ИСТОРИЯ - ЭТО ТО, ЧТО НА САМОМ ДЕЛЕ БЫЛО

 

                         - Не знаю, как тебя зовут,
                         Где ты живешь, не ведаю.
                         - Живу везде - и там и тут,
                         За угольщиком следую!

                         - Вот эти нивы и леса
                         И все, чего попросишь ты,
                         Я дам тебе, моя краса,
                         Коль угольщика бросишь ты!

                         Одену в шелк тебя, мой друг.
                         Зачем отрепья носишь ты?
                         Я дам тебе коней и слуг,
                         Коль угольщика бросишь ты!

                         - Хоть горы золота мне дай
                         И жемчуга отборного,
                         Но не уйду я - так и знай! -
                         От угольщика черного.

                         Мы днем развозим уголек.
                         Зато порой ночною
                         Я заберусь в свой уголок.
                         Мой угольщик - со мною.

                         У нас любовь - любви цена.
                         А дом наш - мир просторный.
                         И платит верностью сполна
                         Мне угольщик мой черный!

 

25 января — национальный праздник в Шотландии, отмечаемый торжественным обедом. Торжественно подается на подносе главное блюдо — пудинг Хаггис, еда бедняков — баранья требуха, запеченая в бараньем желудке. 25 января — день рождения Роберта Бернса

 

ОДА ХАГГИСУ

                       В тебе я славлю командира
                       Всех пудингов горячих мира, -
                       Могучий Хаггис, полный жира
                          И требухи.
                       Строчу, пока мне служит лира,
                          Тебе стихи.

                       Дородный, плотный, крутобокий,
                       Ты высишься, как холм далекий,
                       А под тобой поднос широкий
                          Чуть не трещит.
                       Но как твои ласкают соки
                          Наш аппетит!

                       С полей вернувшись, землеробы,
                       Сойдясь вокруг твоей особы,
                       Тебя проворно режут, чтобы
                          Весь жар и пыл
                       Твоей дымящейся утробы
                          На миг не стыл.

                       Теперь доносится до слуха
                       Стук ложек, звякающих глухо.
                       Когда ж плотнее станет брюхо,
                           Чем барабан,
                       Старик, молясь, гудит, как муха,
                          От пищи пьян.

                       Кто обожает стол французский -
                       Рагу и всякие закуски
                       (Хотя от этакой нагрузки
                          И свиньям вред),
                       С презреньем щурит глаз свой узкий
                          На наш обед.

                       Но - бедный шут! - от пищи жалкой
                       Его нога не толще палки,
                       А вместо мускулов - мочалки,
                          Кулак - орех.
                       В бою, в горячей перепалке
                          Он сзади всех.

                       А тот, кому ты служишь пищей,
                       Согнет подкову в кулачище.
                       Когда ж в такой руке засвищет
                          Стальной клинок, -
                       Врага уносят на кладбище
                          Без рук, без ног.

                       Молю я Промысел небесный:
                       И в будний день, и в день воскресный
                       Нам не давай похлебки пресной,
                          Яви нам благость
                       И ниспошли родной, чудесный,
                          Горячий Хаггис!

 

 

ЧЕСТНАЯ БЕДНОСТЬ

                         Кто честной бедности своей
                         Стыдится и все прочее,
                         Тот самый жалкий из людей,
                         Трусливый раб и прочее.

                            При всем при том,
                             При всем при том,
                             Пускай бедны мы с вами,
                             Богатство -
                             Штамп на золотом,
                             А золотой -
                             Мы сами!

                         Мы хлеб едим и воду пьем,
                         Мы укрываемся тряпьем
                         И все такое прочее,
                         А между тем дурак и плут
                         Одеты в шелк и вина пьют
                         И все такое прочее.

                             При всем при том,
                             При всем при том,
                             Судите не по платью.
                             Кто честным кормится трудом,
                             Таких зову я знатью,

                         Вот этот шут - природный лорд.
                         Ему должны мы кланяться.
                         Но пусть он чопорен и горд,
                         Бревно бревном останется!

                             При всем при том,
                             При всем при том,
                             Хоть весь он в позументах, -
                             Бревно останется бревном
                             И в орденах, и в лентах!

                         Король лакея своего
                         Назначит генералом,
                         Но он не может никого
                         Назначить честным малым.

                             При всем при том,
                             При всем при том,
                             Награды, лесть
                             И прочее
                             Не заменяют
                             Ум и честь
                             И все такое прочее!

                         Настанет день и час пробьет,
                         Когда уму и чести
                         На всей земле придет черед
                         Стоять на первом месте.

                             При всем при том,
                             При всем при том,
                             Могу вам предсказать я,
                             Что будет день,
                             Когда кругом
                             Все люди станут братья!


ДЖОН ЯЧМЕННОЕ ЗЕРНО
                         Трех королей разгневал он,
                         И было решено,
                         Что навсегда погибнет Джон
                         Ячменное Зерно.

                         Велели выкопать сохой
                         Могилу короли,
                         Чтоб славный Джон, боец лихой,
                         Не вышел из земли.

                         Травой покрылся горный склон,
                         В ручьях воды полно,
                         А из земли выходит Джон
                         Ячменное Зерно.

                         Все так же буен и упрям,
                         С пригорка в летний зной
                         Грозит он копьями врагам,
                         Качая головой.

                         Но осень трезвая идет.
                         И, тяжко нагружен,
                         Поник под бременем забот,
                         Согнулся старый Джон.

                         Настало время помирать -
                         Зима недалека.
                         И тут-то недруги опять
                         Взялись за старика.

                         Его свалил горбатый нож
                         Одним ударом с ног,
                         И, как бродягу на правеж,
                         Везут его на ток.

                         Дубасить Джона принялись
                         Злодеи поутру.
                         Потом, подбрасывая ввысь,
                         Кружили на ветру.

                         Он был в колодец погружен,
                         На сумрачное дно.
                         Но и в воде не тонет Джон
                         Ячменное Зерно.

                         Не пощадив его костей,
                         Швырнули их в костер,
                         А сердце мельник меж камней
                         Безжалостно растер.

                         Бушует кровь его в котле,
                         Под обручем бурлит,
                         Вскипает в кружках на столе
                         И души веселит.

                         Недаром был покойный Джон
                         При жизни молодец, -
                         Отвагу подымает он
                         Со дна людских сердец.

                         Он гонит вон из головы
                         Докучный рой забот.
                         За кружкой сердце у вдовы
                         От радости поет...

                         Так пусть же до конца времен
                         Не высыхает дно
                         В бочонке, где клокочет Джон
                         Ячменное Зерно!


СТАРАЯ ДРУЖБА

                          Забыть ли старую любовь
                          И не грустить о ней?
                          Забыть ли старую любовь
                          И дружбу прежних дней?

                             За дружбу старую -
                             До дна!
                             За счастье прежних дней!
                             С тобой мы выпьем, старина,
                             За счастье прежних дней.

                          Побольше кружки приготовь
                          И доверху налей.
                          Мы пьем за старую любовь,
                          За дружбу прежних дней.

                             За дружбу старую -
                             До дна!
                             За счастье юных дней!
                             По кружке старого вина -
                             За счастье юных дней.

                          С тобой топтали мы вдвоем
                          Траву родных полей,
                          Но не один крутой подъем
                          Мы взяли с юных дней.

                             Переплывали мы не раз
                             С тобой через ручей.
                             Но море разделило нас,
                             Товарищ юных дней...

                          И вот с тобой сошлись мы вновь.
                          Твоя рука - в моей.
                          Я пью за старую любовь,
                          За дружбу прежних дней!

                             За дружбу старую -
                             До дна!
                             За счастье прежних дней!
                             С тобой мы выпьем, старина,
                             За счастье прежних дней.


ФИНДЛЕЙ
                     - Кто там стучится в поздний час?
                     "Конечно, я - Финддей!"
                     - Ступай домой. Все спят у нас!
                     "Не все!" - сказал Финдлей.

                     - Как ты прийти ко мне посмел?
                     "Посмел!" - сказал Финдлей.
                     - Небось наделаешь ты дел...
                     "Могу!" - сказал Финдлей.

                     - Тебе калитку отвори...
                     "А ну!" - сказал Финдлей.
                     - Ты спать не дашь мне до зари!
                     "Не дам!" - сказал Финдлей.

                     - Попробуй в дом тебя впустить...
                     "Впусти!" - сказал Финдлей.
                     - Всю ночь ты можешь прогостить.
                     "Всю ночь!" - сказал Финдлей.

                     - С тобою ночь одну побудь...
                     "Побудь!" - сказал Финдлей.
                     - Ко мне опять найдешь ты путь.
                     "Найду!" - сказал Финдлей.

                     - О том, что буду я с тобой...
                     "Со мной!" - сказал Финдлей.
                     - Молчи до крышки гробовой!
                     "Идет!" - сказал Финдлей.


ШЕЙЛА О`НИЛ

                      Когда волочиться я начал за нею,
                      Немало я ласковых слов говорил.
                      Но более всех
                      Имели успех
                      Слова: "Мы поженимся, Шейла О'Нил!"

                      Дождался я брака.
                      Но скоро, однако,
                      Лишился покоя, остался без сил.
                      От ведьмы проклятой
                      Ушел я в солдаты,
                      Оставив на родине Шейлу О'Нил.

                      Решился я вскоре
                      Бежать через море,
                      С колонной пруссаков в атаку ходил
                      Навстречу снарядам,
                      Ложившимся рядом
                      С шипеньем и свистом, как Шейла О'Нил!

                      У Фридриха в войске
                      Я дрался геройски,
                      Штыка не боялся и с пулей дружил.
                      Нет в мире кинжала
                      Острее, чем жало
                      Безжалостной женщины - Шейлы О'Нил!


ПЕСНЯ
 
                   Ты свистни - тебя не заставлю я ждать,
                   Ты свистни - тебя не заставлю я ждать.
                   Пусть будут браниться отец мой и мать,
                   Ты свистни - тебя не заставлю я ждать!

                   Но в оба гляди, пробираясь ко мне.
                   Найди ты лазейку в садовой стене,
                   Найди три ступеньки в саду при луне.
                   Иди, но как будто идешь не ко мне,
                   Иди, будто вовсе идешь не ко мне.

                   А если мы встретимся в церкви, смотри:
                   С подругой моей, не со мной говори,
                   Украдкой мне ласковый взгляд подари,
                   А больше - смотри! - на меня не смотри,
                   А больше - смотри! - на меня не смотри!

                   Другим говори, нашу тайну храня,
                   Что нет тебе дела совсем до меня.
                   Но, даже шутя, берегись, как огня,
                   Чтоб кто-то не отнял тебя у меня,
                   И вправду не отнял тебя у меня!

                   Ты свистни - тебя не заставлю я ждать,
                   Ты свистни - тебя не заставлю я ждать.
                   Пусть будут браниться отец мой и мать,
                   Ты свистни - тебя не заставлю я ждать!


НОЧЛЕГ В ПУТИ

                        Меня в горах застигла тьма,
                        Январский ветер, колкий снег.
                        Закрылись наглухо дома,
                        И я не мог найти ночлег.

                        По счастью, девушка одна
                        Со мною встретилась в пути,
                        И предложила мне она
                        В ее укромный дом войти.

                        Я низко поклонился ей -
                        Той, что спасла меня в метель,
                        Учтиво поклонился ей
                        И попросил постлать постель.

                        Она тончайшим полотном
                        Застлала скромную кровать
                        И, угостив меня вином,
                        Мне пожелала сладко спать.

                        Расстаться с ней мне было жаль,
                        И, чтобы ей не дать уйти,
                        Спросил я девушку: - Нельзя ль
                        Еще подушку принести?

                        Она подушку принесла
                        Под изголовие мое.
                        И так мила она была,
                        Что крепко обнял я ее.

                        В ее щеках зарделась кровь,
                        Два ярких вспыхнули огня.
                        - Коль есть у вас ко мне любовь,
                        Оставьте девушкой меня!

                        Был мягок шелк ее волос
                        И завивался, точно хмель.
                        Она была душистей роз,
                        Та, что постлала мне постель.

                        А грудь ее была кругла, -
                        Казалось, ранняя зима
                        Своим дыханьем намела
                        Два этих маленьких холма.

                        Я целовал ее в уста -
                        Ту, что постлала мне постель,
                        И вся она была чиста,
                        Как эта горная метель.

                        Она не спорила со мной,
                        Не открывала милых глаз.
                        И между мною и стеной
                        Она уснула в поздний час.

                        Проснувшись в первом свете дня,
                        В подругу я влюбился вновь.
                        - Ах, погубили вы меня! -
                        Сказала мне моя любовь.

                        Целуя веки влажных глаз
                        И локон, вьющийся, как хмель,
                        Сказал я: - Много, много раз
                        Ты будешь мне стелить постель!

                        Потом иглу взяла она
                        И села шить рубашку мне,
                        Январским утром у окна
                        Она рубашку шила мне...

                        Мелькают дни, идут года,
                        Цветы цветут, метет метель,
                        Но не забуду никогда
                        Той, что постлала мне постель!



ПРО КОГО-ТО

                          Моей душе покоя нет.
                          Весь день я жду кого-то.
                          Без сна встречаю я рассвет -
                          И все из-за кого-то.

                          Со мною нет кого-то.
                          Ах, где найти кого-то!
                          Могу весь мир я обойти,
                          Чтобы найти кого-то.

                          О вы, хранящие любовь
                          Неведомые силы,
                          Пусть невредим вернется вновь
                          Ко мне мой кто-то милый.

                          Но нет со мной кого-то.
                          Мне грустно отчего-то.
                          Клянусь, я все бы отдала
                          На свете для кого-то!


***
                         Ты не там спала, где надо,
                         Ты спала не там.
                         Ты постель свою делила
                         С кем-то пополам.

                         С лица румянец твой сошел
                         От той бессонной ночи.
                         И платья твоего подол
                         Как будто стал короче.

                         Попала девушка впросак.
                         Тебе придется тяжко.
                         От всякой снеди натощак
                         Мутит тебя, бедняжка.

                         Под небом ночь ты провела.
                         Ты пела и плясала.
                         Но, видно, жадная пчела
                         Девчонку искусала.

                         Ты не там спала, девчонка,
                         Ты спала не там,
                         Ты постель свою делила
                         С кем-то пополам.

 

***

                    В полях, под снегом и дождём,

                    Мой милый друг,

                    Мой бедный друг,

                   Тебя укрыл бы я плащом

                   От зимних вьюг,

                   От зимних вьюг.

                    А если мука суждена

                   Тебе судьбой,

                   Тебе судьбой,

                   Готов я скорбь твою до дна

                   Делить с тобой,

                   Делить с тобой.

                   Пускай сойду я в мрачный дол,

                   Где ночь кругом,

                   Где тьма кругом,

                   Во тьме я солнце бы нашёл

                   С тобой вдвоём,

                   С тобой вдвоём.

                   И если б дали мне в удел

                  Весь шар земной, Весь шар земной,

                  С каким бы счастьем я владел

                  Тобой одной,

                  Тобой одной.

 

ПОЦЕЛУЙ

                 Влажная печать признаний,

                 Обещанье тайных нег

                 — Поцелуй, подснежник ранний,

                 Свежий, чистый, точно снег.

                 Молчаливая уступка,

                Страсти детская игра,

                 Дружба голубя с голубкой,

                 Счастья первая пора.

                 Радость в грустном расставанье

                 И вопрос: когда ж опять?..

                 Где слова, чтобы названье

                 Этим чувствам отыскать?

 

***
                    
               Пробираясь до калитки
               Полем вдоль межи,
               Дженни вымокла до нитки
               Вечером во ржи.

              Очень холодно девчонке,
              Бьет девчонку дрожь:
              Замочила все юбчонки,
              Идя через рожь.

              Если кто-то звал кого-то
              Сквозь густую рожь
              И кого-то обнял кто-то,
              Что с него возьмешь?

              И какая нам забота,
              Если у межи
             Целовался с кем-то кто-то
             Вечером во ржи!..
 

 

Сегодня с древесным углем мы встречаемся преимущественно в виде топлива для мангалов. Но до 19 века он был единственным «чистым» (без дыма и копоти) топливом для обогрева домов и металлургии.

Большинство веществ, из которых состоит сухая древесина, жара при сжигании не дает, — две трети веса дров при горении уходят дымом. Задача, которая стояла перед нашими предками, была в том, как удалить из древесины эти летучие элементы, не сжигая при этом твердого вещества, дающего жар. И способ был найден.

Нарезанные дрова плотно укладывались определенным образом в глиняные ямы или строили из них небольшой холм, который затем присыпали землей; для небольшой тяги воздуха и выхода дыма в массе дров делали небольшие канальчики — и поджигали это сооружение.

Недостаток кислорода не давал возникнуть открытому пламени — шло медленное тление, угольный холм «курился» [поговорку «Нет дыма без огня» придумали явно не угольщики]. Процесс этот мог занимать до месяца. А когда он заканчивался, в итоге оставался древесный уголь (почти чистый углерод), легкий пористый материал, дающий «чистый» сильный жар.

Древесный уголь тысячелетия в жаровнях обогревал комнаты и плавил металл в кузницах, пока гигантски выросшая потребность в качественном топливе не заставила перейти на каменный уголь (который, по сути, такой же продукт еще более медленного, природного тления древесины).