни в сельские общины, ни в ремесленные цеха, ни в купеческие гильдии. Бывшие скотоводы и земледельцы, они осели в городах, где им достались занятия, не только осуждаемые, но и прямо запрещенные христианам.

Поэтому именно евреи становились тогда, помимо всего прочего, менялами и ростовщиками (обмен валюты, банковское дело солидны и престижны сейчас, но в те времена такие профессии вызывали только презрение и ненависть, как занятия греховные и грязные).

Евреи были единственными нехристианами, сумевшими выжить в этом враждебном окружении и не изменить вере отцов, они были единственными чужаками, больше тысячи лет жившими бок о бок с европейскими христианами, никогда не отличавшимися веротерпимостью. Поэтому неудивительно, что именно на них постоянно возлагали вину за все возможные несчастья — за недороды и эпидемии, падеж скота и прочие невзгоды помельче.

Антисемитизм стал дурной многовековой традицией населения во многих странах, и традицией очень удобной — всегда было на ком выместить своё отчаяние от любых бедствий, всегда можно было направить гнев озлобленной толпы против беззащитных чужаков, соблазнить её безнаказанностью погрома и грабежа (такую же роль, кстати, играли и христиане-армяне в мусульманской Турции или китайцы в Индонезии).

Опомнилась Европа только в 20 веке, ужаснувшись зверствам поголовного истребления евреев от мала до велика нацистами в оккупированных странах — Холокост многим вправил мозги. Сейчас в любой мало-мальски приличной стране выказать себя антисемитом, юдофобом считается столь же непристойным, как, например, «испортить воздух» в гостиной.

 

ГЕТТО — отдельный квартал в средневековом европейском городе, где обязаны были жить евреи — правоверные христиане не допускали проникновения в свою среду иноверцев-иудеев. В 20 веке гетто в завоеванной Европе возродили нацисты. Поставив целью поголовное истребление еврейского народа, они сгоняли всех евреев из окрестностей в обнесенный колючей проволокой городской квартал, а затем методично и планомерно уничтожали гетто одно за другим во всех городах — специальные карательные команды поголовно вырезали всех обитателей гетто. Население крупных гетто, чтобы не возиться на месте с огромным количеством трупов, гитлеровцы перевозили в специально оборудованные лагеря — «фабрики смерти», оснащенные газовыми камерами и печами-крематориями с большой пропускной способностью, а пепел потом продавали окрестным фермерам как удобрение.

И ведь совсем недавно это было — жив, наверное, и кое-кто из исполнителей.

 

СИОНИЗМ — движение, возникшее в еврейских общинах Европы и Америки в прошлом веке, стремившееся воссоединить весь народ на древней родине, в земле обетованной — в Палестине, у священной иерусалимской горы Сион, и воссоздать там своё государство — Израиль. Ужасы Второй мировой войны, особенно губительные для еврейского населения, превратили дотоле тоненький ручеек переселенцев в многолюдный поток, и в 1947 г. по решению ООН в Палестине было образовано самостоятельное еврейское государство.

Сталин также поддержал это решение, надеясь что еврейские переселенцы из СССР станут послушными проводниками его воли на Ближнем Востоке. Когда же советские руководители поняли, что жестоко в этом ошиблись, сионизм превратился для них в «злейшего врага коммунизма и всего прогрессивного человечества».

Не очень, правда, понятно, почему сионизм стал пугалом для неофициальных, «бытовых» антисемитов: они призывали к изгнанию евреев — но ведь и сионисты звали тех к отъезду, антисемиты препятствовали участию евреев в жизни «своих» народов — но ведь и сионисты тоже старались изолировать еврейские общины от иноверческого окружения!?

А сионистское движение увенчалось-таки успехом: запустыневшая и заболоченная земля превратилась благодаря упорному и умному труду нескольких поколений переселенцев в цветущий край. Буквально на голом месте возник небольшой, но развитый, сильный, демократический Израиль, и снова там звучит, став обиходным, возрожденный из мертвых древний язык Ветхого Завета — иврит. Дай только Бог и Аллах прочно и мирно ужиться с арабами!

 

АРАБЕСКИ. Коран запрещает делать изображения человека, животных и вообще всех живых существ. Поэтому все мастерство арабских художников сосредоточивалось в основном на создании разного рода орнаментов. Изящные, вычурные, прихотливые, причудливые, декоративные переплетения разноцветных линий, геометрических фигур сплошь покрывали стены мусульманских мечетей и дворцов, обрамляли листы арабских свитков и книг. И когда европейские художники переняли этот арабский стиль, то свои росписи подобного рода они называли арабесками. Позже значение этого слова расширилось: арабесками стали называть и музыкальные пьесы, виртуозные по исполнению и легкие для восприятия, и циклы рассказов, построенных вокруг какого-то одного ощущения, и вообще рассуждения на какую-либо тему, изобилующие многочисленными отступлениями, со свободно извивающимся сюжетом, в которых важен не результат, конечный вывод, а удовольствие от самого процесса рассуждений.

           

МАСС-МЕДИА. Мы сейчас живем в мире, насыщенном и перенасыщенном самой разнообразной информацией. Ее вокруг так много и она такая всепроникающая, что мы ее уже перестали замечать (как воздух). Мы и наши дети узнаем мир, в котором живем, уже не столько из собственного опыта, сколько из газет, радио, телевидения, компьютерных программ, кино- и видеофильмов — весь этот информационно-развлекательно-образовательный бульон, в котором мы все, хочешь-не хочешь, варимся, называют масс-медиа («всеобщий посредник»).

 

БРИФИНГ. Когда какая-нибудь знаменитость приглашает к себе толпу журналистов, чтобы удовлетворить их любопытство относительно своей особы, то предполагается, что на этой пресс‑конференции можно задавать любые вопросы. Но если прессу приглашает прийти в своё учреждение лицо официальное, должностное, то делается это, чтобы разъяснить журналистам какие‑то уже принятые решения, и именно такую пресс-конференцию называют брифингом. На брифинге журналисты могут задавать только уточняющие вопросы по теме, а если кто‑то из них попытается выяснить мнение чиновника о смысле жизни или разузнать интимные подробности его биографии, то пусть в дальнейшем не беспокоится — на следующий брифинг его вряд ли пригласят.

 

ЭКСКЛЮЗИВ — исключительность. Когда известного человека наперебой осаждают журналисты с просьбами высказаться по интересующему их вопросу, а он опасается, что кое-кто способен переврать его слова, в этом случае он приглашает к себе кор­рес­пондента именно той газеты, в честности и порядочности которой он не сомневается, которая не снабдит его мнение каким-нибудь издевательским комментарием, и дает этой газете эксклюзивное интервью, то есть дает ей (и только ей!) исключительное право напечатать его на своих страницах (и никто не имеет права перепечатать его в другой газете, иначе — суд).

 

ОФИЦИОЗ — так называют газету формально независимую, но четко ориентирующуюся на точку зрения властей, показывающую нам мир таким, каким бы его хотелось видеть начальству.

 

ПАСКВИЛЬ. Здесь любопытная история. В каком‑то из средних веков римляне откопали в земле античную статую — торс неизвестного древнего героя (без рук, без ног и без головы) и установили его на людной площади. Не зная в точности, кто он такой, горожане стали называть его по-свойски — Пасквале (как, если бы мы называли его, к примеру, Федей). Газет тогда не было, и, если кому‑то не терпелось поделиться с согражданами новостью или своим мнением, он шел на какую-нибудь площадь и пришпиливал листочек со своим сообщением к стоящему там обычно памятнику. И как‑то так получилось, что самые ругательные листки с самыми грязными сплетнями (часто без подписи автора) прикреплялись к подножию именно этого несчастного Пасквале. Римляне, желающие позлословить, перемыть косточки ближнему, за подобного рода новостями шли именно на эту площадь. Вот с той поры и повелось называть любую подлую, бьющую ниже пояса, очернительную статейку в газете — пасквилем.

ПАМФЛЕТ — небольшая по объему, но хлесткая, острая обличительная статья. Одну и ту же статью можно воспринять и как памфлет, и как пасквиль — тут все зависит от точки зрения (памфлет — для автора, пасквиль — для критикуемого).

ОПУС — презрительное словечко, которым можно обозвать какое-нибудь печатное произведение средних размеров (научное или литературное) — по вашему мнению, глупое, бездарное, но «с претензиями».

 

МУССИРОВАТЬ — обсуждать какие‑то новости с преувеличенным, нарочитым интересом, с самыми разными людьми, толковать и перетолковывать их и так и эдак, вкривь и вкось, стремясь привлечь к ним всеобщее внимание, снова и снова возвращаться к одному и тому же. Муссируют обычно даже не сам факт, а слухи вокруг него.

 

ИНСИНУАЦИЯ — чуть более приличное наименование грязной сплетни.

 

ДИФФАМАЦИЯ — вранье в газетной статье, в радио- или телепередаче, которое задевает кого-то лично. Когда пострадавший подает на журналистов в суд, то судят их за диффамацию.

 

КОНФЕССИЯ — организация, объединяющая людей одной веры, одной религии. Слово это очень официальное, поэтому никогда не говорят, например, «люди разных конфессий», но обязательно —  «представители различных конфессий».

 

КЛЕРИКАЛИЗМ. Когда церковь расширяет своё влияние в обществе не через индивидуальную веру каждого отдельного человека, а пытается навязать свои правила всем через государство (создает свои политические партии, агитирует в храмах за своих кандидатов на выборах, которые будут проводить законы, угодные церкви) — такое светское, но контролируемое церковью движение называется клерикальным, а ставленники церкви в политической жизни, в государственных органах — клерикалами. Обычно так называют активных сторонников светского влияния католической церкви, как наиболее преуспевшей в этом деле. В сегодняшней России так можно сказать и о слишком горячих, не по разуму, сторонниках православной церкви.

 

КОНКЛАВ. Папа Римский в католической церкви — должность особая. Каждое его решение — закон для католиков. Его нельзя сменить, он пожизненный глава церкви. Но, в то же время, это должность выборная. После смерти предыдущего папы в Ватикане собирается кон­клав — собрание кардиналов всех стран для выбора одного из них новым папой римским. Избирательные бюллетени после подсчета голосов немедленно сжигаются.

Конклавом (чуть иронично) называют и всякое собрание больших начальников, избирающих из своей среды начальника наиглавнейшего.

 

ПОНТИФИК — так в Древнем Риме назывался главный жрец кого-нибудь из римских богов, а сегодня верховным понтификом часто называют главу католической церкви — папу римского.

 

КАНОССА. 11 век, ожесточенная война между честолюбивым и дерзким германским императором Генрихом IV и властным фанатиком Григорием VII — папой римским. Император объявляет, что не признает Григория главой католической церк­ви. Папа в ответ отлучает Генриха от церкви. Кто сильнее? В этом эпизоде их многолетней борьбы получил преимущество папа: немецкие князья заявили, что переизберут императора, если тот не получит прощения церкви. Двадцатишестилетний император один пришел к мощному замку Каносса (в северной Италии), где за тройным рядом стен сидел папа. Три дня и три ночи стоял он на коленях перед воротами босой, в лохмотьях (в январе!). На третий день ворота замка распахнулись — папа объявил прощение. Но это был век неукротимых характеров. Вернувшись в Германию, Генрих расправился со своими домашними врагами и снова вторгся в Италию, не обратив уже внимания на новое  папское проклятие, — Григорий призвал на помощь полудиких норманнов… И мировая история продолжила своё течение. А Каносса с тех пор вошла в поговорку, стала символом величайшего в жизни покаянного унижения перед противником.

 

ЕПИТИМЬЯ — церковное наказание. Христианин может совершить преступление перед людьми и, не будучи уличен, избегнуть наказания от общества, но грех перед Богом останется на его совести. Он может совершить грех даже не поступком, но лишь стремлением в своей душе, и уже этим быть виновным перед всевидящим оком. Бог в силах простить всё, но рисковать всё же не стоит, и христианин идет к священнику, который вправе отпускать грехи ещё при жизни человека. Убедившись в искренности раскаяния грешника, тот налагает на него искупительное наказание — епитимью, — после исполнения которого грех этот уже не пойдет в зачет человеческих проступков на небесном суде после смерти. Епитимьи могут быть самыми разнообразными — от многократных поклонов перед иконой до паломничества в святые места. Но бывают преступления, которых на земле не искупить даже самой суровой епитимьей.

 

АПОКРИФ. Священное Писание христиан знает четыре рассказа о жизни Иисуса Христа, написанные его учениками Матфеем, Марком, Иоанном и Лукой. Но мало кому известно, что по рукам первых христиан ходили евангелия от Петра, от Фомы и другие свидетельства о жизни и смерти Учителя. Прошло немало времени, прежде чем организованная церковь отобрала из множества документов те, которые стали основой нового вероисповедания. Только они были объявлены богодухновенными, все же прочие в церковный канон не вошли и были запрещены. Но некоторые списки продолжали ходить по рукам верующих, из уст в уста передавались запретные притчи — делалось все это тайно, а потому и назывались они апокрифами («тайными»).

Вокруг каждого из великих людей и больших событий роится столько слухов, сплетен и анекдотов! Будьте уверены — большинство из них апокрифичны.

 

МЕССИОНИЗМ. Мессия — так называют Божьего посланца, который, как они надеются, придет и спасет этот погрязший в грехах мир. Христиане уверены, что Мессия уже приходил и придет еще раз — это Иисус Христос. И до Иисуса, и после него находилось немало людей, объявлявших себя мессиями, спасителями человечества. В наши времена мессиями (с маленькой буквы) называют людей, претендующих на знание абсолютной истины и полных решимости перестроить жизнь людей по открывшимся им законам всеобщей справедливости и счастья. Мессианство сегодня может порождаться не только религиозными верованиями — мессианский запал был очень силен, например, у социалистов прошлого века, у коммунистов века нынешнего, у пророков вегетарианства или сексуальной революции и т. д., и т. п.

 

АПОКАЛИПТИЧЕСКИЙ. Апокалипсис — одна из книг Нового Завета, в которой апостол Иоанн подробно пересказывает пережитые им видения о конце света. Апокалипсис полон грандиозных картин невиданных бедствий, разрушений, гибели всего живущего.

Откройте любую газету, включите радио, выйдите в интернет — и вы услышите новые бьющие по нервам и леденящие кровь апокалиптические предсказания ученых, политиков, журналистов, а также артистов эстрады и кино о близкой гибели России и человечества в целом, о вырождении цивилизации, о невиданных космических катастрофах и т. п.

Лучшее противоядие против этих нагнетаемых страхов — смотреть нынешних «предсказатей» грядущих ужасов по телевизору: достаточно взглянуть на их вполне благополучные, упитанные физиономии, чтобы тут же усомниться в искренности их скорбей.

 

АУТОДАФЕ — «акт веры» — так в средние века называлось сожжение еретиков-вероотступников по решению католических судей-инквизиторов, которое происходило обычно на городской площади при стечении множества народа. Слово это живо и поныне. Когда кто-то говорит, что ему пришлось пройти через аутодафе, что его подвергли аутодафе, то понимать надо так, что его не просто уволили с работы, но предварительно организовали публичное поношение всех его дел, сопровождаемое громогласной злобной бранью и нестерпимыми оскорблениями.

 

СЕКУЛЯРИЗАЦИЯ — вытеснение церкви из жизни общества, ликвидация её влияния на светские, нерелигиозные дела, отделение церкви от государства.

 

ТЕЛЕОЛОГИЯ — убеждение, что всё, что делается в мире, делается с какой‑то целью, что все события происходят не просто так, а, цепляясь одно за другое, неотвратимо влекут мир к конечному и совершенно определенному итогу. Насквозь телеологична, например, коммунистическая идея, — в ней вся история человечества видится, как марш из первобытных пещер в сияющие дворцы царства справедливости на этой грешной земле. А вот в сознании древних греков телеологичности не было — они представляли себе мир, как вечный круговорот огромного колеса времени с периодическим повторением всех событий.

 

ЭСХАТОЛОГИЯ — учение о конце света, о гибели этого мира. Хотя Христос говорил, что никто не может знать его сроков, людям время от времени кажется, что им удалось вычислить год или даже день конца света. Много раз охваченные эсхатологическими предчувствиями массы людей усиленно ­готовились к этому знаменательному событию — и каждый раз почему‑то срывалось. А впрочем, ко всему надо быть готовым: «Мойте уши — а вдруг пробьет час?!»

 

ТРАНСЦЕНДЕНТНЫЙ — очень страшное слово с не менее жутким содержанием: им обозначается все потустороннее, ни опытом человеческим, ни логикой не познаваемое. Но это не какая-то банальная бесовщина, ведьмовщина и прочая вампирщина, — это настоящая философская мировая бездна без конца и без края. Так что, поминать любую «трансцендентщину» всуе, а особенно на ночь — ох, не стоит!

 

САКРАЛЬНЫЙ. Многие уверены, что у самых обыкновенных вещей и обыденных ситуаций есть тайный, иносказательный и даже священный — сакральный — смысл.

Простейший случай сакрализации — приметы (боязнь черной кошки, перебегающей тебе дорогу). Считается также, что определенное расположение звезд на небе (с точки зрения земного наблюдателя) может повлиять не только на судьбу отдельных людей, но и на успешность их повседневных, текущих делишек. Сильно также убеждение в том, что если заменить буквы первоначального текста Библии их цифровыми значениями, а потом, проделав с ними некоторые математические действия и получив в итоге какие‑то цифры, снова перевести их в буквы, то можно проникнуть в тайный, сакральный смысл библейских текстов и т.д., и т.д, и т.д…

 

ЭЗОТЕРИЧЕСКОЕ знание — хранимое в глубочайшей тайне, открываемое только по большим праздникам немногим посвященным, знание о каких-то необычайно важных и огромных вещах (устройство этого и «того» мира, смысл Вселенной, взаимовыгодное сотрудничество с космической сверхцивилизацией и прочее в этом роде).

 

ПЕРМАНЕНТНЫЙ — непрерывный, неостанавливающийся, постоянно возобновляемый процесс. Вот пример: занять денег в долг у одного, перезанять их у другого, чтобы отдать первому, снова занять у третьего, чтобы расплатиться со вторым, перезанять у четвертого для отдачи третьему и т.д., и т.д. — яркий образчик перманентного процесса.

 

ВЕРБАЛЬНЫЙ — выраженный именно словами, а не ­каким‑то другим способом. Например, когда вдруг происходит что‑то для вас неожиданное и неприятное (наступили на грабли), то можно со стоном закрыть глаза, потом разломать эти грабли на мелкие кусочки, пнуть с досады какое-нибудь домашнее животное, ненароком оказавшееся рядом, и т.п. — это будет выражением эмоций на невербальном уровне. Но вы можете и вербализовать свои переживания, воскликнув: «Ах, черт! Чтоб тебя!…Ё-моё! Понаставили тут капканов!…» и т.д.

 

УТИЛИТАРНЫЙ — относящийся ко всему только с точки зрения сиюминутной практической пользы. Относиться утилитарно к природе — это значит быть способным вырубить березовую рощу на дрова. Только утилитарист может, не моргнув глазом, разрушить церковь или мечеть, чтобы из их обломков возвести животноводческую ферму. Утилитаризм часто встречается и в человеческих отношениях: «Современный брак: она в нем нашла кусок хлеба, он в ней — кусок мяса. Так всю жизнь и едят друг друга».

 

КОНГЕНИАЛЬНЫЙ. По разному можно исполнять фортепьянные сонаты Бетховена, но когда их играл Рихтер, исполнение всегда соответствовало уровню музыки гениального композитора — оно конгениально! Англичане, вынужденные читать Шекспира на языке XVII века, могут позавидовать русским, имеющим возможность читать шекспировские сонеты в великолепном — конгениальном — переводе Маршака, или «Гамлета», перевод которого Пастернаком также конгениален — в высшей степени соответствует уровню оригинала.

 

РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ — охватывающий взглядом прошлое (в отличие от перспективного, направленного в будущее). Ретроспективный показ, ретроспектива фильмов известного режиссера на телевидении — это показ всех его фильмов последовательно от первого до последнего.

 

МАСТИТЫЙ — такое определение чаще всего применяется к людям, работающим в науке, культуре и искусстве — некоторым режиссерам, писателям, художникам, ученым-академикам. При этом имеется в виду, что люди это солидные, почтенные, добропорядочные, влиятельные, увенчанные прижизненными наградами, убеленные благородными сединами, и. т. п. Но в маститых деятелях, как правило, нет той великолепной «сумасшедшинки», которая так восхищает нас в истинно талантливых людях (назвать маститым А.С.Пушкина — язык не поворачивается).

 

ПРЕВЕНТИВНЫЙ — упреждающий, опережающий, предупреждающий, заранее пресекающий. Если разведка доносит, что к границам страны недружественный сосед стягивает войска и вот-вот нападет, бывает, что не остается другого выхода, как первым нанести по нему превентивный удар (чтобы компенсировать его численное превосходство неожиданностью и решительностью своих действий и захватить в свои руки инициативу в войне с самого начала). В другом случае, при объявлении в стране чрезвычайного положения власти получают право на превентивные аресты людей, преступлений ещё не совершивших, но (по мнению этих властей) готовых вот-вот их совершить.

 

РЕПРЕЗЕНТАТИВНЫЙ — соответствующий действительности, показательный. Слово это в особом ходу у социологов, пытающихся узнавать мнение населения по самым разнообразным вопросам.

Например, нужно узнать, что думает наш народ по поводу «сникерсов», «баунти» или «шоков». Опрашивать все полторы сотни миллионов российских граждан смысла не имеет, а нужно поинтересоваться мнением гораздо меньшего числа людей, но таких, чтобы их мнение примерно соответствовало общенародному гласу — чтобы мнение малой части населения было репрезентативно по отношению к всеобщему мнению. Если вы спросите трех случайно встреченных на улице прохожих, то это будет явно нерепрезентативная выборка. Но если вы о пользе сладостей будете спрашивать сотни человек, сидящих в очередях в зубоврачебные кабинеты, то и здесь особой репрезентативности ожидать не стоит. Показательным, вполне репрезентативным, может быть лишь опрос большого количества людей разных возрастов, профессий, образования, городских и деревенских, живущих в разных частях страны.

 

И вот, когда мы выдаем мнение тысячи опрошенных нами людей за глас всего народа, то это значит, что нами проведена особая мыслительная операция — ЭКСТРАПОЛЯЦИЯ — перенесение свойств какой-то части на целое.

Экстраполировать можно и во времени: когда сразу после начала крутой экономической реформы жизненный уровень населения падает, у многих создается впечатление, что это будет продолжаться вечно, что все понемногу обнищают окончательно, и все население в конце концов будет в лохмотьях жевать съедобные коренья, лежа в своих жалких хижинах. Но проходит несколько лет и выясняется, что такое экстраполирование было проведено некорректно — чисто механически, односторонне, без учета всех возможностей, которые открывают перед людьми новые экономические порядки. Так что экстраполяция — операция тонкая, и, чтобы не сесть в лужу со своими прогнозами, обращаться с ней надо поосторожнее.

            

ЛАТЕНТНЫЙ — скрытый по поры, подспудный. Латентной фазой болезни называются дни, прошедшие с того момента, как в автобусе какой-нибудь ангинщик чихнет рядом с вами, до того, как у вас воспалится горло и поднимется температура. Также любой громкой ругани и даже потасовке, как правило, предшествует латентный период конфликта, когда возникающее недоброжелательство проявляется пока только в выразительных взглядах.

 

ПОЗИТИВНЫЙ — официальное (и вялое) наименование чего-то, что оценивается как хорошее, полезное. Так характеризуют лишь какие-то довольно абстрактные вещи (процесс, вклад, явление), но говорить «позитивный человек», «позитивная кошка» или «позитивный дождик» не стоит.

          

ЛОЯЛЬНЫЙ. Относиться к кому‑то лояльно — это не то что бы быть беззаветно ему преданным (это слишком сильно сказано), но, по крайней мере, это означает не быть готовым предать его при первой же возможности, поддерживать с ним нормальные отношения в любой ситуации.

 

ПИЕТЕТ. Испытывать к кому‑то пиетет — значит глубоко его уважать, почитать, благоговеть перед ним, им восхищаться, — в общем, хорошо к нему относиться.

 

ИМПОНИРОВАТЬ — вовсе не то, о чем вы можете подумать. Импонировать — это вызывать симпатию, производить приятное впечатление и вообще нравиться. Можно сказать: «Он мне импонирует» (в смысле, что он тебе нравится), но нельзя: «Я ему импонирую» (я ему нравлюсь). Чувство, обозначаемое этим словом, довольно слабое, спокойное, относится к не слишком близкому человеку.

 

Когда воюют между собой две страны, а соседи при этом придерживаются принципа «двое дерутся — третий не мешай», то этот конфликт ЛОКАЛЬНЫЙ (ограниченный, местного значения). Когда же в него ввязываются с той и другой стороны их союзники, да еще какие-нибудь сверхдержавы (упаси бог!) нанесут друг по другу ядерные удары, от которых погибнут и правые, и виноватые, то такое столкновение оставшиеся в живых обязательно назовут —  ГЛОБАЛЬНОЕ (всеобщее).

 

ИММАНЕНТНОЕ — это свойство изначально присущее, до такой степени сросшееся с кем‑то, что без него этого кого‑то просто невозможно себе представить:

Я люблю тебя,

как лягва любит квакать,

как вдова — кричать,

как рыба — плавать,

Я люблю тебя,

как слабый любит славу,

как осел — траву,

как солнце — небо…

Я люблю тебя,

как я — тебя.

 

КУРТУАЗНЫЙ мужчина удостаивается этого прилагательного за свой образ поведения по отношению к женщинам. А обращается он с ними подчеркнуто по-рыцарски: исполняет их малейшие желания (как правило, действительно, небольшие, обиходные), никогда не садится, пока они стоят, восхищается вслух их внешностью, делает вид, что для него они не просто женщины, а — дамы! Проделывает он все это с легким «нажимом», довольно манерно и даже несколько слащаво. Куртуазность относится только к внешнему поведению в обществе, в области серьезных жизненных взаимоотношений не употребляется.

Мужчина ГРИВУАЗНЫЙ тоже ведет себя с женщинами, как с дамами, но при этом подчеркнуто игриво, жеманно, иногда даже с некоторой легкомысленной непристойностью.

А вот поведение ФРИВОЛЬНОЕ может быть как мужским, так и женским, — если оно игриво-легкомысленно-непристойно на грани приличия (а частенько и за этой гранью).

Поведение же КОРРЕКТНОЕ является полной противоположностью фривольному — подчеркнуто вежливое, отстраненно-доброжелательное, холодновато-сдержанное — очень «правильное» поведение.

 

НОМИНАЛЬНЫЙ — «только по названию». Вот английская королева: считается главой государства, но по законам и традициям (которые в Великобритании посильнее писаных законов) не имеет возможности вмешиваться в государственные дела — т. е. является верховной правительницей лишь номинально.

 

КОМПЕТЕНТНЫЙ — знающий + понимающий + информированный + ориентирующийся в ситуации. Когда-то у нас в стране таковыми считались карательные организации (НКВД, КГБ) — ореол вокруг них давно померк, но и по сию пору осталась привычка спецслужбы называть компетентными органами.

 

ЛАБИЛЬНЫЙ — очень изменчивый (как сердце красавицы), неустойчивый (как апрельская погода), нестойкий (как окраска настоящих джинсов) и нестабильный (как демократия после семидесятилетнего тоталитаризма).

 

РИГИДНЫЙ — жесткий, неподатливый, негибкий. Так можно обозначить характер человека, раз и навсегда принявшего для себя какие-то правила жизни и поведения и не желающего отступать от них ни при каких обстоятельствах, даже если при этом он причиняет боль своим близким.

 

СКРУПУЛЕЗНЫЙ. Граждане! Обратите внимание, как это слово пишется: скру-, а не скур-пулезный (как очень хочется почему‑то написать). Произошло оно от названия старинной аптекарской меры веса — скрупулы — очень маленькой, чуть больше грамма. Поэтому скрупулезный означает предельно точный, тщательнейший, учитывающий малейшие нюансы, педантичный.

 

СПОРАДИЧЕСКИЙ. Если друг, любимый или участковый милиционер заходят к вам случайно, непредсказуемо, бессистемно и довольно редко, то можете упрекнуть их в том, что их визиты носят спорадический характер. (По той же причине группа островов, как будто бы беспорядочно разбросанных в Тихом океане, получила название Спорады.)

 

ПЛАТОНИЧЕСКИЙ. Если вы близко общаетесь с женщиной (или мужчиной) — симпатизируете друг другу, любите проводить время вместе, делитесь сокровенными мыслями и чувствами, — но при этом сексуальные отношения как-то не предполагаются, то ваши отношения можно назвать платоническими.

 

АЛЯПОВАТЫЙ. — так называют стиль архитектуры и внутреннего убранства дома, когда видят бестолковое нагромождение вычурных завитушек, обилие богатых, но безвкусных украшений, стремление вызолотить или, на худой конец, высеребрить вокруг себя все что можно. Такой вкус характерен, как правило, для «новых» скоробогачей. Олицетворением аляповатости может служить расписанный «хохломой» унитаз.

ПОМПЕЗНЫЙ. Когда нечто аляповато оформленное очень велико по размерам, да еще и откровенно претендует на величественность, торжественность, его называют помпезным. Такими помпезными обычно бывают высокоторжественные праздненства и всенародные юбилеи.

 

СУБТИЛЬНЫЙ. Девушку хрупкого, тоненького телосложения, нежную и трепетную, с тихим, робким голоском и деликатными манерами называют субтильной (так же можно назвать и юношу подобного склада).

ДЕБЕЛЫЙ. А крупногабаритную, холеную даму (или девицу) «с формами», обильно покрытую слоем здорового жирка, можно за глаза назвать дебелой (к крупным, полноватым и ухоженным мужчинам это тоже относится).

БРУТАЛЬНЫЙ — грубый, неотесанный, «телесный», «плотский». К хлипкому, но духовному очкарику-интеллигенту это определение явно не подходит. А вот здоровенный, ражий детина, живущий «полной жизнью» (потеющий и сопящий с пережору, звучно рыгающий после жирного обеда, зычно матерящийся  и смачно харкающий) — настоящее воплощение брутальности.

 

ГОМЕРИЧЕСКИЙ хохот — это когда над кем-то или над чем-то смеются открыто, оглушительно, во всю глотку, не зная удержу, когда смех переходит во всеобщий обвальный хохот.

Смех САРДОНИЧЕСКИЙ несколько иной — не такой громкий, но более ядовитый, язвительный, издевательский и злорадный («Ага-а-а, попался, голубчик!»).

 

ОДИОЗНЫЙ — скандально известный, притча во языцах, изруганный и осмеянный настолько, что ругаться по его поводу уже просто не имеет смысла, одним словом — одиозная фигура, личность, одиозный деятель (но вот «одиозный человек» — так почему‑то не говорят).

 

МЕРКАНТИЛЬНЫЙ. У разных людей жизненные принципы и ценности тоже разные: одного хлебом не корми — дай сложить голову за счастье всего человечества; другой душу продаст за сугубо земные удовольствия; третий всё готов отдать за славу. Некоторых ведёт по жизни что‑то, что трудно определить в двух словах и что сами они называют совестью. Меркантильный же человек в большинстве своих поступков руководствуется интересом очень простым — денежным. И не то, чтобы он стремился к несметному богатству (это — для широких, сильных натур), — его расчёты скромнее, но уж своего он не упустит, будьте уверены.

 

ИМПОЗАНТНЫЙ — так можно сказать только о человеке — для этого он должен быть внушительным, солидным, представительным. Например, девушка импозантной быть никак не может, но импозантная, эффектная дама — дело другое.

 

ОПТИМАЛЬНЫЙ — наилучший. Но не самый высокий, сильный или умный, а — самый удобный, максимально вписавшийся в окружающую среду: «В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод. Въезд его не произвел в городе совершенно никакого шума и не был сопровожден ничем особенным…» Павел Иванович Чичиков — наглядный пример «золотой середины», приспособленности к обществу, социального оптимума.

 

ИДЕНТИЧНЫЙ. АНАЛОГИЧНЫЙ. АДЕКВАТНЫЙ. Представьте себе очень жизненную ситуацию: вас обозвали дураком. Как вы отреагируете?

Если гордо ответите: “Сам дурак!”, то вы дадите ответ идентичный (точь-в‑точь такой же);

— если обзовете обидчика идиотом, то ответ будет аналогичным (похожим, примерно таким же);

— а если выразительно поглядев на него, покрутите пальцем у виска, то такой ответ можно будет назвать адекватным (другим по форме, но таким же по силе воздействия);

Ну а если вы изобьете обидчика до полусмерти и покалечите его на всю жизнь, то суд может квалифицировать вашу реакцию как явно неадекватную (несоизмеримую с ущербом, нанесенным вам самим) — со всеми вытекающими последствиями.

 

АФФЕКТ — находиться в состоянии аффекта означает быть до крайности возбужденным, взволнованным, практически полностью потерять контроль над собой, быть «вне себя». В большинстве стран уголовные законы учитывают, совершил ли человек преступление хладнокровно, все рассчитав, с заранее обдуманным намерением или в состоянии аффекта, когда он самого себя не помнил — во втором случае наказание будет существенно смягчено.

Экономические преступления, воровство, мошенничество совершить в состоянии аффекта довольно трудно, зато преступления на бытовой почве совершаются в таком состоянии сплошь и рядом. Ваш адвокат должен суметь доказать суду, что в момент калечения своего ближнего вы потеряли контроль над своими чувствами и действиями, и только потом, ужаснувшись содеянному, побежали звать травматолога, реаниматора и милиционера. Могут скостить.

 

ИНДИФФЕРЕНТНЫЙ — безучастный, безразличный, бесстрастный, равнодушный. Странно, что и это английское слово стало распространяться в нашем языке, обладающем такой богатой коллекцией определений того же самого. Есть, правда, одна особенность в его употреблении: можно быть равнодушным, без-различным, без-участным, бес-страстным вообще, в любой ситуации, это может быть просто чертой характера, но держаться индифферентно можно только в какой‑то конкретной ситуации, по отношению к чему‑то, что происходит у тебя на глазах.

 

ДИСКРЕТНЫЙ. Бывает, что на первый взгляд какой-либо предмет (или явление какое-нибудь) кажется цельным, монолитным сплошным, но при ближайшем рассмотрении оказывается, что он (оно) — внутренне дробное, состоит из отдельных кусочков или эпизодиков, в таком случае его называют дискретным.

Вот, например:

эта линия — сплошная, непрерывная:

____________________________________

а эта — дискретная:

—————————————————-

 

Вы стоите перед выбором — как поступить. Взвешивая все «за» и «против», вы представляете себе последствия каждого шага и пытаетесь себе представить — какая ситуация (для вас и для других) возникнет после того или иного вашего поступка. Эта ситуация существует пока только в вашем воображении, эта одна из возможных моделей обозримого будущего, эта ситуация предполагаемая — ГИПОТЕТИЧЕСКАЯ. Во время серьезных обсуждений дальнейших действий пусть у вас всегда будет наготове пара красивых фраз: «Давайте, друзья мои, представим себе на минуту следующую гипотетическую ситуацию…» или «Давайте, господа, просчитаем все гипотетические варианты…»

В отличие от гипотетического, ЭФЕМЕРНЫЙ объект в реальности все-таки существует, но он настолько зыбок, призрачен, что улетучивается при первом же соприкосновении с действительностью (такими эфемерными могут оказаться и коммерческая фирма, и власть,  и надежда).

 

ИНСПИРИРОВАТЬ. Когда вы с кем‑то враждуете, но открыто бороться со своим противников вам сейчас невыгодно или неудобно, вы тайно подбиваете кого-нибудь сделать тому некую гадость (и загрести жар чужими руками). Это и называется инспирировать — скрытно организовывать враждебные выступления других против своего противника.

          

ДИСКРЕДИТИРОВАТЬ — подорвать доверие окружающих к кому‑то, опорочить его в чьих‑то глазах, разоблачить его перед всеми как нехорошего человека.

 

КОМПРОМЕНТИРОВАТЬ — то же самое, что и дискредитировать, но в более узком смысле. Если ты хочешь подорвать авторитет своего недруга (дискредитировать его), ты должен поймать его или на каком‑то позорном поступке, или на тайной страстишке, которые он старается ото всех скрыть, и, рассказав о них окружающим, тем самым его скомпрометировать. Компрометация, по сути, — часть кампании по дискредитации  человека.

 

ШАНТАЖИРОВАТЬ. Но иногда выгоднее бывает не обнародовать компрометирующие человека материалы («компромат»), а, показав ему их, пригрозить, что сделаешь их достоянием гласности, — так можно заставить его сделать то, что тебе нужно, и называться это будет шантаж. (Но шантажировать человека можно не только позорящими его материалами — например, террорист, захвативший заложника и угрожающий его убить, если не получит выкупа, тоже шантажирует.)

Дискредитация своих противников, если она ведется открыто, путем разъяснения нехорошего смысла их поступков и убеждений, вполне допустима с моральной точки зрения, компрометация же их — не слишком почтенное занятие (лучше пусть они сами себя компрометируют), но шантажирование — прием подлый и гнусный в любом случае.

 

СИКОФАНТ — доносчик, клеветник, шантажист. Когда-то (в Древней Греции) это было вполне официальной, нестыдной и прибыльной профессией. Сегодня сикофантством занимаются в основном по призванию, по склонности души, старательно пряча при этом (даже от самих себя) свои материальные выгоды.

 

ИНКРИМИНИРОВАТЬ — выдвигать против кого-то обвинение в совершении нехорошего поступка или преступления. Если вам инкриминируют кражу пончика в буфете, то не сваливайте это преступление на товарища — лучше инкриминируйте его коту (его от этого не убудет).

 

ИНТЕРПРЕТИРОВАТЬ — истолковывать, разъяснять смысл сказанного или происшедшего. Например, драку можно интерпретировать как обыкновенное хулиганство, но возможна также интерпретация её и как защиты чести и достоинства.

 

КОНТЕКСТ. Если какой-то человек дал какому-то другому человеку в зубы, то это деяние (безусловно, уголовное) можно оценивать по-разному в зависимости от контекста. К примеру, если ударяемый был в одиночестве и ни на чью поддержку рассчитывать не мог, а ударявший в тот момент был в компании столь же агрессивно настроенных приятелей, то он, вне всякого сомнения, — подонок (каким бы нехорошим человеком ни был пострадавший). Если же встреча происходила один на один, и потерпевший только что оскорбил женщину, то в этом контексте ударение его по зубам выглядит гораздо более благородно. Так что очень многое зависит от контекста — т. е. от истории вопроса, от сопутствующих обстоятельств, от мотивов поступков и т. п.

 

УТРИРОВАТЬ — это значит, подхватив какую-то мысль, продолжать ее развивать, доводя ее, в конце концов, до абсурда, до издевательского преувеличения, до карикатуры на нее же саму. Утрировать можно и какие-то особенности — про модную длинноногость можно съязвить, что у нынешних девиц нижние конечности растут прямо от ушей.

 

ПРЕВАЛИРОВАТЬ — иметь более важное, преобладающее значение. Возьмем старый лозунг-припев: «Прежде думай о Родине, а потом о себе» — другими словами это можно сказать так: в жизни каждого отдельного человека, во всех его поступках, планах и помыслах превалирующими должны быть интересы государства или общества в целом, а не личные, индивидуальные желания; государственные соображения или благо общества должны превалировать над личными интересами.

 

ИНТЕРНИРОВАТЬ. Когда одно государство начинает воевать с другим, на его территории в это время может находиться некоторое количество граждан государства-противника. Что с ними делать? Выслать — они могут рассказать «своим» о ваших слабостях; оставить в покое и не обращать на них внимания — могут навредить в пользу своего отечества; посадить в тюрьму — пока не за что. Решают эту проблему просто — таких людей интернируют, т.е. собирают в одно место, кормят, обеспечивают их жизнь по мере возможности, но при этом держат в изоляции: охраняют, запрещают выходить за пределы отведенной им зоны, общаться с «местными» и т.д. Гуманно обращаясь с ними, воюющее государство имеет в виду, что противник так же будет обращаться и с его гражданами, попавшими на враждебной территории в подобный же переплет.

Так же действует и нейтральное, не участвующее в войне государство, когда на его территорию по разным причинам заносит солдат воюющих соседей — их интернируют: разоружают и держат в изоляции (при нестрогом режиме) до конца войны.

 

МАНКИРОВАТЬ можно (но не нужно) своими обязанностями, занятиями, учебой. Это означает пренебрегать ими, работать спустя рукава, ни шатко ни валко, кое-как, абы как, шаляй-валяй, через пень колоду и т.д.

 

Если человек хочет выговаривать букву «р», но у него это не получается, то он картавит. Если же он и не старается этого делать, а порой даже подчеркивает такой выговор, пытается не выговаривать «р» красиво, «по-благородному» (по-французски!), то он ГРАССИРУЕТ.

 

ДЕГРАДИРОВАТЬ. Хотя в этом слове явно слышится «градус», тем не менее оно вовсе не обозначает понижения температуры. Под «градусом» здесь понимается определенный уровень сложности и совершенства, а деградирование означает превращение чего-то сложного в более простое, примитивное, низшее. Постепенная деградация пьющего человека от homo sapiens до Suidae (свиньи) — картина до боли знакомая.

 

ТРЕТИРОВАТЬ. Когда вы замечаете, что на вас демонстративно не обращают внимания, когда постоянно вроде бы забывают, как вас зовут, когда вслух обсуждают ваши недостатки или промахи, делая вид, что в упор не видят вас, стоящего тут же рядом, когда с презрительной ухмылкой пропускают мимо ушей ваше замечание — вот это и есть третирование.

Лучший способ психологической обороны — отвечать тем же, но чуть более сдержанно, не так демонстративно. Попробуйте в этой ситуации выглядеть умным наблюдателем, разглядывающим этого хама, как любопытное насекомое.

 

ЭПАТИРОВАТЬ — вызывать вокруг себя и по поводу себя возмущение и скандалы. Но это не значит, что скандалите вы сами, наоборот, вы можете вести себя подчеркнуто вежливо и скромно. Однако, если вы тихо и мирно явитесь в приличное общество во фраке, но без штанов, общество будет явно скандализировано, эпатировано. Эпатаж в разных местах тоже должен быть разный — эпатировать нудистов можно, только явившись на их пляж совершенно одетым.

 

ЭКСТРАВАГАНТНОСТЬ — почти эпатаж, но, пожалуй, в чуть более мягкой форме. Экстравагантностью будет явиться во фрачное общество в свитере и джинсах или прийти  на работу с павлиньим пером в прическе и т.п.

 

ЭСКАПАДА — неожиданная и выпендрежная выходка, экстравагантный и решительный вызов, шокирующий публичный выпад против кого-то.

           

 КОНСТАТИРОВАТЬ — устанавливать наличие чего-либо, просто говорить то, что есть на самом деле, не выражая при этом своего отношения к данному факту. Если вы назвали свинью свиньей, а он (она) требует извинений, можете спокойно возразить, что ваши слова — не оскорбление, а всего лишь констатация факта.

 

АБЕРРАЦИЯ. Помните, в «Снежной королеве» мальчику Каю в глаз попал осколок волшебного зеркала, и он стал видеть в жестокости и холоде красоту и справедливость, а во всем красивом и добром — уродство. Так у Кая проявлялась аберрация (искажение) зрения. Никто из пенсионеров не помнит почти ничего плохого из времен своей юности, хотя по нынешним меркам у многих из них молодость была тяжелейшая — нормальная, естественная аберрация памяти.

 

ЭМАНСИПАЦИЯ — освобождение от зависимости и угнетения, завоевание равных со всеми прав.

                       

ФЕМИНИСТКА — женщина, борющаяся за эмансипацию женщин, за равные права женщин с мужчинами во всех областях. Феминистское движение за 200 лет своего добилось. Не надо только, бога ради, путать равноправие сильного и слабого пола с полным равенством между ними (при таком равенстве скучно жить обеим сторонам).

 

МАСОНСТВО — очень своеобразное движение в среде образованных кругов во многих странах, преследующее цели духовного возрождения человека и мистического познания единого для всех божества.

Собрания масонских организаций (лож) проводятся в нарочито таинственной обстановке по старинным и сложным ритуалам. Все «братья» считаются равными между собой вне зависимости от общественного положения, богатства и должностей и обязаны помогать друг другу в «добрых делах» (хорошее описание русского масонства дал Лев Толстой в романе «Война и мир»).

Членами российских масонских лож были в свое время многие известные люди: Карамзин, Радищев, Жуковский, Пушкин, Грибоедов, Суворов, Кутузов и др.

 

Сделать что-то РЕФЛЕКТОРНО означает совершить какое-то быстрое и короткое движение мгновенно, не раздумывая, повинуясь не голосу рассудка, а инстинкту. Рефлекторные действия у разных людей в разных ситуациях различны (их характер зависит от прошлого опыта). Например, один человек в момент опасности тут же удирает, ног под собою не чуя, а другой — тоже рефлекторно — бьет противника по физиономии (зачем они это сделали, и тот, и другой начинают соображать сильно потом).

Рефлекторно человек реагирует на какое-то внешнее воздействие. Но когда вокруг все тихо, а вы все равно, казалось бы ни с того, ни с сего, вдруг, не задумываясь, а повинуясь какому-то внутреннему импульсу делаете резкое движение, короткий и быстрый поступок, то это называется действовать СПОНТАННО.

 

ФИКЦИЯ — это когда на бумаге, в документе — есть, а в действительности — наличие отсутствия (или отсутствие наличия). В просторечии — туфта.

          

АМБИЦИЯ — это какое-нибудь гордое желание, претензия, как правило, не подкрепленное реальной силой или возможностями («есть амбиции, но нет амуниции»).

 

РЕПАТРИАЦИЯ — возвращение на родину. Но, когда вы едете в отпуск в родную деревню, это ещё не значит, что вы репатриант. Репатриантами называют людей, войной или другими лихими ­событиями заброшенных на чужбину, а потом возвращающихся в свою страну, на родное пепелище налаживать жизнь заново.

 

ПАНАЦЕЯ. Средневековые колдуны-алхимики методом «науч­но­го тыка» искали не только философский камень — такую штуку, которая способна превращать любое вещество в золото, но и панацею — лекарство, излечивающее все болезни. Не нашли.

 

ПАЛЛИАТИВ — тоже лекарство, но такое, которое саму болезнь не излечивает, а дает лишь временное облегчение, снимая внешние болезненные ощущения — как анальгин при аппендиците.

 

АМБИВАЛЕНТНОСТЬ — двойственность восприятия. «Мне трудно разобраться в своих чувствах, сударыня. В моем отношении к Вам присутствует некая амбивалентность!» — означает это, что вы испытываете к этой сударыне в одно и то же время и любовь, и ненависть, и уважение, и презрение, и желание видеть её постоянно и бежать от неё куда глаза глядят.

 

ФОБИЯ — враждебность к чему-нибудь или к кому-нибудь, которую трудно объяснить логическими причинами. Ну в самом деле, почему многие инстинктивно вздрагивают, неожиданно увидев совершенно безобидного ужика или симпатичную мышку? И стыдно объяснять свое омерзение перед пауком (арахнофобию), тем, что у него, в отличие от вас, шесть глаз, а ног, кажется, еще больше. А дело в том, что все это — вариации общей нашей подозрительности и враждебности ко всему «чужому» — ксенофобии.

В конечном счете — это все подсознательные страхи и безотчетные ужасы первобытного нашего предка перед ночными джунглями. Преодолевать надо.

 

КСЕНОФОБИЯ — качество души противоположное толерантности — заведомое неприятие всего чужого, неосознанная, инстинктивная враждебность ко всему «не моему», «не нашему». Ксенофобия часто развивается у людей морально ущербных, чем‑то ущем­ленных, неуверенных в своих силах. Ксенофобия — попытка компенсировать тщательно скрываемое чувство собственной неполноценности.

 

ТОЛЕРАНТНОСТЬ — то, чего страшно не хватает сегодня подавляющему большинству из нас — способности понять другого, терпимости к чужому мнению и чувству.

Вы толерантны, если не сжимаете кулаки, когда вам противоречат. Вы толерантны, если можете понять, почему вас так ненавидят или так назойливо и хлопотливо любят, и можете простить всё это и тем и другим. Вы толерантны, если способны разумно и спокойно договариваться о чем угодно с самыми разными людьми, не задевая их самолюбия и в глубине души извиняя их за непохожесть на вас.

 

РЕФЛЕКСИЯ  («отражение») — это попытка посмотреть на себя со стороны, прикинуть, пошел бы ты с таким, как ты, скажем, в разведку или вообще хоть куда-нибудь. Отрефлексировать себя можно через кого угодно — через учителя математики, через девочку с первой парты или даже через её собаку. Их, порой странные, поступки по отношению к тебе сразу станут понятными, если тебе удастся поставить себя на их место, заглянуть в мир их чувств или мысленно залезть в их шкуру.

Рефлексии могут быть очень сложными (многоуровневыми) — многократно отраженными, проникающими в самые сокровенные глубины чужой души:

— Он целовал Вас, кажется?

— Боюсь, что это так.

— Да как же Вы позволили?

— Ах, он такой чудак!

Он думал, что уснула я

И всё во сне стерплю,

Иль думал, что я думала,

Что думал он — я сплю.

(Роберт Бернс)

 

СПЛИН — настроение, которое охватывает иногда человека утонченного, чуткого к себе и к окружающему — в нем и неудовлетворенность собой и повышенная раздражительная чувствительность к мелочам жизни. Сплин несколько напоминает тоску, но он не так глубок, зато более изящен, даже изыскан.

 

ЭЙФОРИЯ — тоже настроение, но прямо противоположное сплину. Это такое состояние души, когда тебя несет, как на крыльях, когда кажется, что вот-вот осуществятся самые несбыточные, сумасшедшие желания, когда весь мир видится ярким и красочным, и хочется петь и дарить всем без разбору цветы… Наивысшая, самая яркая точка эйфории называется ЭКСТАЗ. Быстро проходит, вспоминается потом с некоторым смущением.

 

ЭКЗАЛЬТАЦИЯ. Ваше излишне восторженное поведение (до странности, до неприличия) в состоянии эйфории, в экстазе можно назвать экзальтированным.

 

ЭМПИРЕЙ — к эмпиризму никакого отношения не имеет, как раз наоборот, —  эмпиреем древние греки называли самую высокую и удаленную от земли часть неба, где есть только огонь и свет, так что «витать в эмпиреях» означает пре­даваться мечтаниям столь же приятным, сколь и неосуществимым.

 

НОСТАЛЬГИЯ — тоска по прошлому. Тосковать можно потому, что раньше, при прежних порядках, тебе было хорошо, а теперь, ког­да всё перевернулось, ты никак не найдешь себе места в новой жизни. Но ностальгию по прошлому испытывают и те, кому преж­ние порядки были невыносимы, которым лучше живется именно сейчас, но ведь тогда они были молоды, красивы, здоровы и всё у них было впереди. Но самая острая ностальгическая боль — по оставленной родине, ломающая и самых благополучных эмигрантов.

 

АМНЕЗИЯ — очень опасная болезнь — потеря памяти. Часто поражает людей, взявших в долг. Не помнишь — записывай!

 

АДАПТАЦИЯ. Приспосабливаться, адаптироваться к любым условиям могут все живые существа. Человек пошел по другому пути — он научился адаптировать, приспосабливать к себе саму природу, обозвав её «окружающей средой». И ещё неизвестно, чем это кончится (впрочем, как говорится, «человек, подлец, ко всему привыкает!»)

 

ИДИОСИНКРАЗИЯ — это не просто ненависть, не просто отвращение — это сильнее. Эту ненависть и отвращение вы чувствуете уже буквально всем своим существом, всем телом — до чесотки, до сыпи на коже, до рвоты! Сильное чувство.

 

ЭМАНАЦИЯ — излучение, испускание во все стороны некоего сияния, пропитывание окружающего пространства своей духовной силой. Так, про некоторых людей говорят, что вокруг них ощущается эманация добра, спокойствия (сияющие кружочки вокруг голов святых на иконах как раз и обозначают эманацию божественной силы и благодати). Имейте ввиду, что эманировать можно только нечто нематериальное, духовное (тот запах, который мы распространяем вокруг себя, наевшись чеснока, назвать эманацией можно только в шутку).

 

АНОМАЛИЯ — какая‑то ненормальность, некая несуразность на общем стандартном, благополучном фоне, местное, локальное отклонение от нормы. Когда говорят аномалия, то обычно имеют в виду что‑то не слишком желательное, даже болезненное.

 

ФЛУКТУАЦИЯ (флюктуация — тоже хорошо) — отклонение от нормы в ходе какого‑то равномерно и спокойно протекающего процесса, всплеск в его течении, не столько болезненный, сколько неожиданный. (Когда автомобиль, едущий по ровному шоссе, вдруг подпрыгивает на ухабе — это флуктуация, а вот сам этот ухаб, оставленный на асфальте нерадивыми дорожниками — аномалия).

 

Есть один вид флюктуации, который называют ЭКСЦЕСС. Бывает, что среди людей начинаются какие-то нехорошие, опасные напряженности, и временами дело доходит до острых столкновений с насилием и рукоприкладством.. Вот такие эпизоды гражданской жизни с мордобоем или стрельбой и называютс эксцессами. Часто это слово сопрягается с глаголом «обошлось» (в отчете об очередном митинге или демонстрации можно прочитать: «Слава богу, обошлось без эксцессов!» или «К сожалению, не обошлось без эксцессов»).

 

КАТАКЛИЗМ — это какая-то катастрофа огромного масштаба — вселенского или, на худой конец, планетарного (но никак не меньшего). Катаклизмом называют, например, взрыв галактики, землетрясение, но такие катастрофы (природные или жизненные), как отвергнутая любовь, пожар, увольнение со службы, тайфун, на катаклизм явно не тянут.

 

ПЕРТУРБАЦИИ. Иногда выдается очень беспокойный период, когда одно за другим возникают вдруг какие-то осложнения, неожиданные события, которые спутывают тебе все карты, ломают устоявшийся порядок, вносят в жизнь хаос и непредсказуемость, вызывают душевное смятение. Чтобы из всех этих пертурбаций выйти с честью, требуется трезвая голова, быстрота реакции на быстро меняющуюся обстановку и точность ответных действий. (Применяется это слово лишь во множественном числе)

 

ФАНТАСМАГОРИЯ. Когда вокруг вас разом начинают происходить странные, страшноватые, непонятные, прямо-таки фантастические события, причем события явно угрожающего свойства, и вы не в силах понять, почему вдруг знакомые предметы выходят из- под вашей власти, а хорошо известные вам люди начинают вести себя совершенно непредсказуемо и нелепо, — вот это «черте-что» вы можете назвать фантасмагорией.

Когда перед вашими глазами разворачивается какое-то грандиозное зрелище, которое можно было бы назвать фантасмагорическим, но которое вам не угрожает, которого вы не боитесь, а, наоборот, им восхищаетесь с замиранием духа, то знайте, что перед вами — ФЕЕРИЯ, феерическое зрелище.

 

САНКЦИЯ. Слово двойного применения. Когда оно в единственном числе, то чаще всего его надо понимать, как официальное разрешение на что‑то: санкция прокурора на обыск, на прослушивание телефонных разговоров подозреваемого в преступлении, на его арест и т.д.

А вот употребленное во множественном числе — санкции, — оно означает нечто совсем другое — наказание (причем наказание тоже официальное). Можно через суд добиться наложения штрафных санкций на завод, не выполнивший вовремя твоего заказа, из-за чего твоя фирма понесла убытки. Совет Безопасности ООН может наложить санкции на государство, напавшее на соседа или грубо нарушающее права человека в своей внутренней политике, — объявить ему экономический бойкот (а страна, нарушившая этот бойкот, сама попадает под действие международных санкций).

 

СИНКРЕТИЧНОСТЬ — слитность, слиянность.

 

ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ — разложение на составляющие.

Скажу как мужчина: если любишь женщину, то любишь ее всю, как единое и нерасчленимое целое, не разбираясь, из каких там  составных частей она состоит. Любовь — синкретична!

А вот процесс разлюбливания (самое его начало) сопровождается разрушением синкретичности восприятия любимой (еще) женщины: ты начинаешь замечать как она готовит, любит, как выглядит «на людях» и т.д. Причем все это в отдельности может тебе вполне нравиться, но — не обольщайтесь: начавшаяся дифференциация означает конец любви. Это вовсе не исключает того, что вы проживете вместе всю вашу жизнь, — и счастливо проживете.

 

Часто путают два похожие, но совсем разные по значению, слова КОМПАНИЯ и КАМПАНИЯ.

КОмпания — она и есть компания (постоянная группа друзей-приятелей).

КАмпания же — это организация какого-то большого, масштабного дела. При этом надо учитывать, что у кампании есть четкие начало, конец и результаты — она ограничена во времени и по вполне конкретным целям.

Например, грандиозную программу перевода нашей страны и всего человечества из капитализма к еще более светлому коммунистическому будущему, за которую взялись большевики, назвать кампанией как-то неудобно (и цели ­туманны, и окончание ее уходит в бесконечность).

Зато под это определение вполне подходили спланированные периодические «наезды» на церковь (антирелигиозные кампании), на огородников‑«частников» и ре­мес­лен­ников-кустарей (кампании борьбы с «нетрудовыми доходами»), и памятная всем борьба за искоренение пьянства в народе («антиалкогольная кампания»), чиновничьи усилия по руководству крестьянскими работами в колхозах (посевная, уборочная кампании) и пр. и пр.

 

ФАКСИМИЛЕ — абсолютно точное воспроизведение подписи или вообще рукописного или печатного текста. Чтобы большой начальник не перетрудился, «подмахивая» не самые важные документы, изготовляется специальная печать — факсимиле, точно изображающая его «министерскую» подпись (его помощник, в чьих руках находится такое факсимиле получает огромное влияние). Бывает, что и старые книги вновь выпускаются в том самом виде, в каком впервые появились на свет — это называется факсимильное издание. Поэтому и аппарат, передающий на расстояние подлинники документов, называется факс.

 

КАРТ-БЛАНШ — белый лист, но это не значит, что на нем вообще ничего не написано. Там есть небольшая закорючка — подпись вашего начальника с его печатью, а что будет написано над ней — сами думайте, сами и пишите. Получить карт-бланш означает получить право действовать по своему усмотрению, знак полного доверия руководства или ваших партнеров к вашим способностям делать дело.

 

ИДЕЯ ФИКС — это цель, на которой человек, что называется «зациклился», к которой он стремится с упорством маньяка, ради которой он способен забыть о любых своих выгодах.

Идея фикс может быть и очень большой, целью всей жизни (стать очень, ну очень богатым или сделать какое-нибудь выдающееся открытие), а может быть и малюсенькой, совсем крохотной, но для человека почему-то исключительно важной (увидеть свое имя в газете, поймать рыбу в речке-вонючке или приехать в родную деревню непременно на собственном «мерседесе»).

 

ФОРС-МАЖОР — резкое и катастрофическое изменение обстановки, которое нельзя ни с точностью предсказать, ни предотвратить. Землетрясение, крах на бирже, наводнение, военный переворот, пожар, нашествие марсиан — такие глобальные и неожиданные неприятности могут серьезно повредить делам даже солидной фирмы. Поэтому в любом контракте перечисляются те форс-мажорные обстоятельства, при которых фирма имеет право не выполнить своих договорных обязательств.

Если сын пообещал родителям исправить последнюю двойку по химии, но от его опытов на лабораторной сгорел кабинет и вся остальная школа, то это, безусловно, форс-мажор, и в четвертной «паре» он может считать себя не виноватым.

          

«БАЛЬЗАКОВСКИЙ» ВОЗРАСТ — бывает только у женщин (причем, только у так называемых «настоящих» женщин, т. е. сориентировавших свою жизнь исключительно на мужчин). Наступает он в тот момент, когда она вдруг обнаруживает, что толпа поклонников уже не так торопливо бросается исполнять любой из ее милых капризов, и их любовные признания уже не столь пылки, а их страсть все больше начинает походить на (о ужас!) дружеское расположение. И что самое обидное — ее недавние обожатели постепенно начинают откочевывать к соперницам из нового поколения, юным и свежим. Женщина бросается к зеркалу — и точно: на лице появилась первая морщинка!

Именно этот драматический момент дамской жизни описан знаменитым романистом Оноре де Бальзаком. В прошлом веке «бальзаковским» возрастом считался тридцатилетний рубеж, но в наши времена благодаря разнообразной косметике и женскому оптимизму можно встретить «бальзаковских» дам и под пятьдесят…

 

ШАГРЕНЕВАЯ КОЖА. Вообще-то говоря, шагрень — это тонкая кожа особой выделки. Но слава у этой мягкой, шероховатой кожи главным образом литературная, благодаря роману все того же О.Бальзака, который так и называется «Шагреневая кожа». Там одному молодому человеку попал в руки кусок такой кожи, оказавшийся волшебным, — он выполнял все желания своего владельца. Но после каждого сбывшегося желания шагреневая кожа съеживалась, уменьшалась, пока не исчезла совсем — вместе с жизнью своего хозяина.

Нынче многие наши желания исполняют деньги. Так что, когда ваш банковский счет после Анталии, евроремонта и подержаной иномарки сократился до опасного минимума, можно красиво выразиться, что он съежился подобно шагреневой коже.

 

Загадочное слово — «ФИБРА». По-научному так называется бумага, обработанная хлористым цинком (один из видов кожезаменителя). Но в человеческом общении употребляется оно в совершенно другом значении: только во множественном числе, исключительно в творительном падеже и в устойчивом словосочетании — ВСЕМИ ФИБРАМИ ДУШИ. Человек не может всеми фибрами души хотеть чего-то очень конкретного и практично-мелкого (выпить, поспать и т.п.); этими фибрами — только трепетно желают, жаждут (чего-то большого и светлого — соединения с любимым человеком, например).

 

«ГАМБУРГСКИЙ СЧЕТ» — истинное соотношение сил. Выражению этому больше ста лет и пришло оно из старого цирка. Непременной частью программ кочевавших по всей Европе цирков был турнир борцов классического, греко-римского стиля (с захватами выше пояса). Борцы были настоящие, а вот соревнования между ними часто были жульническими спектак­лями: кто у кого выиграет, кто какое место займет, втайне определялось заранее владельцами цирков. Но борцы хотели чувствовать себя не только артистами, но и спортсменами, и им интересно было, кто же из них сильнейший на самом деле, «без дураков». И вот время от времени все ведущие цирковые борцы съезжались в Гамбург, арендовали зал, запирали двери и сами, без публики проводили собственный турнир, где все было по честному.

Не всегда в жизни признание и слава достаются самому сильному, умному, талантливому. И если ты все же добился успеха, пусть это тебя не обманывает — всегда стоит помнить, кто ты есть на самом деле, «по гамбургскому счету».

 

КРУГЛЫЙ СТОЛ — так называют заседание, на которое приглашаются люди, работающие в самых различных областях, занимающие самые разные посты (или вообще никаких должностей не занимающие). Они собираются вместе для того, чтобы спокойно и обстоятельно, со всех возможных сторон обсудить какую-нибудь головоломную проблему. Здесь голос каждого должен быть услышан и учтен — министр он, банкир или же простой профессор. Здесь все сидят «без чинов», спорят друг с другом на равных, невзирая на разницу в должностях, доходах и в умственных способностях. Если бы они сидели за обычным продолговатым столом, то самые важные люди по обычаю садились бы с торца — «во главе стола». Но им ставят стол круглый — и здесь уже не поймешь какое место за ним главнее и почетнее.

Конечно, давно уже на «круглых столах» не ставят круглых столов, но название у таких совещаний сохранилось — здесь важен сам принцип равенства всех участников.

 

«ЧЕРНЫЙ ЯЩИК» — это какая-либо закрытая наглухо со всех сторон штука, о которой мы не знаем, что у нее внутри, как она устроена и что внутри нее происходит. Мы лишь знаем, где находятся у нее некие «дырки», в которые мы можем в нее что-то заложить, что-то ввести, и еще знаем, что после внутренней переработки она через особый «выход» выдаст нам какой-то результат. Но каков будет этот результат мы точно знать не можем, поскольку не в силах уразуметь, как этот «черный ящик» перерабатывает введенную в него информацию.

Когда мы двигаем рычаг переключения скоростей в автомобиле, то результат нам совершенно точно известен — коробка передач со всеми ее шестеренками — штука нехитрая (она закрыта кожухом, но «черным ящиком» для нас она не является). Но вот когда мы выпорем ремнем неслуха-сына, предсказать отдаленный результат этого нашего воспитания не возьмется никто — после экзекуции он может вас и люто возненавидеть, и проникнуться к вам жалостью или психически свихнуться, не в силах пережить боль и унижение. Человек — типичный «черный ящик».

(А еще «черным ящиком» называют авиационный прибор, записывающий все, что происходит в самолете, что очень бывает полезно изучить, чтобы понять почему этот самолет потерпел катастрофу. Непонятно только, почему его называют «черным» — на самом деле корпус его оранжевого цвета.)

 

АЛЬФА И ОМЕГА. Альфа — первая буква греческого алфавита, омега — последняя. Выражение «альфа и омега» означает, что в чем‑то заключается суть — то, что составляет основной принцип чего‑то большого и сложного. Например, в христианстве Бог есть альфа и омега всего мироздания; альфой и омегой буддизма является стремление к успокоению, к отказу от желаний и страстей, к прекращению существования в этом мире страданий.

 

КВИНТЭССЕНЦИЯ — что-то такое самое-самое главное, важное, «сердцевинное», нечто такое, в чем сконцентрировалась самая суть.

У богини Афины был щит, которым она прикрывала своих людских любимцев в опасные для них моменты. Называся он эгида, и от него пошло выражение ПОД ЭГИДОЙ — под покровительством. В употреблении этого выражения есть одна тонкость: не принято говорить: «я нахожусь под эгидой», а надо — «мы осуществляем нашу деятельность под эгидой (того-то и того-то)»; под эгидой же должна пониматься какая-то организация (государство, фонд и т. д.), а не конкретное лицо.

 

АНФАН ТЕРРИБЛЬ (буквальный перевод с французского – «ужасный ребенок») — так могут называть вполне взрослого дядю, который, что называется «на голубом глазу», способен в любой момент выкинуть любой малоприличный фортель, который все время ведет себя так, как будто для него не существует ни правил приличий, ни устоявшихся в вашем кругу традиций поведения. Он либо недоразвитый, либо уж больно умный и старается сломать не нравящиеся ему «правила игры».

 

P.S. (Post scriptum — «после написанного») Когда вы заканчиваете письмо и уже поставили подпись: «Вечно твой Вася», но потом вспоминаете, что забыли сообщить какую‑то интересную подробность — не беда: ставьте вот этот значок (P.S.) и делайте приписку. А если вспомнили, что забыли сообщить ещё что‑то, то делайте ещё приписку со значком P.P.S. (Post post scriptum).

Вот образец правильно оформленного окончания письма от любимой девушки:

«…привет тебе от мамы и дяди Пети.

Твой Ленусик.

P.S. В среду я выхожу замуж за Валерия Кузьмича, нашего соседа по даче.

P.P.S. Любимый, прощай навек!

P.P.P.S. Посылку твою получили. Спасибо — очень вкусно».

 

ЭПИСТОЛА — так можно шутливо в «высоком штиле» позапрошлого века назвать личное (не деловое) письмо. Если вы будете снимать копии с написанных вами писем, то к концу жизни такой архив получит наименование эпистолярное наследие.

 

ПЕРЛЮСТРАЦИЯ — вскрытие и прочтение чужих писем. Во время войны письма перлюстрировались вполне официально специальной военной цензурой, и всё, что цензор считал государственной тайной, он тщательно вымарывал. В результате можно было получить такое послание:

«Милая Аннушка! Нам здесь очень хорошо и все мы здоровы. У соседки по койке сыпной nnn. Еды у нас достаточно, и мы собираем на суп картофельную nnnnnn».

(Я. Гашек. «Похождения бравого солдата Швейка»)

 

НОТАБЕНЕ (NB) — «заметь хорошенько», «надо бы запомнить», «обрати внимание». NB — такую пометку на полях книги ставят культурные люди карандашом.

А еще более культурные читатели пишут на полях (и тоже карандашом) латинское словечко Sic!  Означать это может все, что угодно — от «какая прелесть!» до «полная ахинея!»

А раньше на Руси грамотеи надписывали: «Зри!»

 

На случай, если вам доведется вращаться среди интел­лектуалов, стоит овладеть употреблением некоторых из их любимых ­словечек.

 

A PROPOS. (по-нашему — а пропо) — «а кстати…». Особенность — в письменном тексте употребляется только в латинском написании.

  

ВИЗАВИ (vis-a-vis — взгляд-на-взгляд) — ситуация беседы наедине («Мне необходимо поговорить с вами визави»), но не только: визави — так можно назвать и твоего единственного собеседника.

 

А вот ТЕТ-А-ТЕТ (голова-к-голове) — это только ситуация беседы с глазу на глаз (называть своего собеседника «тетатетом» не рекомендуется).

          

Французское выражение АНТР НУ («между нами») хорошо привилось и в нашем обиходе. Когда разговор коснется предметов деликатно-интимных, нужно воровато оглянуться, наклониться к собеседнику и, доверительно произнеся «антр ну», начать выбалтывать ему чужие секреты.

 

АПРИОРИ (латинское словечко a priori — «из предшествующего», «до опыта») — довольно опрометчивая манера судить о чем‑то ещё до того, как хорошенько разберешься в этом деле, подходить с готовым, априорным мнением к человеку, которого ещё совсем не знаешь (как будущая свекровь к будущей невестке).

Но иногда, начиная какую-нибудь напряженную дискуссию по острому вопросу, бывает полезно априори договориться с собеседником, что интересующие вас проблемы вы будете решать исключительно мирными средствами.

 

ТУТТИ-ФРУТТИ — итальянское словечко, означающее «всякая всячина». Не бойтесь его употреблять — после любого перечисления (например, самых важных из приглашаемых гостей) в конце оброните небрежно: «И тутти-фрутти», что будет означать «ну и все остальные» (хотя, говоря о прочих одушевленных существах, правильнее и вежливее сказать: «тутти-кванти»).

 

В старых книжках, написанных еще при позапрошлом режиме, можно встретить в конце предложений одно малопонятное ныне сокращение — etс. Расшифровывалось оно как ET CETERA и было тогда многим понятно. Сегодня же стоит его расшифровать еще раз — с латыни на русский: «и так далее», «и т. д». Если вы собираетесь блеснуть им в разговорной речи, то лучше после длинного списка перечислений произнесите его дважды подряд: et cetera, et cetera… (э цетера, э цетера…).

 

НОБЛЕС ОБЛИЖ — весьма расхожее присловие — «положение обязывает». Например, работая в солидной, респектабельной фирме, вы обязаны носить галстук — ну и что с того, что он впивается вам в шею удавкой — «ноблес оближ!» Или, если вы какой-нибудь мэр, губернатор, а то и президент, то вам обязательно надо на Пасху отстоять церковную службу перед телекамерами — пусть вы не верите ни в бога, ни в черта — «ноблес оближ!»

 

И еще одно симпатичное словцо — ВОЛЕНС-НОЛЕНС — «волей-неволей».

 

ПОСТ- — приставка ко многим словам, обозначающим прошедшие времена. Буквально она переводится как «после», «вслед», но обозначает не просто время, но и тот опыт прошлого, который впитала в себя новая эпоха. Например, нынешний этап в истории России определяется как посткоммунистический. Это означает, что большинство людей отдают себе отчет в том, что вернуться в счастливые прошлые времена уже вряд ли удастся. «Нельзя дважды войти в одну и ту же реку».

 

КВАЗИ- — очень плохая приставочка ко многим словам (в основном из мира науки и культуры) — «якобы», «вроде бы» «как будто», «псевдо-»: квазинаука, квазиобразование. Вот например, если вы будете набираться культуры в основном из книг, подобной этой, то в результате приобретете лишь квазикультуру, квазиэрудицию.

 

ОППОНЕНТ — это собеседник, с которым удалось договориться о мирном, спокойном, вежливом характере обсуждения ваших разногласий. В благодарность его следует при публике называть «мой уважаемый оппонент» — от этого его оппонирование вам в споре будет мягче.

 

КОМПАТРИОТ. Когда двое русских случайно сталкиваются на улице провинициального городка в американской глубинке они могут называть друг друга компатриотами (соотечественниками на чужбине). Компатриотами по отношение друг к другу  являются и французы в России, и венгры в Китае, и индийцы в Финляндии.

 

ОБЪЕКТ — это тот, с кем что-либо делают.

СУБЪЕКТ — это тот, кто сам что-либо с кем‑то делает.

       

РАРИТЕТ— очень редкая, ценная, старая вещь. Но вещь сама по себе не слишком выдающаяся: старинная книга, подсвечник, редкая марка или монета (но картины великих худож­ников прошлого раритетами всё-таки не называют).

 

МАНУСКРИПТ — ну, здесь все просто: manus (рука) + skribere (писать) = рукопись. Но не всякая рукопись является манускриптом. Для этого ей должно быть как минимум лет двести. Кроме того, она должна быть сделана на бумаге или на телячьей коже (пергамене). Надписи же на глиняных табличках, на стенах или на заборах манускриптами не называют, какими бы древними они ни были.

 

Если вы, будучи в общественном месте, обратитесь к окружающим вас мужчинам и женщинам не так, как это принято сейчас: «Мужчина!..» или «Женщина!..», а скажете: «Милостивый государь,..» или «Сударыня,..», то знайте, что в своей речи вы употребили АРХАИЗМ — слово, давно вышедшее из употребления. Причем надо иметь ввиду, что архаизмом называется именно слово или какое-то устойчивое словосочетание — совершать архаизм нельзя. Если вы совершаете некий поступок, нехарактерный для нашего времени (подаете даме пальто или уступаете ей место в трамвае), то такое действие имеет другое название — АНАХРОНИЗМ. Но будьте осторожны, не делайте этого слишком часто, а то вас могут прозвать ходячим анахронизмом.

 

Если вы «передрали» для своего сочинения кусками или целиком произведение какого-нибудь великого писателя и над всем этим поставили собственную фамилию, то вы совершили ПЛАГИАТ. В научной работе плагиатом считается изложение чужих мыслей без ссылки на автора, даже если они изложены «своими словами». Давайте не будем забывать о существовании таких знаков препинания, как кавычки (« ») и сноска (*).

 

Когда же вы «использовали» таким образом не одного, а сразу нескольких авторов, то (не переставая быть плагиатором) становитесь еще и компилятором. КОМПИЛЛЯЦИЯ может быть и вполне почтенным занятием, если с самого начала уведомить, что целью данной работы является свести в одном месте соображения разных людей по одному и тому же поводу. Если известные, популярные мелодии компилирует в своем музыкальном произведении композитор, то такую мешанину он называет ПОПУРРИ.

 

СТРЕСС — словечко в современной (особенно крупногородской) жизни очень популярное — это удар по нервам и по мозгам, острое раздражение всех чувств от внешних толчков. Когда стрессы следуют один за другим, человек либо становится агрессивным (чем обеспечивает стрессы всем окружающим), либо впадает в ступор — нервная система не в состоянии отреагировать на все раздражения и попросту «отключается». Сядьте на травку, дорогие мои горожане, наплюйте на срочные дела — послушайте, как птички поют, как водичка в ручейке журчит…

 

ПРЕССИНГ — это когда на вас давят (люди или обстоятельства) ежедневно и ежечасно, когда буквально каждое ваше движение навязано, продиктовано вам извне, когда минуты нет свободной, вольной — только вашей. Жить в условиях прессинга очень утомительно — так можно и рехнуться.

 

КОЛЛАПС.  Бывают такие запредельно тяжелые ситуации, когда буквально любое действие или даже движение неминуемо ведет к еще большему ухудшению; когда ухудшение таким образом доходит до мыслимого предела, и не остается никаких способов вернуться к первоначальному состоянию. Такое положение называется коллапсом. В состояние психологического и даже физического коллапса может впасть человек под влиянием страшных и неотвратимых ударов судьбы (при этом он почти полностью «отключается» от враждебного и неумолимого окружающего мира). До состояния экономического коллапса дошло народное хозяйство СССР к концу 1991 года. Некоторые звезды наращивают такую огромную массу, что собственная сила притяжения не выпускает вовне даже световое излучение, и звезда превращается в коллапсар — невидимую «черную дыру».

 

СТАТУС — положение в обществе (официальное или неофициальное), а точнее — ступенька, какой‑то устойчивый уровень этого положения, дающий вам определенные права или степень уважения окружающих. Особенно внимательно относятся к статусу человека в бюрократических обществах. «…У нас есть такие мудрецы, которые с помещиком, имеющим двести душ, будут говорить совсем иначе, нежели с тем, у которого их триста, а с тем, у которого их триста, будут говорить опять не так, как с тем, у которого их пятьсот, а с тем, у которого их пятьсот, опять не так, как с тем, у которого их восемьсот, — словом, хоть восходи до миллиона, всё найдутся оттенки». (Н. Гоголь. «Мертвые души») Читайте классику, господа.

 

СТАТУС-КВО — первоначальное положение, то, которое было до изменения. В школьной жизни, например, если помните, существует странное правило, чтобы каждый ученик сидел в классе постоянно за одним и тем же столом с одним и тем же соседом. Но ведь жизнь течет: у бывших приятелей вспыхивают конфликты, возникают новые симпатии, и, придя в класс, учитель видит новое расположение за столами своих учеников (не всегда ему выгодное). Так вот, рассаживая всех по «своим» местам, нечуткий к школьным симпатиям учитель восстанавливает статус-кво.

 

АСПЕКТ. На каждый предмет, явление, процесс можно посмотреть с разных точек зрения — то есть, рассмотреть его в разных аспектах. Например, человек в чисто биологическом аспекте — это двуногое существо без перьев; в аспекте христианства он — «венец творения», чуть ли не единственное живое существо, обладающее бессмертной душой; а в аспекте экологическом — продукт, порождение матушки природы, активно эту самую свою матушку изничтожающий (а, где это ему еще не под силу, то ее обгаживающий) и т.д., и т.д.

 

ИПОСТАСЬ — одна из множества сторон одной и той же вещи, одно из многих лиц, проявлений одного и того же человека. Дома, например, вы можете быть почтительным сыном или зятем, но в городском транспорте вы уже выступаете в ипостаси трамвайного хама, в школе ваша ипостась — тишайший троечник, а в веселой компании — душа общества и т.д. (При этом вы не перерождаетесь, а всякий раз лишь проявляетесь в разных обстоятельствах в иной своей ипостаси.)

 

НОНСЕНС. Если 2 х 2 = 78 — это просто ошибка в вычислениях, то 2 х 2 = яичница — это и есть нонсенс: ну, полная несообразность, чушь, чепуха, чёрт-те что!

 

ФАЛЬСИФИКАЦИЯ — искажение. В употреблении этого слова есть одна тонкость — если вы хотите выдать желаемое (вам) за действительное, то вам придется необходимые документы подделать (подчистить, вписать отсебятину, подменить), фальсификацией же называются те документы или выводы, которые делаются на основе подложных документов. Так например, при выборах на основании подделанных избирательных бюллютеней продажная комиссия составляет сфальсифицированные документы о результатах голосования, и в итоге объявляются фальсифицированные итоги выборов.

 

ЭРЗАЦ — искусственный заменитель чего-либо натурального. Например, эрзац-кофе изготавливался из корешков травки — цикория, а то и вообще из желудей. Белковая черная икра, многие порошковые фруктовые напитки — тоже эрзацы. Если про какой-либо эрзац говорят, что это СУРРОГАТ, то имеют ввиду, что это не только ненатуральный, но и вредный продукт или отвратное пойло.

 

КОНСИЛИУМ. Когда врач не знает, что ему делать с больным, он собирает консилиум: приглашает на совещание к постели своего пациента нескольких других докторов (каждый из которых тоже не знает, что делать, но почему‑то считается, что и в этом случае одна голова — хорошо, а несколько — ещё лучше). В похожем значении слово консилиум употребляется не только во врачебной практике.

 

СИНКЛИТ. Сейчас так иронически называют собрание важных ученых мужей, куда не допускают непосвященных и на котором обсуждаются только судьбоносные проблемы. Но мало кто верит, что эти надутые индюки на своем синклите способны ещё принимать здравые решения.

 

БОРДЕЛЬ — публичный дом.

БАРДАК — беспорядок.

БЕДЛАМ — хаос, неразбериха, «сумасшедший дом».

Не путайте!

 

ДИФИРАМБ — специальная хвалебная песня у древних греков (так что выражению петь дифирамбы уже две с половиной тысячи лет).

«Иван Иваныч, кажется, не ворует», — это просто похвала.

«О, Иван Иванович! Какой он честный и собой пригожий!» — это уже дифирамб.

ПАНЕГИРИК — то же, что и дифирамб, только в более развернутом, подробном виде.

А вот ФИЛИППИКА — нечто противоположное панегирику. Так называют устное выступление, публичную речь, направленную против конкретного недруга. Филиппика полна стасти и гнева, но в то же время не должна сбиваться на обыкновенную ругань, а быть продуманно выстроенной и доказательной.

 

ИНВЕКТИВА — тоже речь «против», но направлена она не только против кого-либо, но и против чего-либо. По сравнению с филиппикой инвектива более резка, бранчлива, оскорбительна, но зато менее доказательна.

 

ЭКЗЕКУЦИЯ — упорядоченное наказание (преимущественно в виде методичного исхлестывания мягких частей тела провинившегося).

 

ГИПЕРТРОФИЯ (буквально — «перекорм») — ненормальное, избыточное, гигантское разрастание, непомерное увеличение одной части какого-то целого. А АТРОФИЯ — наоборот, «усыхание» какой-либо составной части целого вплоть до полного исчезновения.

          

КРЕДО — самое главное убеждение человека, определяющее его важнейшие поступки; его основная жизненная установка; его девиз:

«Исполняй свой долг, а там — будь, что будет!»,

«Лучше переспать, чем недоесть!»

и т.д.

 

АРГО. СЛЕНГ. ЖАРГОН — особый язык, на котором переговари­ваются между собой члены разных групп, чтобы подчеркнуть свою особенность, внутреннюю спайку.

Жаргонов, сленгов, арго — великое множество (профессиональных, возрастных, тусовочных, даже семейных). Классический пример — профессионального жаргона гробовщиков: “сыграть в ящик”, “дать дуба”, “гигнуться” и пр.

“Что, чувишка, кинем брек по Броду?” — так на своем сленге предлагал любимой девушке погулять по улице Горького московский стиляга 50-х годов.

“Иф бы я была кингица, — спичит ферстая герлица…” — а это уже перевод А.С.Пушкина на хипповый арго.

А о блатной “фене” и говорить нечего — пройдя через многомиллионные концлагеря, великий и могучий разговорный язык наш вобрал в себя всё «богатство» воровского жаргона, причем до такой степени, что некоторые теперь считают литературный русский язык не более чем сленгом профессоров грамматики.

 

ФРАЗЕОЛОГИЯ — характерный набор слов, словосочетаний, готовых словесных «блоков», которые тот или иной персонаж употребляет в своей речи. Часто даже неважно что говорит человек или политик, — истинный смысл сказанного проявляется (помимо воли говорящего) прежде всего во фразеологии, которой он пользуется. Какой-нибудь депутат или министр может сколько угодно красиво говорить о необходимости вхождения России в цивилизованный мир, но если в его речах проскальзывают выражения типа «мир чистогана», «империалистические хищники», «буржуазные порядки», «эксплуататоры трудового народа» или «несгибаемые борцы за счастье человечества», то подобная фразеология выдает в нем человека старого закала.

 

ЭВФЕМИЗМ — «обходное» слово или выражение, которое применяют, когда прямо сказать то, что имеешь ввиду, почему-либо не хочется.

Так вместо слова «умер» часто употребляют эвфемизмы «преставился», «почил», «отошел» и многие другие. А для обозначения места для отправления естественных человеческих потребностей прямого названия вообще не существует — сплошные эвфемизмы: «нужный чулан», «отхожее место», «сортир» («выйти» — фр.), «клозет» («закрытый» — тоже фр.) и т.д.

А вот у зверя, которого мы знаем как «медведя», было и «настоящее» имя, однако по древним поверьям вслух произносить имя этого покровителя славянского рода было нельзя («настоящее» его имя знали только старики-жрецы, с которыми оно и ушло в небытие, а мы до сих пор пользуемся тогдашним эвфемизмом — «ведающий мед»).

 

Если посреди какого-нибудь повествования о событиях вам потребуется специально рассказать об их предыстории или растолковать слушателям какие-то детали, прямо к этим событиям не относящиеся, то такая вставка в ваш рассказ будет называться ЭКСКУРС (экскурс в историю, технологию, психологию, культуру и т. д.).

 

ТАВТОЛОГИЯ — это когда для объяснения какого-то слова пользуются другим, имеющим примерно такое же значение, или при доказательстве своей мысли попросту излагают ее же, но другими словами (не доказывая ее при этом по существу). Простейший пример тавтологии: «Он негодяй!» — «А почему?» — «Да потому, что он подлец, гад и каналья!»

 

РЕФРЕН. Давно это было, ещё когда древние римляне с древним же Карфагеном воевали. И был среди римлян сенатор знаменитый — Катон. Он часто выступал с речами в сенате по самым разным поводам. Но была в его выступлениях одна странность — оканчивал он их всегда одной и той же фразой: «Карфаген должен быть разрушен!» Говорит он, например, о том, что канализацию в городе чистить давно пора, куда, дескать, консулы смотрят, а в конце: «Карфаген должен быть разрушен!» Или рекомендует своего хорошего знакомого на должность верховного жреца, а в конце опять: «Карфаген должен быть разрушен!» И так — изо дня в день, год за годом. Житья от него не стало — пришлось-таки ведь действительно разрушить этот Карфаген. Такой постоянный, преследующий повтор и называется рефреном — что‑то вроде припева в песне.

 

Бывает, что люди что-то для себя выдумают, а потом сами себя убедят в том, что их выдумка существует в действительности — такая якобы-существующая реальность называется МИФ. И люди начинают вести себя так, как будто их мифы — не выдумка, а на самом деле: мальчишка-подросток, выдумавший себе мифического старшего брата-каратиста, не раздумывая, лезет драться с большими парнями; американцы, уверившие себя, что СССР вот-вот даст по ним ракетный залп, с перепугу построили у себя по всей стране миллионы бомбоубежищ; советские руководители, уверив население СССР в такой же мифической ядерной угрозе со стороны США, сумели заставить всю страну несколько десятилетий работать на оборону… Мифы — вещь опасная.

 

КЛИШЕ — словесная формула, которая когда-то имела живой смысл, а потом превратилась в клеймо. Его очень удобно применять, когда нужно словами отделаться от какого-то слож­ного вопроса или когда сказать что-то надо, а сказать по существу нечего. Одно из самых знаменитых и страшных клише в нашей стране — «враг народа». Затем более популярными клише стали «жалкая кучка отщепенцев», «нерушимое единство партии и народа», «происки мирового империализма» и т.д. Новые времена рождают и новые клише: «так называемые демократы», «красно-коричневые» (дополните список сами).

 

КАЛЬКА — это не только полупрозрачная бумага для перерисовывания чертежей или рисунков; калька — так называют слова и выражения, буквально «переведенные», сконструированные по иностранным образцам. Явно не по русски звучат, например, словосочетания «делать деньги» или «заниматься любовью» — это кальки с английского. Даже такое привычное слово как «впечатление» было лет двести назад скалькировано с французского «impresjon» — «в-печат-ление».

Иногда при калькировании теряется первоначальный смысл оригинала. Например отечественное выражение «чувствовать себя не в своей тарелке»  в буквальном своем значении довольно бессмысленно — а дело в том, что это калька с французского, где слово «тарелка» имеет еще и другое значение — определенное место за столом на званном обеде или ужине, а в русскую кальку вошло лишь одно (для данного случая неподходящее) значение.

 

ИДИОМА — своеобразное выражение. «Врет, как сивый мерин», «сел в лужу», «точит лясы», «лыка не вяжет», «драть как сидорову козу», «отставной козы барабанщик» — вот образцы русских идиоматических выражений.

Сейчас очень много слов перескакивают из одного языка в другие, но идиома — принципиальная «домоседка» и жить может только на родине. Иностранные идиомы в русской речи употреблять можно, но произносить их нужно только по-иностранному, ни в коем случае не переводя на русский буквально. К примеру, теплую сосиску с горчицей в мягкой булочке совершенно справедливо называют «хот-дог», а не «горячая собака» (англо-американская идиома).

 

АЛЛЮЗИЯ — литературный намек. Государственный догляд за пишущими людьми в России был всегда — цензура родилась у нас чуть ли не раньше самой литературы и в советские времена была доведена до мыслимого совершенства. Писателю (а равно и художнику, и композитору и т.д.) невозможно было напрямую говорить о множестве вещей, и потому аллюзия стала любимым приемом подцензурного искусства. Если, например, одного из персонажей романа звали

Лаврентий Эдмундович Железов, то такая аллюзия была достаточно прозрачна.

          

Но для того, чтобы аллюзия достигла цели, чтобы состоялось общение автора с его читателем, слушателем или зрителем, нужно, чтобы этот намек вызвал у них совершенно определенные АССОЦИАЦИИ или РЕМИНИСЦЕНЦИИ — сопоставления с чем-то уже читанным, виденным, пробудил отзвуки пережитого. «Охота на волков» Высоцкого не была бы столь всенародно популярной, если бы миллионы людей не чувствовали себя такими же волками, обложенными со всех сторон флажками запретов, и если бы они не испытывали тайной зависти к тем одиночкам, которые имели мужество стать свободными.

 

БЕЛЛЕТРИСТИКА. Считается, что Л.Н.Толстой, Ф.М.Достоевский, Н.В.Гоголь писали серьезные произведения, и чтобы понять, зачем они это делали, читателям нужно сильно напрягаться. А вот, например, Жюль Верн или Конан Дойль — тоже, конечно, писатели, но читать их гораздо легче и приятней, увлекательней. Так вот, романы, повести, рассказы, которые берут почитать для развлечения и отдыха, называют беллетристикой. Беллетристическими называют только прозаические произведения, развлекательную же поэзию называть так почему-то не принято.

 

ЭКИВОК — словесная увертка, двусмысленный намек, из которого трудно что-либо понять, хитрая попытка уйти от прямого ответа.

Когда студента на экзамене спрашивают «Кто написал «Евгения Онегина»?, он начинает увиливать и говорить экивоками — дескать, он-то, конечно, знает, кто это сделал, но не в его правилах закладывать приятеля, тем более, что тот здесь где-то неподалеку ходит и т.п. Если экзаменатор проявит твердость и потребует ответить без экивоков, то в ответ рискует услышать откровенное признание: «Ну, Гоголь…»

 

АББРЕВИАТУРА — роскошное слово с двойным Б. А означает оно всего лишь сокращенную запись длинных и скучных названий по первым буквам. Например: ЧК — ГПУ — НКВД — МГБ — КГБ — ФСБ…

 

МАТРИМОНИАЛЬНЫЙ — так можно назвать все, что касается брака и супружества (не любовных отношений, а именно создания семьи) — матримониальный интерес, матримониальные намерения и т. д. Слово это не употребляется ни в описаниях самой семейной жизни, ни развода, а только в отношении хлопот по заключению брака или любовных ухаживаний «с серьезнвми намерениями».

 

МЕЗАЛЬЯНС — это такой брак, когда старый женится на молоденькой, нищий — на богачке, интеллектуал — на простушке, аристократка выходит замуж за простолюдина. В общем, неравный это брак — мезальянс.

 

МОРГАНАТИЧЕСКИЙ БРАК — мезальянс в королевской семье, когда один из принцев или даже сам монарх (Александр II) без огласки женится на женщине некоролевских кровей, зная, что дети их никогда не будут иметь права на престол. Так что, морганатический брак — всегда по любви.

 

АНАЛОЙ — это такой специальный столик, который ставят посреди церкви. При венчании на нем лежат два венца (короны), и когда вы — жених и невеста — подходите к нему и говорите священнику, что на все согласны, вы должны после этого трижды обойти вкруг аналоя, а ваши свидетели-дружки — держать над вашими головами венцы. И только после этого действительно можно то, чего вам обоим хочется.

«И ведет он её под венец, к аналою…» — это вам не Двор‑р‑рец бр-р-ракосочетаний!

 

АДЮЛЬТЕР — это то, что иногда следует за аналоем — супружеская измена. Тайные измены просто возлюбленной(му), даже неоднократные, недостойны ещё называться этим звучным французским (конечно же!) словом. Для полноценного адюльтера нужно набраться храбрости изменить именно законной(му) супруге(гу). Не дай вам, конечно, бог… (Таких измен может быть и много, но слово адюльтер множественного числа всё же не имеет.)

 

МОНОГАМИЯ — это когда мужчина все время живет только со своей женой (французы называют такой моногамный брак монотонным). А мусульманам разрешена полигамия (многоженство), и женская часть семьи может разрастись до весьма внушительных размеров.

 

АЛЬКОВ — так называлась большая, занавешенная пологом ниша в стене замка или дворца, где обычно ставилась кровать. Так что, альковные истории, альковные тайны — это из области интимной, амурной жизни аристократических семейств.

 

СУБЛИМАЦИЯ — это когда тебе чего-то ну о-очень хочется, но это пока недостижимо, и ты все поднявшиеся силы души и тела, всю свою страсть бросаешь, переносишь на что-то другое. «Любить — это значит: вглубь двора вбежать и до ночи грачьей, блестя топором, рубить дрова, силой своей играючи» (Маяковский) — типичный пример сублимации.

 

МЕТАМОРФОЗА — изменение-превращение. В русской разговорной речи — это преображение особого рода. Когда в сказке Иван-царевич ударяется оземь и оборачивается Серым волком (или наоборот — забыл), то это — обыкновенное превращение. А вот если тот же Иван-царевич превращается в Ивана-дурака, то это уже будет метаморфоза. Под метаморфозой, следовательно, понимается не столько внешнее, сколько внутреннее перевоплощение.

 

ХОСПИС — грустное место. Это специальная больница, а чаще санаторий, в который принимают абсолютно неизлечимых больных, и особенно тех, кто мучается от невыносимых болей. Подчеркнуто заботливый уход, опытные психологи, эффективные болеутоляющие средства помогают обреченным людям встретить неизбежный уход из жизни со спокойным достоинством — истинно по-человечески.

 

ЭФТАНАЗИЯ — ненасильственное умерщвление людей или по их желанию, или когда они не осознают своего положения.

Бывает, что неизлечимо больные люди, не в силах больше выносить напрасных мучений, просят врача помочь им безболезненно уйти из жизни. Давно уже идут споры — имеет ли врач на это право (пока что во всех странах врач, решившийся уступить мольбам своего безнадежного больного и подвергший его эфтаназии, считается уголовным преступником).

Массовую эфтаназию от имени государства в 30-е годы провели нацисты, умертвившие десятки тысяч пациентов германских психиатрических больниц («нации нужны здоровые производители»).

 

ЭПИТАФИЯ. Когда кто-то из нас умирает, оставшиеся пока в живых его хоронят и воздвигают на его могиле памятник. На этом памятнике пишется, как правило, Ф. И. О. покойного и даты его земной жизни, — так вот, это еще эпитафией не считается. Эпитафией называется дополнительная надпись на надгробии, слова, которыми живые прощаются с усопшим («Покойся, милый прах, до радостного утра» или «Спи спокойно, дорогой товарищ — мы продолжим твое дело!» и т. п.).

 

Лета — река, омывающая древнегреческое царство мертвых. Это некогда единое царство давно разделилось на рай и ад, вокруг которых вряд ли что-то течет. Но память о греческой Лете сохранилась и поныне.

ЛЕТАЛЬНЫЙ ИСХОД — так врачи говорят, когда их пациент умирает. Это словосочетание довольно конкретное, которое применяется к каждому отдельному несчастному случаю или исходу болезни. Не стоит, философствуя о смысле жизни и смерти, употреблять его в общем смысле — что, дескать, всем нам уготован летальный исход (будет лучше, если вы попечалуетесь о «неизбежности покидания человеком этого праздника жизни»).

КАНУТЬ В ЛЕТУ — вовсе не значит пойти в отпуск в июле. Это означает быть прочно и всеми забытым. Вряд ли так можно сказать о приятеле, с которым вы не виделись уже несколько лет и даже телефон его потеряли. Кануло в Лету — это слова «высокого штиля»: не просто забыто, но Пре-е-дано Забвению-у-у… (душа, глотнувшая летской водички при переправе в страну теней, теряла память о своей прошлой земной жизни).

 

КУЛЬТУРТРЕГЕРЫ — так всерьез называли себя европейцы, осваивая новые (для них!) земли и встречаясь там с дикими (по их мнению) туземцами. Культуртрегеры — носители культуры! Им и в голову не могло прийти, что может быть какая‑то другая культура, кроме их собственной, иной образ жизни, иные ценности. До них долго не доходило, что эти «недочеловеки» сами смотрят на них, как на дикарей — тупых, жестоких «белых дьяволов», которые не способны научиться самым простым вещам и понять истинные ценности жизни. Только в ХХ веке начали понимать европейцы, в каком дурацком виде представали они перед остальным миром, самодовольно гордясь своим оружием и материальным комфортом. С этого времени гордое звание культуртрегер превратилось в откровенную насмешку.

 

АВТОХТОНЫ, АБОРИГЕНЫ — туземцы и вовсе не обязательно дикари, а просто коренное население, издавна живущее на этой территории, исконные её обитатели.

 

ОДИССЕЯ — долгое-предолгое путешествие, наполненное неожиданными поворотами событий, опасностями и приключениями на фоне окружающих природных красот (кончается все, обычно, хорошо).

 

АПОГЕЙ — наивысшая точка в развитии, максимальный взлет, вершина расцвета. Апогея может достигнуть слава полководца, в апогее известности может находиться знаменитый писатель, в апогее своего могущества может пребывать великая империя, в апогее своей популярности может начать делать глупости даже самый осмотрительный политик.

 

АПОФЕОЗ (буквально — «обожествление») — высшее проявление, торжественное завершение, ликующий финал.

 

АРЕАЛ — область, пространство естественного обитания или распространения чего-либо (каких-нибудь животных, растений). Слово это научное — его надо узнавать в книжках, но употреблять в частных разговорах не стоит.

 

ФИАСКО  — неудача, облом. Потерпеть фиаско — сесть в лужу.

 

ГЕНЕЗИС — зарождение и развитие чего-либо с самого начала и до теперешнего состояния. Генезис — слово большое и относится к временам очень длинным, продолжительным. Развитие отдельного человека от яйцеклетки до завскладом генезисом не называют (срок коротковат). Вспышка Божьей искры разума и совести и все дальнейшее развитие человечества — вот это генезис!

 

Когда вы чего-то от кого-то сильно хотели (жениться, например), но нарвались на резкий, категорический и публичный отказ (ну, не хочет она за вас!), можно сказать, что вы получили АФРОНТ.

 

СУИЦИД — научное название самоубийства.

 

ЛЮФТ. Всем известен люфт автомобильного руля — начинаешь крутить «баранку», а колеса при этом поворачиваются не сразу, а немного погодя — у рулевого колеса есть небольшой холостой ход — люфт. Люфт есть у всего на свете — это инерция покоя, это зазор между командой и ее исполнением, между действием и реакцией на нее.

 

ФОЛ — нарушение правил игры, при котором можно нанести противнику травму.

В спортивных играх фолят чаще всего в баскетболе (игра очень контактная, со множеством столкновений). В футболе положение «вне игры» или намеренная затяжка времени фолом, сторого говоря, не является, — в отличие от подножек, подсечек, сносов, «коробочек» и прочих опасных приемчиков. А вот в волейболе или в теннисе фолов практически совсем не бывает — там им просто неоткуда взяться (если в ходе теннисного матча вы врежете своему сопернику ракеткой между глаз, то это будет уже не фол, а «неэтичное поведение»).

Известное (и за пределами спорта) выражение «играть на грани фола» означает вести себя по отношению к сопернику резко, грубо, но исподтишка (в надежде, что судья не заметит ваших фокусов).

Также в широкое употребление входит и спортивное выражение «фол последней надежды» — в хоккее это выглядит так: защитник нападающего проморгал, тот с шайбой выходит один-на-один к воротам (на маске вратаря — гримаса отчаяния), и в этой ситуации защитник цепляет соперника сзади клюшкой за ногу — за такой фол наказание бывает максимальное.

 

РОКИРОВКА — этот шахматный термин незаметно перекочевал в служебную и частную жизнь и стал там означать некие взаимные перестановки (когда «от перемены мест слагаемых сумма не меняется»). Были Маша с Петей, а Оля с Колей — стали Петя с Олей, а Коля с Машей, — пожмем плечами: «Рокировка…»

 

ГАНДИКАП. ФОРА. Если вы собрались посоревноваться с малышней в беге на дистанции от подъезда до во-о-н того ларька, то, как благородный человек, вы, конечно, дадите своим юным соперникам какое‑то первоначальное преимущество, чтобы уравнять шансы (или задержитесь на старте секунд на пять, или разрешите им стартовать от песочницы, а сами побежите от подъезда). Соревнование на таких условиях называется гандикапом, а то первоначальное преимущество, которое дает заведомо сильнейший своим более слабым партнерам, называется форой. Фору можно давать и получать в любых играх. Например, в шахматах: гроссмейстер, играя с любителем, снимает с доски своего ферзя (при этом он ­уверяет, что играть без ферзя легче — не боишься его ­потерять).

 

РЕВАНШ — это то, чего мы обычно жаждем после каждого проигрыша — победы, которая бы смыла горечь поражения («Не за то отец сына бил, что играл, а за то, что отыгрывался»…).

 

СИЕСТА. В южных странах летним днем европеец теряет всю свою знаменитую энергичную деловитость и начинает напоминать какое-то потеющее, расползающееся желе. Жарко до невозможности! Поэтому в летние месяцы изменяют даже распорядок рабочего дня во всех конторах и на заводах: начинается работа чуть ли не с первыми лучами солнца и продолжается до позднего утра, когда наступает самый солнцепек; потом наступает длинный-длинный дневной отдых; возобновляется работа уже ближе к вечеру, когда жара спадает. Традиционная дневная отключка в теньке, с кондиционерами и прохладительными напитками и называется сиестой.

У российских обитателей средней полосы тоже всегда была своя сиеста — вздремнуть хорошенько после обеда в любое время года издревле считалось непременным признаком русскости (наряду с блинами и банькой по субботам).

     

Пытаемся возрождать старорежимные обычаи — может, оно и к лучшему. Так что давайте с трудом припоминать и соответствующие словечки — как что называется и чем можно перед гостями блеснуть.

Когда вас приглашают на ПАРТИ — не пугайтесь, это просто небольшая встреча друзей в любое удобное для хозяев время.

А вот если принимаете приглашение на МАТИНЭ, то спать лечь надо пораньше, потому что в эти гости следует идти непременно утром (как Винни Пух).

Можете пригласить гостей на СУАРЕ и запрезирать тех, кто придет к вам днем — ведь суаре  это именно вечеринка.

 РАУТ происходит тоже вечером, но назвать его «вечеринкой» как-то язык не поворачивается — это довольно торжественный прием (смокинги для гостей обязательны, а о танцах и не помышляйте).

ФАЙФ-О-КЛОК, он и в России файв-о-клок, а именно — званный «чай в пять часов» (аглицкий обычай).

Но ведь не каждая семья имеет возможность принимать гостей беспрерывно, поэтому каждый светский дом объявляют во всеуслышание свой приемный день — ЖУРФИКС (добро пожаловать, дорогие гости, всегда, дескать, рады вас видеть, — но только по средам. Или, к примеру, по пятницам).

ДЖЕМ-СЕЙШН — мероприятие, как правило, для вольных музыкантов. Приходить туда надо со своим инструментом (саксофоном, балалайкой и др.) и играть там можно вместе с кем угодно, на чем угодно и что угодно (желательно импровизировать). Сейчас «сейшенами» пытаются называть также и самопальные презентации разных там выставочек и т.п., но не надо все-таки путать благородный и артистичный джем-сейшн с рядовой полупьяной тусовкой, где вам не светит ничего, кроме картонного стаканчика с плохим шампанским в толпе непризнанных гениев.

ФУРШЕТ — это не какой-то вид группового общения, а именно способ еды на нем — встоячку. Подают бутерброды, из питья — кокт-э-эйли всякие. Придумали это, конечно, за границей с той целью, чтобы гости поменьше ели, зато побольше двигались и общались, однако у нас цели эти пока не достигаются, т.к. русский человек считает, что стоя — больше войдет.

Если вы кормите гостей за одним общим столом, с которого они могут свободно брать любые кушанья, можете называть этот стол ТАБЛЬДОТ (хотя, строго говоря, так называется общий стол в санаториях и пансионатах).

КАНАПЕ — это такие ма-а-а-ленькие бутербродики с чем угодно, которые можно скушать буквально в один заглот. Подают их на фуршетах сразу много-много на большом подносе, и в каждое канапе втыкают для удобства едоков крохотную пластмассовую вилочку — бонтон!

(Точно так же — канапе — называют и маленькую кушеточку без спинки, сидеть на которой очень неудобно, не говоря уж о том, чтобы лежать.)

 

БОГЕМА — беззаботный, беспорядочный (и не вполне высокоморальный) стиль жизни многих артистических, писательских, художнических компаний. Характерен для молодых и пока не знаменитых (а для многих из них богемный образ жизни вполне заменяет само творчество).

Бывает, что молодые художники пишут такие картины, которые почти никто не хочет выставлять и покупать; молодые поэты пишут такие стихи, которые почти никто не хочет читать и издавать; молодые режиссеры и актеры ставят спектакли, которые почти никто не ходит смотреть. Больше того, все их художественные произведения вызывают у публики не просто непонимание, но часто возмущение и ярость. При этом сама эта творческая молодежь считает себя необыкновенно талантливой, а иногда даже гениальной. В результате все непонятые люди искусства собираются в большие стаи и начинают творить друг для друга, совершенно не ориентируясь на вкусы широких народных масс. Все эти некоммерческие выставочки, спектакли, фильмы, концерты, тусовки творцов непонятного публике искусства, сам стиль их жизни, весь этот замкнутый мирок получил название АНДЕГРАУНД — «подполье».

 

РИМЕЙК — так называют новый кинофильм, сделанный на сюжет фильма старого и всем известного. Создатели римейка переносят старый сюжет в наши дни и предлагают нам посмотреть, как бы в подобной истории действовали наши современники.

 

АНШЛАГ — «все билеты проданы! полный зал! сегодня у нас весь город!» — голубая мечта актеров, режиссеров, циркачей и музыкантов.

 

БЕНЕФИС — спектакль, театральный или телевизионный праздник, представление в честь известного артиста. Бенефисом актера можно также назвать спектакль или фильм, где этот актер играет «на голову» талантливей, вдохновенней и ярче исполнителей других ролей.

 

КУЛЬМИНАЦИЯ — самый напряженный, самый острый, решающий момент в цепи событий. Если вы любите детективы, обращайте внимание, как автор подводит сюжет к кульминации: выяснилась всеобщая заинтересованность героев в совершенном убийстве, все герои уже успели наврать следователю с три короба и все они на подозрении. И вот-вот должна наступить развязка: следователь обводит усталым взором толпу подозреваемых и уже набрал в легкие воздух, чтобы произнести имя преступника, — вот это и есть кульминационный момент сюжета.

 

КАТАРСИС. Знаете, как бывает в голливудских боевиках: на хорошего героя сыплются разные неприятности, его обижают, его унижают и, кажется, вот-вот совсем убьют. Но вот он, наконец, расправляет могучие плечи и устраивает всем этим подонкам кровавую мясорубку — всё вокруг взрывается и рушится, а хороший герой целует вытащенную из-под обломков длинноногую девицу. Так вот, те радостные чувства, которые ты испытываешь при этом перед экраном, и называются катарсисом — очищением. И в мелодраме на влюбленных тоже наваливаются разные трагедии, но зрители от этого не плачут, а напряженно следят за их мучениями. Слезами же они разражаются именно тогда, когда всё позади и любящие сердца на экране, наконец, соединяются, — тоже катарсис.

 

Вы заметили? — Если сюжет фильма не обычная киносказка, а похож на какой-то известный случай из жизни, то в титрах обязательно предупреждают, что персонажи фильма не имеют отношения к реальным людям. Но зрители-то знают, что  полюбившиеся им киногерои списаны с живых людей, т. е. у каждого из них в настоящей жизни имеется ПРОТОТИП.

 

БЕСТСЕЛЛЕР — так называют книгу, мгновенно раскупленную читателями. Это необязательно какой-то шедевр — бестселлером могут стать и воспоминания знаменитого маньяка-убийцы, и рассказ о похождениях великосветской шлюхи и т.п. Самое главное в этом деле — «раскрутить» книжку, сделать ей оглушительную (лучше всего скандальную) рекламу. Бестселлер — определение очень простое и откровенное: не «лучшая» книга, а книга «лучше-всего–продающаяся» («Best seller» — буквальный перевод).

 

ЭКСЛИБРИС (ex libris — «из книг») — это такой крохотный рисуночек, в который вписаны слова: «из книг (ex libris) такого-то». Счастливые обладатели домашних библиотек наклеивают ярлычок с экслибрисом или оттискивают его в виде печати на первой странице каждой своей книги.

Есть в этом, конечно, и свой практический смысл, — чтобы знакомые не делали вид, будто не помнят, где они эту книгу взяли почитать. Но думается, что истинная причина, почему человек заводит себе экслибрис, в другом — ему это просто приятно.

 

ПАТИНА. На старых бронзовых скульптурах, памятниках, стоящих на городских площадях, часто замечаешь зеленовато-голубоватый налет (потеки окислов) — это и есть патина. Но нельзя сказать, что она уродует скульптуры, наоборот, — патина придает им какую‑то особую прелесть. Точно так же может волновать желтизна и хрупкость страниц древней книги, потертость кожи старого кресла, почернелость старинного серебра… Такие черты, придающие вещам обаяние старины, тоже иногда называют патиной — патиной времени.

 

РЕЗЮМЕ — краткие выводы, итоги обсуждения. Прекрасное французское словечко, у которого как-то не сложились отношения с русскими попутчицами. Резюме по-русски нельзя ни «подвести» (как итоги), ни «сделать» (как выводы), ни даже «подбить» (как бабки). Как же обращаться с этой недотрогой?

После того, как сотрудники окончательно передерутся при обсуждении какой-нибудь проблемы, их молчавший до того начальник должен неторопливо встать и сказать: «Резюме:» — и при этом интонацией обозначить двоеточие. Оставшись в изоляции, «резюме» само о себе позаботилось и родило прелестное дитя — глагол «резюмировать».

 

РЕНОМЕ — доброе имя, репутация. «Береги платье снову, а реноме смолоду!»

 

ДИЛЕММА — это когда вам приходится выбирать из двух не слишком приятных вариантов. Вот если, к примеру, вам предстоит выбрать: конфету съесть или палец прищемить, то вряд ли это можно назвать дилеммой (выбор слишком очевиден). Дилемма — чаще всего выбор из двух зол.

 

АЛЬТЕРНАТИВА. «Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазар Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому ещё дородности Иван Павловича — я бы тогда тотчас же решилась», — мечтает у Гоголя разборчивая невеста. Но увы! — она стоит не просто перед выбором, она стоит перед альтернативой: или-или-или — один вариант полностью исключает все остальные, и его нужно принимать в целом, со всеми достоинствами, но и с неизбежными его недостатками. (При таком альтернативном выборе сами взаимоисключающие варианты также можно называть альтернативами.)

 

ТАБУ — общественный запрет на какие-либо действия, слова или темы для разговоров. Подобный запрет на что-нибудь может наложить и начальство, но чтобы он превратился в табу, он должен быть признан всеми. Табу — обычай, наверное, такой же древний, как и само человечество. У разных народов табуировались и продолжают оставаться табу множество самых разнообразных действий и слов: не есть мяса, не резать хлеб ножом, не произносить имя основателя рода, царя, бога, не говорить о сексе, об испражнениях и т.д., и т.д., и т.д. В наше время многие сохранившиеся табу нарушаются совершенно сознательно и со смаком. Я понимаю — свобода, раскованность…, но почему-то от этого иногда становится противно.

 

КЛОАКА. Вообще‑то, так называлась большая каменная труба, через которую из древнего Рима вымывали фекалии гордых завоевателей полумира, проще сказать — канализация. Давно не действует Клоака, но грязный притон, скопище человеческого отребья, развратных подонков, общаясь с которыми обязательно вываляешься в дерьме, до сих пор и во всех странах называют клоакой.

 

КОНСИСТЕНЦИЯ — густота, вязкость каких-либо однородных полужидких, пастообразных продуктов. Таким образом, консистенция степени «ложка стоит» бывает иногда у сметаны, но никогда — у щей (даже самых густых).

 

ИНКОГНИТО. Слово итальянское — «неизвестный», а в русском языке может быть и наречием, и существительным. Если человек приезжает в чужой город и живет там под вымышленным именем, то это значит, что он там находится инкогнито (как? — наречие). Когда же случайно встреченный знакомый принародно называет его настоящим именем, то он тем самым раскрывает его инкогнито (что? — существительное).

Однако слово это употребляется не в любой ситуации. Так, например, вряд ли можно сказать, что человек приехал инкогнито, если он поселился в гостинице под именем Филиппа Киркорова, рискуя подвергнуться нападению толпы поклонниц, ибо инкогнито имеет целью сделать приезжего как можно менее заметным. Также язык не повернется сказать, что шпион-нелегал живет в чужой стране инкогнито, хотя бы потому, что он полностью вживается в роль человека, за которого себя выдает. Для инкогнито такая глубокая и долговременная конспирация необязательна.

  

АМИКОШОНСТВО (ami cochon — «друг-свинья»). Представьте, что вы сидите в приличном месте в престижной компании и ведете тонкую беседу, и вдруг появляется некая развязная личность, которую вы не видели, слава богу, уже много лет, и лезет к вам обниматься, радостно крича: «Вася! Сколько лет, сколько зим! Друг ты мой дорогой, да как же я люблю тебя, подлеца! А помнишь, как мы с тобой без штанов по крапиве бегали?» — и прочее в том же духе. Отстранитесь от него и тихо, но веско скажите: «Подите вон, сударь — не люблю амикошонства».

Слово это употребляется только для характеристики развязного, фамильярного стиля общения. Когда же друг, сохраняя внешние приличия, совершит предательский поступок, то здесь у вас должны найтись другие слова.

 

АНТРОПОМОРФИЗМ — похожесть на человека. Мы рассуждаем слишком антропоморфично, когда приписываем животным свои чувства и мотивы поведения. Мы не только антропоморфичны, но даже антропоцентричны в своих убеждениях, что разумные существа на других планетах должны быть обязательно точь в точь похожи на нас. Слишком антропоморфично не всегда стоит относиться даже к человеку — если по-человечески обращаться с некоторыми людьми, то они тут же начинают вести себя по-свински.

«Все мы немножко лошади» (В.В.Маяковский)

 

ЭКЛЕКТИКА — попытка соединения разнородных, разношерстных, разнокалиберных, разностильных кусков в какое‑то единое целое (как, например, закусывание шампанского соленым огурцом или изображение Христа на красном знамени рядом с серпом и молотом).

 

ХИМЕРА — у древних греков так обычно называлась коза с головой льва и змеиным хвостом или лев с туловищем козы и змеиным хвостом, или змея с львиной головой и козьим туловищем, то есть вообще‑то нечто цельное, но состоящее из столь разнородных частей, что можно только диву даваться. Таковы и многие наши несбыточные мечты, вовремя не проконтролированные трезвым рассудком: «Сон разума рождает чудовищ».

 

РУТИНА — унылая повседневность: дни идут за днями размеренно и однообразно; ваша жизнь состоит из бездумного, заученного повторения привычных, шаблонных — рутинных — действий. И как иногда бывает здорово, когда рутину серых будней взрывают какие-нибудь неожиданные бурные события, требующие от нас свежих идей и нестандартных решений!

 

ПЛЕЯДА — группа знаменитых людей примерно одной профессии, живших примерно в одно время и, желательно, в одном месте. Тамерлан, Суворов, Александр Македонский и Чапаев — это не плеяда (полководцы эти жили в слишком разные времена и в слишком разных странах). Но можно сказать, что Суворов воспитал целую плеяду русских военачальников — Кутузова, Багратиона, Ермолова, Милорадовича и других.

 

КОГОРТА — так называлось подразделение древнеримской армии (1/10 часть легиона). Начиная с прошлого века этим словом стали обозначать организованные группы людей (деятелей, а не теоретиков), обуреваемых какими-нибудь светлыми идеями. При этом употреблялось оно всегда в паре с прилагательными: «славная когорта», «несгибаемая когорта», «сплоченная когорта».

 

ЛАКУНА — это ю…………………………………………………….……….щъ!

(Это и есть лакуна —  пропуск в тексте)

          

ФЕНОМЕН — это некое своеобразное явление, которое существует как бы само по себе, ни на что не похожее и очень интересное, любопытное (например. один из самых загадочных феноменов — совесть человеческая). Феноменальными можно назвать и какие-то выдающиеся, поражающие воображение способности или достижения отдельных людей (феноменальные математические способности, феноменальная память, феноменальный рекорд и т.д.)

 

УНИКУМ — единственный в своем роде — таких больше, наверное, нет.

 

ТРАНСПЛАНТАЦИЯ — пересадка или приживление органов в теле нового «хозяина». Сегодня человеку можно пересадить (если своё испортилось) почти всё, что угодно: почку, печенку, селезенку, сердце, и прожить до старости. С нетерпением ждем времени, когда кое-кому можно будет трансплантировать другую голову.

 

КОРРЕЛЯЦИЯ — взаимосвязь, взаимозависимость, но не простая, прямая, ясная, а скрытая и иногда даже не совсем понятная.

Когда у блондина-папы и некрашенной блондинки-мамы рождается светловолосый сын, то здесь всё более или менее понятно: между родительскими и сыновним признаками прямая и почти обязательная зависимость. Но вот замечено, что блондины гораздо чаще, чем брюнеты, становятся, к примеру, моряками. Какая связь между белоголовостью и мореходностью — не очень ясно, но статистика показывает, что она определенно существует. В таких случаях говорят, что, хотя прямой, обязательной взаимозависимости между далекими друг от друга признаками нет, они между собой коррелируют, находятся в корреляционной связи.

 

ЭКЗЕРСИСЫ — в буквальном переводе — «упражнения». Но, попав в русский разговорный язык, это французское слово приобрело несколько презрительно-иронический оттенок. Употребляется в ситуации, когда для решения какого-то вопроса нужны прямые решительные действия, а кто-то начинает вместо этого делать некие неопределенные движения «вокруг да около», только имитирующие деятельность. Такие опасливые маневры и называют насмешливо — «некие экзерсисы».

 

СОФИСТИКА — умственная акробатика, жонглирование словами и их смыслами. Иногда софистика совершенно бескорыстна (игра живого ума), но чаще она имеет совершенно определенную лукавую цель — путем логических манипуляций выдать белое за черное (а если заплатят больше, то и черное за белое).

Вот пример софистики прошлых времен: частной собственности у нас нет, а все, что есть ценного в стране, принадлежит государству — государство у нас общенародное (попробуй, возрази!), а значит государственные предприятия на самом деле не государственные, а общенародные — следовательно, все производство в нашей стране работает ради удовлетворения потребностей всех граждан (а не ради усиления мощи неконтролируемого населением государства).

 А вот пример софистики сегодняшней: если ты такой умный, то почему же ты такой бедный — значит ты дурак!

И в том, и в другом примере с логикой вроде бы все в порядке, но выводы явно противоречат реальной жизни.

 

ЭКВИВАЛЕНТ. Часто требуется сравнивать, соизмерять самые непохожие между собой вещи. Для этого у них надо найти хотя бы один одинаковый признак и сравнивать их по нему, — такой общий признак и называется эквивалентом.

Атомный боезаряд ничуть не похож на кусок обычной взрывчатки, но они схожи в том, что оба взрываются. Поэтому принято измерять силу ядерного взрыва количеством обычной взрывчатки, которая способна причинить такие же разрушения — т. е. тротиловым эквивалентом («взрыв нашей боеголовки эквивалентен взрыву 20 000 тонн тротила!»).

При переводе с иностранного языка некоторые слова нельзя перевести буквально, — нужно искать слово-эквивалент в своем языке. И только если такого эквивалентного слова в родной речи не обнаруживается, в него вводят не поддавшееся переводу иностранное слово, которое отныне пишут (а также спрягают или склоняют) по законам своего языка. Например, в русском языке не оказалось слова, которое бы полноценно заменило понятие эквивалента, и пришлось поневоле «усыновить» иноземного «подкидыша».

Европейцы, впервые высаживаясь на неизвестных южных землях занимались с туземцами неэквивалентной торговлей: они выменивали средней величины алмаз за простенькое зеркальце. Но со временем и сами туземцы начинали догадываться о том, что одно зеркальце отнюдь не эквивалентно блестящему камешку, — и начинали требовать за него целую связку стеклянных бус!

 

ДОГМА — утверждение, которое не требует доказательств своей истинности, больше того — не допускает, чтоб его доказывали (ибо требует прежде всего веры, а ведь в самом желании доказать присутствует сомнение!). На таких догмах, на догматике основаны все религии, все вероисповедания — иначе и быть не может. Худо, когда на догмах строятся теории, пытающиеся объяснить мир с точки зрения разума, когда догматики-ученые, политики-догматики запрещают себе и другим сомневаться, исследовать, снова и снова анализировать когда‑то и кем‑то сделанные выводы.

 

ИМПЕРАТИВ — не просто приказ или требование, но — веление. Слово это очень высокое — в быту или на службе не применяется. Императив человек ощущает всем своим существом, как настоятельный внутренний голос или как властное веление свыше.

 

ПАРАДИГМА — научно выражаясь, это целостная система, законченный комплекс целей, ценностей и ориентиров.

Вспомним молодость и объяснимся попроще: если в девятом классе вашей главной целью в жизни было стать крутым мэном, основной ценностью — авторитет в компании корешей, а ориентиром, примером — вольная жизнь выгнанного уже из третьей школы Сереги из соседнего подъезда, то это можно назвать вашей жизненной парадигмой, в соответствии с которой строилось всё ваше поведение. Но через год в класс пришла новенькая — голубоглазая блондинка и отличница, и, вряд ли того желая, резко изменила вашу жизненную позицию. Теперь целью стало добиться её благосклонности, вашими ценностями — её ценности (ум и спокойное достоинство), а ориентиром — её улыбка. Как жаль, что тогда вы не смогли подойти к ней и не произнесли роскошную фразу: «Света, ты изменила всю мою парадигму!»

 

ГИПОТЕЗА — предположение, а точнее, научное предположение, предположение, возникшее в исследованиях — обоснованное и аргументированное (по мелочам жизни трепать это слово не стоит).

 

СХОЛАСТИКА — не размышления над реальными, жизненными проблемами, а бесплодные умствования по поводу каких-то выдуманных вопросов, бесконечные сложные рассуждения на темы, не имеющие практической ценности.

 

ЭНТРОПИЯ. Закон энтропии — один из самых фундаментальных законов этого мироздания. Гласит он примерно следующее: всякая сложная замкнутая система неустойчива, нестабильна и все время норовит распасться, разложиться на простейшие составляющие элементы. Сложные и постоянные связи между этими отдельными элементами рвутся, и в результате вместо распавшегося порядка получается полнейший и бессмысленный хаос.

Это только на первый взгляд все так сложно. В жизни неумолимое действие этого закона известно каждой домохозяйке, — стоит ей всего на несколько дней пустить все на самотек, как ее семейное гнездышко превращается в явно нежилое помещение с грудами грязной посуды, кучами нестиранного белья, с замурзанными детьми, обнаглевшими тараканами и небритым, голодным мужем.

Пускание всего на самотек, лень, ничегонеделание неизбежно ведут к энтропии. Итак, чтобы не разрушалась наша Вселенная, — все на борьбу с энтропией: давайте мыть посуду, не ломать телефоны-автоматы и класть вещи на свои места!

Бывает, решаешь какую-нибудь сложную и запутанную проблему (научную или жизненную — не имеет значения) — мучаешься, мучаешься, пытаешься разобраться во всех ее хитросплетения, хочешь логически «вычислить» правильное решение — ну, ничего не получается! Наконец, плюнешь, бросишь думать, займешься чем-нибудь попроще, чтобы отвлечься от этих бесплодных размышлений (посуду, к примеру, помоешь)… И вдруг — о, чудо! — правильное решение буквально выскакивает из вас внезапным озарением. Каждый наверняка испытывал нечто подобное, но не всякий знает, что такое неожиданно вспыхнувшее в мозгах озарение называется ИНСАЙТ.

 

ЭТИМОЛОГИЯ — интереснейшая наука о происхождении слов. Этимолог может рассказать, например, о том, что слово «слон» появилось в русском языке по ошибке (от тюркского «арслан» — лев); что такие похожие слова, как «стол» и «стул», «град» (город) и «град» (с неба) не имеют между собой ничего общего, а «конец» и «начало» или «огород» и «гвардия» произошли от одного слова‑предка. Чтение этимологического словаря — увлекательнее детектива.

 

ЕВГЕНИКА. К многочисленным нашим Женям евгеника никакого отношения не имеет. Евгеникой называют стремление улучшить человеческую природу чисто биологическими средствами — «случкой» лучших экземпляров нашей породы и «отбраковкой» тех из нас, которые считаются «неудавшимися».

Люди, увлекающиеся евгеническими идеями приходят в ужас от того, что взаимопомощь, защита слабых в любом человеческом обществе мешают действовать в нем механизму естественного отбора, и что из-за этого человеческая порода может выродиться.

Но в своем стремлении спасти все человечество евгенисты натыкаются на очень непростые вопросы — чем человек отличается от животного, можно ли с людьми обращаться, как с животными, кто и как будет при отборе определять ценность каждого отдельного человека, и в чем заключается вообще ценность человека. На подобные вопросы в состоянии ответить только Творец этого одухотворенного существа, а не сама тварь. Размышлять над всем этим она может, но быть судьей и решать… за Создателя… — не слишком ли самонадеянно?

 

Коммунистический эксперимент

 

     После окончательного разгрома сил «старой» России стало ясно, что Россия «новая» не хочет жить (и не может выжить) в условиях «военного коммунизма». Сил у правящей партии было пока недостаточно, чтобы воевать со всей крестьянской страной, поэтому в начале 1921 года ее съезд принял решение резко изменить экономическую политику – отказаться от попыток немедленно «добить» частное предпринимательство.

     Смысл нового курса партии заключался в том, чтобы выполнить экономические требования крестьянства и одновременно закрепить политическую диктатуру большевиков. Этот курс получил название НЭП («новая экономическая политика»).

     Конец гражданской войны.  Ненавистную крестьянам продразверстку отменили, вместо нее был введен вдвое меньший продналог — сельские хозяева получили право излишки своего урожая свободно продавать (или горожанам на базарах, или государству по ценам чуть ниже рыночных).

     Но одного такого разрешения было недостаточно, чтобы деревня повезла продовольствие в город, – со своим хлебом, мясом, маслом крестьянин поедет туда для того, чтобы обменять их на гвозди и керосин, на ткани и кровельное железо, на посуду и сапоги – на то, что не может сделать собственными руками. Городская же промышленность уже давно и безнадежно стояла…

     Фактически признав, что госпредприятия и госторговля не в состоянии быстро наладить производство и обмен товаров, государство разрешило кустарное производство товаров повседневного спроса и стало отдавать мелкие предприятия, магазины и лавки в частную собственность желающим стать новыми хозяевами. «Частники» и кооператоры взяли в свои руки почти всю розничную торговлю, часть пищевой и легкой промышленности и сумели довольно быстро наладить производство простейших обиходных товаров и восстановить торговлю.

     Этих уступок вполне хватило, чтобы сбить волну массовых крестьянских  восстаний, и гражданская война, наконец, закончилась. Красную Армию демобилизовали и около пяти миллионов солдат вернулось к мирным занятиям.

     С переходом к нэпу партийное руководство перестало поощрять стихийное насилие по отношению к «классовым врагам», обуздав слишком ретивых чекистов и комиссаров, уверенных в своем праве «экспроприировать» любое приглянувшееся им добро и «ставить к стенке» каждого, кто им не нравится. ВЧК преобразовали в более централизованное и дисциплинированное Главное политическое управление (ГПУ); репрессивный аппарат был поставлен под строгий контроль партийных органов. После произвола гражданской войны вновь созданная система «социалистической законности» давала мирным обывателям некоторые гарантии мира и спокойствия.

     «Законность», правда, больше напоминала юридически оформленное беззаконие. Советские суды полностью подчинялись партийной власти, по-прежнему официально были обязаны руководствоваться не столько писаным законом, сколько «революционным правосознанием».

     Восстановление хозяйства. Восстановить торговлю было невозможно без «настоящих» денег. Почти ничего не стоившие «совдензнаки» времен гражданской войны в 1924 году заменили новыми рублями, которые теперь печатались не в таком количестве, «сколько надо» государству, а в соответствии с золотыми запасами страны. Денег стало мало, но зато они вновь стали настоящими деньгами, – за них уже можно было купить необходимые вещи. Прилавки магазинов начали постепенно наполняться товарами.

     «Командные высоты» в экономике – банки, внешняя торговля, транспорт, вся крупная и большая часть средней промышленности – остались в руках государства. Заводы и фабрики объединили в крупные промышленные объединения (тресты), и предоставили им некоторую свободу хозяйственной деятельности – с тем, чтобы они себя окупали и давали прибыль. Руководство трестов получило право увольнять лишний персонал, самостоятельно заключать сделки с поставщиками и покупателями, договариваясь о ценах. На заводах прежняя уравнительность в оплате труда была заменена материальным поощрением рабочих за более интенсивный труд. По сравнению с методами хозяйствования времен «военного коммунизма» это был большой шаг вперед, и промышленность стала подниматься из руин.

     Разрешение частной инициативы и рыночных отношений позволило стране оправиться от чудовищного разорения гражданской войны. Урожай 1925 года превзошел уже довоенный уровень, а два года спустя восстановилось и поголовье скота. Вновь обеспеченные сырьем и получившие хозяйственную свободу, быстро оживились легкая и пищевая промышленность. И хотя в отраслях тяжелой индустрии успехи были скромнее, национальный доход страны к 1928 году сравнялся с довоенным. Выросла производительность труда и зарплата (реальные доходы рабочих при 7-часовом рабочем дне приблизились к дореволюционным).

     В памяти большинства населения годы нэпа остались светлой полосой относительной сытости между голодухой и разором «военного коммунизма» и нелегкими временами коллективизации и индустриализации.

     РКП(б): разочарования, планы и мечты. Героическая вседозволенность классовой войны сменилась компромиссами гражданского мира. Те, кто примкнул к большевикам в годы революции и гражданской войны (а таких среди нескольких сот тысяч членов РКП было подавляющее большинство), были сбиты с толку, деморализованы [в 1925 году среди умерших членов ВКП(б) 14% составляли самоубийцы]. Для них невыносимо было видеть вновь безнаказанно торгующих «спекулянтов», считаться с выгодами или невыгодами «обывателей», «мещан», терпеть советы, а тем более указания «буржуазных спецов». Партийному руководству стоило больших усилий сдерживать тех коммунистов, кто слишком привык устанавливать справедливость при помощи «товарища маузера», кто, не в силах обуздать свои порывы, продолжал «ставить гадов к стенке» [в Сибири еще несколько лет после окончания гражданской войны действовали «красные» банды, организованные теми, кто не смирился с таким «зажимом инициативы»].

     Партийные вожди не уставали разъяснять, что нэп – политика необходимая и неизбежная. Но одновременно они не скрывали, что эта уступка крестьянству – временная, что пролетарская диктатура «прикроет» свободный рынок и частную инициативу, как только сочтет это возможным. Коммунисты, призывала партия, в годы нэпа должны научиться управлять государством и хозяйственной жизнью страны (Ленин сформулировал эту задачу вызывающе-резким лозунгом: «Учиться торговать!»).

     Предполагалось, что государственная промышленность под большевистским руководством вскоре докажет свое преимущество – сможет выпускать товаров больше, дешевле, лучшего качества, чем «частники», выиграет у них в конкурентной борьбе и полностью вытеснит «новую буржуазию» с рынка. Город станет социалистическим и будет в состоянии предложить деревне не только серпы и плуги, но и трактора, комбайны, другие современные сельхозмашины. Применение на полях такой техники сулит невиданный рост производительности сельского труда. Но машинные технологии невозможно внедрить на малых семейных участках, – сама жизнь, реальная выгода побудит крестьян порвать с частнособственническим прошлым и перейти к коллективному ведению хозяйства.

     Считалось, что ускорит осуществление этих социалистических мечтаний долгожданная помощь пролетарских государств Запада, – надежда на «мировую революцию» была сильна по-прежнему.

     А пока, отступив под напором «мелкобуржуазной стихии» и рассчитывая на экономические успехи национализированных предприятий, правящая партия использовала мирную передышку для укрепления своей политической власти.

     Укрепление однопартийной диктатуры. Советы рабочих и крестьянских депутатов сохранились, но самостоятельной роли не играли ни в центре, ни в провинции. «Душой» и организующим костяком нового государства была большевистская партия.  

     Одновременно с переходом к нэпу партийное руководство жестко укрепило дисциплину внутри РКП(б). На протяжении всей гражданской войны ни один серьезный вопрос не решался в правящей партии без ожесточенных споров; те, кто оказывался в меньшинстве, создавали фракции и группы, продолжая отстаивать перед большинством свою правоту. Такое положение дел признали недопустимым, и фракции внутри РКП были запрещены. Меньшинство, в чем-либо не согласное с проводимой политикой, лишалось права эту политику критиковать и обязано было исполнять решения большинства беспрекословно – под угрозой немедленного исключения из партии.

     В первые же мирные годы были добиты остатки всех старых политических партий – в тюрьмы и ссылки пошли последние видные меньшевики и эсеры. Никакой организованной оппозиции коммунистам более не существовало.

Активно подавлялись и центры духовной оппозиции коммунистическому режиму и мировоззрению. [ПОДРОБНЕЕ] Были казнены или отправились в концлагерь многие иерархи православной церкви и рядовые священники. По всей стране закрывались храмы, развернулась широкая и очень агрессивная антирелигиозная пропаганда.

     ГПУ организовало церковный раскол, поддержав группу молодых священников (так называемых «обновленцев»), готовых сотрудничать с коммунистами. Православные священники и верующие, которым казалось кощунственным возносить в храмах молитвы за правителей-атеистов, ушли в подполье. После смерти в 1925 году патриарха Тихона власти запретили выборы нового главы православной церкви. Гонениям, шельмованию подвергались все организованные религиозные общины – христиане, мусульмане, иудеи, буддисты.

     Руководители новой России проявляли подчеркнутую заботу о некоторых наиболее знаменитых ученых-естественниках, но поспешили избавиться от самых известных ученых-гуманитариев. В 1922 году специальным рейсом парохода в изгнание за границу были вывезены 160 крупнейших русских философов, историков, экономистов, социологов, писателей, ректоров университетов – «золотой фонд» российской интеллигенции. Органы политической полиции (ОГПУ) наладили разветвленную систему слежки за оставшимися в России представителями  старых «образованных классов».  Малейшие проявления политической нелояльности к новой власти грозили им отправкой в концлагерь, устроенный на Соловецких островах в стенах бывшего монастыря [это был первый «остров» будущего «архипелага ГУЛАГ»].

     Политическая система коммунистической диктатуры получила в 20-е годы завершенный вид. Партийные ячейки, созданные буквально на каждом предприятии, в каждой городской конторе и при каждом сельсовете, контролировали работу администраторов-управленцев на всех уровнях. Разросшаяся до миллионной численности партия сумела буквально «пронизать» собою все государство и общество.

     Кадры новой советской «элиты» в эти годы бурно росли – сотни тысяч принятых в партию рабочих и крестьян почти сразу же продвигались в аппарат управления. Отсутствие образования и компетентности не мешало карьере (скорее наоборот – «слишком грамотные» вызывали подозрение), и новые «выдвиженцы», благодарные советской власти, становились самыми преданными и ретивыми проводниками политики партии.  

     «Щупальцами в руках партии» (по выражению Сталина) стали многомиллионные профсоюзы и прочие «добровольные общества», контролируемые коммунистами.  Власти стремились вовлечь в них как можно больше людей; от советских граждан требовалась не просто лояльность властям, но активное участие в организуемой и направляемой «сверху» общественной жизни. Тех, кто уклонялся от этого, клеймили позором за  «отсталость», «мещанство», «мелкобуржуазную психологию». Право на участие в выборах стало постепенно перерастать в обязанность – партийные агитаторы, не жалея сил, обеспечивали явку «несознательных» избирателей на собрания. При этом любые попытки самоорганизации «снизу» (например, создания массового крестьянского союза) пресекались в зародыше.

 

     От империи – к СССР. Одним из первых документов большевистского правительства была «Декларация прав народов России», в которой провозглашалось право населявших Российскую империю народов на самоопределение. Тем самым, казалось бы, узаконивался начавшийся сразу после отречения Николая II распад «единой и неделимой» империи. Однако коммунисты вовсе не собирались мириться с потерей Польши, Финляндии, Украины, Прибалтики, Закавказья и Средней Азии – закрепившись у власти в центре, они приступили к поглощению, «советизации» соседних государств.

       Марксистская теория утверждала, что такие понятия, как «национальные интересы», «национальное единство» и т. п. – не более чем обман, к которому прибегает буржуазия, чтобы держать рабочих в повиновении. Вечно дерущиеся из-за прибылей капиталисты – главная причина межнациональной вражды. Поэтому «самоопределяться» должны не нации, а пролетарии, интересы которых во всех странах совпадают и заключаются в том, чтобы избавиться от капиталистов и создать «всемирную республику труда». Таким образом, «пролетарским» вариантом самоопределения может быть только соединение с другими «пролетарскими» государствами, тогда как отстаивать национальную независимость может только буржуазия.

     В соответствии с этой логикой,  вооруженное вторжение Красной армии на территорию любой страны являлось не агрессией, а проявлением «пролетарской солидарности».

     Официально признав независимость бывших частей Российской империи, большевики не отказались от тайной подготовки вооруженных восстаний против их новых национальных правительств. При первых же успехах мятежников на помощь им приходила Красная армия. Таким образом удалось вновь присоединить Украину, Азербайджан, Армению, Грузию. С независимостью Эстонии, Латвии и Литвы советскому правительству пришлось смириться под давлением Антанты. Сохранила свою независимость и Финляндия – мятеж, поднятый в 1918 году финской «красной гвардией», только что сформированное правительство страны быстро и жестоко подавило при поддержке германских войск.  

     В декабре 1922 года советские республики, созданные на территории бывшей Российской империи (РСФСР, Украина, Белоруссия и Закавказская федерация) были объединены в Союз Советских Социалистических Республик (СССР). В 20-е годы на среднеазиатских территориях РСФСР были образованы новые союзные республики – Узбекистан, Туркмения и Таджикистан, а место Закавказской федерации заняли Азербайджан, Армения и Грузия.

     В конституции СССР было записано, что каждая из союзных республик вступает в Союз добровольно и сохраняет свой суверенитет, включая право выхода из единого государства. Вместо дореволюционной политики русификации в республиках стали на первых порах всячески поощрять национальную культуру и языки, привлекать к управлению национальные кадры (одновременно при этом «выкорчевывая» исторически сложившуюся национальную интеллигенцию, как носительницу «буржуазных» или «феодальных» традиций).

     При абсолютной власти единой для всех коммунистической партии национальная независимость советских республик была чисто декоративной.  

      Считалось, что в состав СССР в будущем должны войти новые республики, а после победы мировой революции в этом Союзе объединятся народы всей Земли. Эта идея была заложена в государственный гербе СССР – земной шар с серпом и молотом и девиз: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»

     В календарях 20-х годов 7 ноября обозначалось как «День начала всемирной революции».

     Штаб мировой революции. Созданный в 1919 году Коммунистический Интернационал за несколько лет превратился в широкую и разветвленную организацию. Компартии появились в десятках стран на всех континентах.  

     Коммунистические партии создавались не для победы на выборах, а для вооруженного захвата власти. Поэтому их главными врагами были не «буржуазные» партии, а социал-демократы, стремившиеся ввести «классовую борьбу» рабочих в мирные, законные рамки. Коммунисты должны были действовать противоположным образом – не сглаживать, а всячески обострять конфликты, разжигать недовольство масс и готовить их к вооруженной борьбе. Одним из условий приема в Коминтерн была железная внутрипартийная дисциплина; партия, называющая себя коммунистической, не должна была терпеть никаких разногласий, сомнений и колебаний в своих рядах.

     РКП(б) формально была лишь одним из равноправных членов Коминтерна, по сути же все важнейшие решения всемирного коммунистического движения принимались в Кремле – большевистское руководство снабжало компартии немалыми деньгами и опытными кадрами. В СССР обучались иностранные партработники, которые затем направлялись на нелегальную работу в те страны, где, по мнению Коминтерна, в них была особая нужда (немец мог оказаться под чужой фамилией в Китае, болгарин – в Германии, американец – в Бразилии и т. д.).

     Агентурную сеть Коминтерна с самого начала активно использовала советская внешняя разведка, так что часто трудно было различить, где кончается революционное подполье, и начинается шпионская сеть. Шпионаж в пользу СССР иностранные коммунисты воспринимали не как измену своей родине, а как благородное дело помощи «первому в мире государству рабочих и крестьян», как свой вклад в создание будущей «Всемирной Республики Советов» [фото].

     В Европе державы-победительницы, заключая договоры с новыми восточноевропейскими государствами, создавали тем самым вокруг границ СССР «санитарный кордон» против проникновения на Запад «большевистской заразы» (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва, Польша, Чехословакия, Венгрия, Румыния, Болгария, Югославия). Прорвать этот «санитарный кордон» СССР пытался с помощью Коминтерна.

     В 1923 году в разгар экономического кризиса в Германии была сделана попытка поднять на восстание немецких рабочих. На нелегальную работу в германскую компартию командировали опытных организаторов из России, через советское посольство (постпредство) в Берлине закупалось оружие для коммунистических боевиков. Однако средства, потраченные на германскую революцию, пропали даром – баррикадные бои в Руре, Саксонии и в Гамбурге закончились поражением коммунистических отрядов.

     Неудачно закончилась и коминтерновская попытка прорвать «санитарный кордон» в Болгарии – поднятое там в том же 1923 году восстание было подавлено.

     Одновременно большое внимание в 20-е годы Коминтерн уделял «южному» и «восточному» направлению, стремясь «разбудить Азию». Считалось, что народы колоний и полуколоний – естественные союзники коммунистического движения в борьбе с «империалистическими» великими державами. Возникла даже идея, что «отсталые» народы, если им помогут коммунисты индустриальных стран, шагнут в социализм непосредственно из феодализма. «Нелегалы» Коминтерна появились на Ближнем Востоке, в Иране, Афганистане, Индии.

     Особые надежды связывали с Китаем, охваченным гражданской войной. В националистическую армию генерала Чан Кайши было направлено несколько тысяч военных советников, а китайская компартия стала союзницей генерала. Чан Кайши разбил соперников в кровопролитных боях и подчинил своему контролю почти всю страну, – но тут до него дошла достоверная информация, что его коммунистические союзники намерены в ближайшее время от него избавиться. Реакция генерала была мгновенной – в резне 1927 года с коммунистами расправились быстро и жестоко. Остатки коммунистических отрядов были блокированы в горных районах, где с трудом отражали натиск националистов (помощь Чан Кайши стали оказывать уже западные державы).

     Все попытки разжечь пожар мировой социалистической революции в 20-е годы ни к чему не привели. В создании нового общества коммунистам СССР можно было рассчитывать только на себя. А внутри страны накапливались нелегкие, трудноразрешимые проблемы…

     Противоречия НЭПа. Нэповскую «смешанную экономику», в которой централизованный государственный сектор возвышался в рыночном море мелких частных хозяйств (крестьян, ремесленников, торговцев), с самого начала постоянно лихорадило.   

     Государственная промышленность в условиях рыночной конкуренции оказалась малоэффективной. Надежды на ее победу в экономическом соревновании с частным сектором не оправдывались – везде, где существовала хоть какая-то конкуренция, «частник» побеждал. Как ни парадоксально это выглядело для партийных теоретиков, изделия мелких кустарных мастерских оказывались на рынке привлекательнее, чем продукция трестов. Неповоротливая госпромышленность никак не могла приноровиться к рыночному спросу: многих товаров первой необходимости остро не хватало, другие годами пылились на полках. Управляемые не хозяевами, кровно заинтересованными в доходах,  а чиновниками, тресты вязли в бесчисленных инструкциях, согласованиях, бесконечных отчетах, и наплодили поэтому огромную армию управленцев-бюрократов – их численность к концу 20-х годов почти сравнялась с количеством фабрично-заводских рабочих. «Совслужащие» вполне освоили худшие традиции российского чиновничества – волокиту, взяточничество, казнокрадство. Прибыльность промышленности и транспорта в целом оставалась вдвое ниже довоенной.

     Но в условиях «диктатуры пролетариата» не могло развернуться и частное производство.

     Серьезные предприниматели (которых с полным основанием можно было называть капиталистами) сбежали из страны почти сразу же после установления советской власти. Новое же поколение «деловых людей», выдвинувшееся с началом нэпа  не имело ни опыта, ни квалификации своих предшественников. При этом они находились под контролем власти, которая поставила перед собой задачу создать общество без частной собственности, без торговли, без денег…

     Перед этой властью человек, решивший начать свое «дело», был беззащитен. Формально законы признавали частную собственность и права личности, но сам народный комиссар юстиции открыто заявлял на партийном съезде, что законы в пролетарском государстве есть «хорошие» и «плохие» и что «хорошие» исполнять надо, а «плохие» – необязательно. Многочисленные случаи самоуправства коммунистов по отношению к «чуждым элементам», как правило, оставались безнаказанными (а наиболее жестокие «борцы» после символических наказаний оказывались в штате ГПУ…).

     «Частника» давили и вполне законными способами.

     Закон жестко ограничивал число работников, которых мог нанять частный предприниматель; прогрессивный налог на его предприятие с ростом доходов повышался так круто, что делал невыгодным расширение дела. В деревне богатеющим крестьянам ограничивали возможности арендовать землю в дополнение к выделенным им наделам. Каждый, кто использовал в своем производстве наемный труд, символически как бы исключался из общества – он лишался не только избирательных прав (в условиях диктатуры это не имело практического значения), но и в повседневной жизни становился человеком «второго сорта». Детям такого человека («лишенца») были перекрыты все пути к образованию и государственной службе.

     Правящая партия называла нэп вынужденным и временным своим отступлением, – в воздухе висело ощущение недолговечности, зыбкости этой «передышки» на пути в неизвестное будущее. Полновластные большевики были убеждены, что новое наступление обязательно будет, и спорили только о его сроках.

     В этих условиях, при такой власти ни о каком серьезном развороте дела в частном секторе не могло быть и речи – повсеместной была тактика: урвать побыстрее куш и «прикрыть лавочку» (средний срок существования частной фирмы в годы НЭПа не превышал трех месяцев).

     Вкладывать капиталы в развитие производства было невыгодно и опасно. Именно этим во многом объяснялась разница в поведении, образе жизни европейского скопидома-буржуа, каждую лишнюю копейку несущего в дело, и разгульного, жуликоватого советского «нэпмана», транжирившего свои деньги в дорогих ресторанах и игорных домах так, как будто он живет последний день.

     Были попытки привлечь в Россию иностранные инвестиции, но среди западных компаний нашлось мало желающих вкладывать свои деньги в такой стране, где правящая партия провозгласила борьбу с мировым капиталом.

     В нэповской деревне сохранились, и даже обострились, многие старые проблемы. Отсутствие частной собственности на землю, последовательная «антикулацкая» политика властей, постоянные переделы земли «по справедливости», невозможность по доступным ценам купить сельскохозяйственный инвентарь – все это отнюдь не способствовало повышению производительности сельского хозяйства. Поэтому земельный голод в 20-е годы не стал слабее, хотя все помещичьи угодья перешли крестьянам.  При этом найти приработок крестьянам стало труднее, чем до революции: немногие решались теперь нанимать работников, не желая попадать из-за этого под суровые законы против «эксплуататоров».

     Главной статьей государственных доходов был сельскохозяйственный налог [c 1924 года его стали взимать не продуктами, а деньгами], который с крестьян взимали гораздо более строго, чем в дореволюционные времена (у неплательщиков описывали и конфисковали имущество, чего «при царе» никогда не делали). Правительство, однако, стремилось получить от деревни не только рублевые, но и валютные доходы, источником которых мог бы стать (как это было до революции) хлебный экспорт. Но купить у крестьян требуемое количество хлеба по приемлемым для себя ценам государственные заготовители никак не могли – даже после того, как в 1926 году запретили оптовую скупку зерна конкурентам-«частникам». Вместо того, чтобы продавать хлеб по назначенным государством ценам, крестьяне просто оставляли его для собственных надобностей.

     Тогдашние экономисты подсчитали, что к 1927 году деревенские запасы хлеба почти в восемьдесят раз превышали то, что государственным заготовителям удалось наскрести для экспорта. Предложение промышленных товаров было слишком скудным, чтобы соблазнить крестьян и «выманить» этот хлеб на рынок. То, что удавалось дореволюционным капиталистам, оказалось непосильно для государства. Свободный и взаимовыгодный обмен между городом и деревней  не получался.

     Экономические итоги НЭПа. Высокие темпы промышленного роста в первые годы нэпа объяснялись тем, что шло восстановление дореволюционного производства: возобновлялась работа на остановившихся во время войны заводах, фабриках, шахтах, мастерских, вновь запускались в дело старые станки и оборудование, ремонтировались паровозы и вагоны, налаживались прежние производственные и торговые связи. После того, как были освоены все производственные мощности, созданные еще до революции, хозяйство новой России могло расширяться и развиваться уже только за счет своей собственной прибыли, собственных накоплений. Однако доходов восстановленной промышленности не хватало даже на то, чтобы заменять быстро стареющее, вконец изношенное оборудование. Немного давало казне и сверхвысокое налоговое обложение существующего «на птичьих правах» частного сектора. Крестьянские же хозяйства стали в целом еще более «натуральными», чем до революции, и свою продукцию в основном потребляли сами.

     Таким образом, экономическим результатом нэпа стало быстрое восстановление хозяйства и жизненного уровня населения при отсутствии серьезных накоплений для дальнейшего развития производства.

     Международная помощь российским коммунистам не пришла ни с Запада, ни с Востока.

Что делать? Куда вести страну дальше? – эти вопросы решались в высшем руководстве правящей партии.

     Внутрипартийная борьба.  С самого зарождения большевизма и до 1922 года партийный курс определял единственный безусловный и безоговорочный лидер – Ленин. У него не было соперников в руководстве партией, на его авторитете, на вере в него рядовых коммунистов во многом держалось единство партии на самых крутых поворотах событий. Обладая огромным даром убеждения, он почти всегда мог склонить на свою сторону большинство делегатов партийных съездов и добиться от них принятия таких решений, которые он считал единственно правильными. Но весной 1922 года резкое обострение болезни превратило его в беспомощного инвалида – врачи предрекали близкий конец. В Центральном комитете началась закулисная, но ожесточенная борьба за власть. В редкие моменты улучшений Ленин пытался предотвратить распад коллектива своих давних соратников, но предостережения умирающего вождя в расчет уже не принимались.

     Вечером 21 января 1924 года Ленин умер. Его забальзамированное тело было помещено в специальный мавзолей на Красной площади для всеобщего поклонения, а Петроград был переименован в Ленинград.

     В ожесточенной борьбе за власть сцепились несколько наиболее влиятельных большевистских лидеров, членов Политбюро ЦК. За спиной каждого из них стояли группы их сторонников – партийные, хозяйственные, военные, коминтерновские руководители различных рангов. Это была борьба за власть практически в чистом виде – почти все конкуренты (кроме Троцкого) готовы были легко менять свои взгляды в зависимости от ситуации в кремлевских интригах.

     Участники этой борьбы иногда заключали временные союзы, чтобы совместными усилиями «утопить» наиболее опасного конкурента, затем бывшие союзники начинали бороться друг с другом, блокируясь со вчерашними противниками и т. д. (сначала Зиновьев, Каменев и Сталин вместе обрушились на Троцкого, потом Сталин и Бухарин добились снятия со всех постов Зиновьева и Каменева, а затем добились осуждения взглядов и действий объединенного блока этих трех в недавнем прошлом высших руководителей партии, а позже был оттеснен от власти и Бухарин).

     Победу в этой сложной и ожесточенной борьбе за власть одержал генеральный секретарь ЦК РКП(б) И. В. Сталин (Иосиф Джугашвили).

     Пост генерального секретаря ЦК партии среди большевистских вождей поначалу считался непрестижным (проверка деятельности низовых организаций, перемещения партработников с одного места на другое, повышение или понижение их в должности и т. д.) – работа кабинетная, «бумажная», невидная, на которой трудно «блеснуть». Сталин получил эту должность (в 1922 году)  потому, что поначалу не считался серьезным конкурентом, самостоятельной фигурой в руководстве.

     Менее других образованный, с трудом говоривший по-русски, блекло и невыразительно пишущий, никогда не выдвигавший своих собственных идей, чаще всего предпочитавший оставаться в тени и голосовать вместе с большинством – он явно, казалось, проигрывал на фоне таких блестящих ораторов и публицистов, «генераторов идей», как Бухарин или герой революции и войны Троцкий, он никогда не пользовался таким уважением в партии, как Каменев, и  не был многолетним личным другом Ленина, как Зиновьев. Наголову превосходил своих соперников Сталин в одном – в жажде власти и умении властвовать.

     Сталин первым понял, что во внутрипартийной борьбе победит не тот, кто способен увлечь за собой массы, а тот, кто постепенно и методично сумеет внедрить «своих» людей в руководство местных парторганизаций и дать им почувствовать, что их карьера напрямую зависит от возвышения их покровителя. Он понял, что решения партийных съездов будут зависеть не от ярких выступлений вождей, не от убедительности их аргументов, а от того, как будут подобраны делегации, каких делегатов проведут на съезд губернские партийные комитеты. И, наконец, он понял, что неважно, как голосуют – важно, кто подсчитывает голоса.

     Все партийные комитеты обязаны были выполнять решения ЦК (коллективного органа руководства партии), но судьба и карьера каждого из партработников в отдельности (куда пошлют, на какую должность выдвинут) зависела от Секретариата и, в конечном итоге, от мнения генерального секретаря. Не деловые качества, не поддержка рядовых партийцев, а только личная преданность Сталину становилась гарантией продвижения по партийной лестнице.

     Для того, чтобы еще больше усилить роль партийного управленческого аппарата и подорвать влияние авторитета прежних вождей, в партию стали ускоренно приниматься сотни тысяч новых членов. За несколько лет численный состав РКП(б) разбух более чем в два раза, превысив миллион человек, но при этом снизился культурный и образовательный уровень партийных рядов: среди членов РКП(б) лишь 1% когда-то учился в высших учебных заведениях, 90% партийцев имели лишь начальное образование или не имели никакого. Эта малограмотная масса была гораздо более управляемой, послушной и доверчивой, чем партийные ветераны так называемой «ленинской гвардии».

     Силу партийного аппарата и его руководителя остальные лидеры оценили лишь тогда, когда он окончательно «перекрыл им кислород», разорвав их связи с парторганизациями, когда они начали систематически подвергаться грубым нападкам в печати, а голосования против них на партийных съездах становились все более единодушными. Они пытались сплотить группы своих сторонников в разных городах, но их обвинили в создании «параллельной» партии и в 1927 году исключили из ВКП(б). В начале 1928 года Сталину удалось избавиться от своего самого непримиримого врага – Троцкого: вместе с группой своих сторонников тот был отправлен в ссылку, а вскоре и вообще выдворен из СССР. Соперники были повержены – во главе партии безраздельно утвердился Иосиф Джугашвили (партийные псевдонимы – Коба, Сталин).

     Выбор пути. Можно было пытаться продолжать «новую экономическую политику». Это значило сохранять и поддерживать в стране более или менее спокойную обстановку гражданского мира, продолжать «учиться торговать» и производить, учитывать интересы всех групп населения, искать и находить приемлемые для всех компромиссы. Большевистская партия меньше всего была приспособлена для подобной роли, – возможную эволюцию такого рода в среде коммунистов принято было презрительно и опасливо называть «буржуазным перерождением». Продолжение рыночного хозяйствования при политическом господстве компартии обрекало страну на экономическую отсталость (западные страны-соперницы в 20-е годы в условиях свободного рынка не только восстановили и превысили уровень довоенного производства, но и почти полностью обновили свой парк машин и оборудования). С другой стороны, к концу 20-х годов стало очевидно, что задуманного «социализма» из плохо работающего государственного сектора промышленности не получится.

     Но можно было использовать мощную инерцию старых социалистических лозунгов, не умершую еще в обществе социалистическую мечту для того, чтобы решиться на новый общественный переворот и создать принципиально новый общественный строй – без рынка, почти без торговли, без свободы, с беспрекословным повиновением населения абсолютной власти государства. Такой строй предоставил бы все силы и ресурсы общества в бесконтрольное распоряжение политического руководства и мог превратить страну, несмотря на ее общую экономическую и культурную отсталость, в мощную великую державу.

     Этот путь и был избран обновленным партийным руководством и на несколько десятилетий определил судьбу страны.

     Ситуация в СССР в конце 20-х годов. При планировании общественного переворота сталинцы очень умело использовали социальное напряжение, нараставшее при нэпе и в деревне, и в городе.

     Крестьянство осуществило свою вековую мечту и получило в свое распоряжение всю землю. Землю разделили «по справедливости» («по едокам»), но уже через несколько лет опять появились «бедняцкие» дворы, которым снова не хватало земли для прокормления.

     Выраставшие крестьянские дети создавали свои семьи, отделялись от родителей и, начиная собственное хозяйство, дробили отцовские  наделы. Богатеть крестьянскому двору в нэповской деревне (сверх определенного властью «потолка») было невыгодно – объявят «кулацким», обложат дополнительным налогом, а потому темпы дробления больших семей и их хозяйств вдвое превышали дореволюционные.

     В результате к концу 20-х годов уже у каждой третьей крестьянской семьи земли оказалось настолько мало, что им даже стало невыгодным держать лошадь – она съедала больше, чем могла наработать.

     Все более зажиточными становились крупные семьи, с большим числом земельных паев и рабочих рук, а малые все больше скатывались в бедность (копя ненависть к более благополучным соседям).

     Решившиеся на переезд в город попадали там также в трудное положение – предприятиям, работавшим в жестких условиях рынка, требовались только квалифицированные кадры, а не чернорабочие, и найти работу вчерашним земледельцам было очень трудно; низкие прибыли городской промышленности не позволяли расширять производство и создавать новые рабочие места (безработные составляли 12% трудоспособного населения городов).

     Горожан становилось все больше, а у малодоходных госпредприятий не было средств для строительства нового жилья. Жилищный кризис и безработица, с одной стороны, и картины судорожного прожигания «горячих» денег нэпманами – с другой, сгущали в городе атмосферу недовольства и ненависти, рождали призывы к властям навести «революционный порядок».

     Этим, теряющим под ногами привычную почву, людям снова был предложен «быстрый и простой» – силовой – способ решения всех проблем.

     К 1928 году Сталин тщательно подобрал, воспитал и испытал в деле «своих» людей, расставил их у всех рычагов власти и через них уверенно контролировал партию, правительство, армию, карательные органы. Как только его конкуренты во внутрипартийной борьбе оказались повержены, новый вождь единоличным решением неожиданно и круто развернул политический и экономический курс – с гражданским миром в стране было покончено.

     Большинство членов партии и «сочувствующих» были уверены, что в СССР началось долгожданное наступление социализма.

Читать дальше:

Что люди думали   РазговоР