ИСТОРИЯ - ЭТО ТО, ЧТО НА САМОМ ДЕЛЕ БЫЛО.

ЧТО ЛЮДИ ДУМАЛИ. Новое Российское государство. 90-е годы

в Без рубрики on 24.04.2017

 

«КТО МЫ?»

 

Махатма Ганди, лидер освободительного движения Индии:

 

«Цели мы не знаем. Позаботьтесь о средствах, цель же позаботится о себе сама»

 


Юрий Афанасьев, историк:

«Того, что происходило и происходит в России – СССР – России, в мировой практике еще никогда не было. Были революции, даже по нескольку в одной стране при жизни одного поколения. Рушились огромные империи. Развязывались войны. Были переходы от экономики одного типа к экономике другого. Обострялись отношения традиционализма с современностью. Даже масштабные социальные эксперименты с отрицательными результатами были. Но чтобы все это спрессовалось в несколько десятилетий в одной стране, когда более сотни миллионов человек стали жертвами (убитые, искалеченные, репрессированные, осужденные, переселенные, душевно больные, облученные, родившиеся больными, да и просто глубоко несчастные), такого не было нигде и никогда в мировой истории. Как охватить единым взором всю эту грандиозную перспективу? …Где искать истоки всего происходящего в современном российском обществе?»

 

Александр Яковлев, политик, 1992 год:

«Мы не раз начинали великие дела, но никогда не доводили их до конца. Не хватало терпения.

Мы низвергли все власти, какие только были у нас за последние 1000 лет. Осталось только низвергнуть самих себя, нашу беспредельную нетерпимость к другим и жалостливую терпимость к самим себе.

Ах, как мы ненавидим других за собственную лень, глупость и невежество.

Я верю, что мы преодолеем все невзгоды, если преодолеем самих себя»

 

Томас Манн, немецкий писатель, 1938 год:

 

«Лучше, честнее, веселее и плодотворнее, чем ненавидеть – это умение разглядеть зло в самом себе. И так – победить его, освободиться от этой тяжести»

 

 

Сергей Кириенко, политик:

«И вот мы перешли к демократическому государству, которое, собственно, не выстрадали. Ибо смена системы устройства в государстве произошла не потому, что большинство в обществе до этого дозрело, а потому что рухнула экономика Советского Союза… Мы эту новую систему власти – демократическое государство – получили как игрушку, которую не ждали. Выстрадана и востребована она не была. Слишком сложная техника, до которой я еще не дорос. Мигает огонечками красиво, но пользоваться потребности нет»

 

Леонид Баткин, публицист, 1990 год:

«Мы, так и не решившие задач буржуазно-демократической революции, оказались в эпоху НТР [научно-технической революции] в ситуации добровольной и безумной исторической робинзонады [так называют жизнь полностью автономную, проходящую в отрыве от окружающего мира]. И мы теперь вынуждены одновременно (притом, за считанные годы) решать те задачи, которые решил еще XIX век. Роковым образом вместе с тем мы ни в коем случае не можем возвращаться просто к «капитализму», а вынуждены одновременно взращивать элементарные первичные клеточки капиталистической цивилизации и осваивать ее нынешние сложнейшие, утонченнейшие формы. И вот это сальто-мортале сразу через две эпохи – эпохи классического и современного капитализма – мы должны проделать без хаоса, без крови, без диктатуры. Причем в составе страны есть целые регионы, сохраняющие еще… многое от XVII – XVIII веков! Невообразимая задача – но мы должны решить ее или погибнуть»

 

Анатолий Вишневский, демограф, экономист:

«Если бы черепаха могла думать, то она безусловно пришла бы к выводу, что человек – существо намного более беспомощное, чем она, ибо ему не на что опереть свое тело: у него нет внешнего каркаса. Идея позвоночника, служащего внутренней опорой, пожалуй, показалась бы ей странной, и она ни за что не отказалась бы от своего стеснительного, но надежного панциря в обмен на большую свободу жизнедеятельности позвоночных.

Примерно такого рода рассуждения лежат в основе неприятия либерализма и массовым, и элитарным сознанием во всех странах ускоренного перехода от простого сельского к более сложному городскому обществу. Все тоталитарные идеологии питает и роднит прежде всего активное, агрессивное противостояние либеральным принципам. …

Согласно Большой Советской Энциклопедии сталинских времен, либерализм «в широком смысле» был «синонимом примиренчества, терпимости к вредным, отрицательным явлениям и действиям, наносящим ущерб интересам государства, народа»

 

Михаил Салтыков-Щедрин, писатель, 19 век:

«Никто не предвидел, что наступит момент, когда каждому придется жить за собственный счет. И когда этот момент наступил, никто не верит глазам своим; всякий ощупывает себя словно с перепоя и, не находя ничего в запасе,.. кричит: «измена! бунт!»;

«Испуг до того въелся в нас, что мы даже совсем не сознаем его. Это уже не явление, приходящее извне, а вторая природа»;

«Оттепель – … возрождение природы; оттепель же – обнажение всех навозных куч… Оттепель – пробуждение в самом человеке всех сладких тревог его сердца, всех лучших его побуждений; оттепель же – возбуждение всех животных его инстинктов»

 

Денис Драгунский, публицист, 1999 год:

«Экономическая свобода – это не ключ от либерально-рыночного рая. Это всего лишь свобода добывать деньги так, как привык, как умеешь, к чему душа лежит, как кажется естественным. В нашем случае – с помощью обмана и насилия.

Наш стиль жизни, бесстыжий и циничный, – вот внутренний враг, обваливший экономику и разваливающий страну. Если этот враг не будет побежден, то Россия окажется камнем на шее планеты. Неужели в этом и состоит наша всемирно-историческая миссия?»;

«Либерализм гораздо жестче, чем социал-демократизм и даже плановое хозяйство. В либерализме гораздо больше запретов, причем самые главные, как на грех, – внутренние. Так сказать, совестные запреты. А с совестью у нас проблемы»;

«Российский жизненный стиль плохо совместим с либеральной экономикой. «Разрешено все, что не запрещено», – базовый правовой принцип цивилизованного либерализма. Но бывшие советские люди восприняли это как крик: «Охрана смылась!» Потому что нет такого многотомного кодекса, где можно было бы запретить все преступное, бесстыжее и подлое, что приходит в голову людям, прошедшим суровую школу реального социализма»

 

Иннокентий, епископ Читинский и Забайкальский, 1999 год:

«Жизнь отдельного человека связана не только с близкими ему людьми, кровным ему народом, но и со всем родом человеческим»;

«Страшные жертвы в послереволюционные годы, годы репрессий, в Великую Отечественную войну, казалось бы, должны были пробудить сознание народа. Однако нет, этого не произошло в массе его… Духовно-нравственное разложение захватывало все новые поколения, хотя милость Божия никогда не оставляла народ России. И тогда Господь возводил людей из царства тьмы, а так называемая «перестройка» стала подлинным даром от Бога. Однако воспользовались свободой не во благо в большинстве своем, а обратили свободу во зло себе и ближнему своему. И буквально за короткий срок увидели свое подлинное духовное состояние, всю степень своей прогрессирующей моральной деградации. … Результаты последних лет закономерны, иного и не могло быть.

… Покаяние в прошлых наших делах совершенно нам необходимо. Нельзя игнорировать прошлое, оно мстит за себя. Разве мы не видим этого сегодня?

… Зло должно быть названо злом, а добро должно быть наименовано добром. Злые деяния, злые символы не должны быть преданы забвению. О былом грехе надо сохранить память, иначе он вернется вновь, но помнить о нем надо именно как о грехе, как о нашем национальном позоре»

 

Лариса Лисюткина, публицист, 1992 год:

«…Россия – христианская страна. И представления ее народа о добре и зле, об устройстве социальной и личной жизни, о том, что такое человек и в чем его предназначение, совпадают с западными, несмотря на всё различие исторических судеб. …

Остается только одно – Россия может войти в общеевропейский дом как христианская страна, с тем же типом цивилизации, но с несчастной судьбой. Для того, чтобы обрести будущее, она должна сначала обрести свое прошлое, в котором остались давно забытые христианские ценности и идеалы. Это может произойти по-разному: с церковью или без нее, с верой в Христа или только с помощью христианских нравственных заповедей.

Мы заглядываем в далекое будущее и стремимся увидеть там свободную и богатую Россию. Но при этом никому не хочется вспоминать о том, что сейчас в ней живут люди, которым с детства внушали, что вместо заповеди «Не укради» надо жить по принципу «Грабь награбленное», вместо «Не убий» – «Классовых врагов надо уничтожать», вместо «Чти отца своего» – «Донеси на отца своего». И именно с этими, а не с другими людьми придется строить демократию, и им надо войти в общеевропейский дом. Они знают, что жить так, как живут они, нельзя. А как надо – не знают»

 

Григорий Померанц, философ:

«Почему восстановление демократии, после нацизма в Германии, после фашизма в Италии, началось с долгого правления христианско-демократической партии? Я ничего не имею против социал-демократов и социалистов. Но в 1946 году у социал-демократов не хватало опор для нравственного сдвига, который был необходим после Гитлера. …Час социал-демократов наступил позже, тогда, когда Германия уже вернулась к основам христианской цивилизации. Лик зверя мог уравновесить только лик Христа.

В 40-е годы христианство для Германии было не только традиционной религией. Оно стало политическим лозунгом дня. Этот лозунг объединил католиков и протестантов, всех верующих в Бога и чувствовавших свою вину перед Богом… Возник духовно-нравственный… союз. Политическим воплощением его и стала христианско-демократическая партия. Несовершенным, как всякое политическое воплощение духовного идеала. И Аденауэр – не совершенство. Наверное, есть за что его ругать. Но когда он приехал в Москву, выручать немецких военнопленных, «старик» (как называл его Хрущев), провел больше часа в Третьяковской галерее, около своих любимых икон (ни у одного российского премьера такой потребности никогда не было). У этого политика что-то было за душой. Он не только свечку умел подержать»

 

О. Андрей Кураев, православный богослов:

«Какая самая массовая религия в России? Нет, не Православие. Можно обмануть профессиональных социологов (и они, поверив на слово гражданам, будут утверждать, что большинство верующих России сочувствуют Православию). Но нельзя обмануть тех, кто имеет дело не со словесными заверениями, а с деньгами. Нельзя обмануть книготорговцев. Так вот, на одну книгу о Православии, продающуюся на уличных прилавках, приходится не менее двадцати книг по оккультизму и язычеству (без учета романов «мистических ужасов»). Гороскопы, учебники по йоге и медитации, мистические трактаты от Древнего Египта до Кастанеды да плюс неоязычники типа Хаббарда.

Да, есть люди, которые нашли свое место в Православной церкви. Но гораздо быстрее, чем число прихожан в православных храмах, увеличивается в последние годы в России число сторонников языческих практик…

Прибавьте к этому обилие всевозможных сектантских проповедников (от кришнаитов до «преподобного Муна»)… – и у вас заметно поубавится охоты рассуждать о «духовном возрождении России». …

Язычество – это не поклонение дьяволу… Это поклонение тому, что не есть Бог. Поклонение совести. Поклонение нации. Поклонение искусству. Поклонение здоровью. Богатству. Науке. Прогрессу. «Общечеловеческим ценностям». Космосу. Самому себе.

Самое опасное… – это поклонение самому себе[«Из всех страшных вер самая страшная – поклонение богу, сидящему внутри тебя. …Если Джонс поклоняется тому, что у него внутри, он рано или поздно поклонится Джонсу. Пусть лучше поклоняется солнцу и луне, кошкам и крокодилам!» (Гилберт Честертон, английский писатель, католик, начало 20 века)]

Здесь – важнейшая грань, непроходимо разделяющая христианский опыт и опыт языческий.

…Парадокс..: святые называют себя грешнейшими, тогда как мы чуть не ежедневно встречаем на улице, мягко говоря, несовершенных людей, уверяющих, что у них-то грехов никаких нет: «Если и убивал кого, так только по делу!»

 

Лев Шестов, философ, 1920 год:

 

«Русским людям нужно – вставая и ложась спать – постоянно повторять: там, где нет свободы, не может быть ни устроенности жизни, ни благосостояния, вообще ничего, что ценится на земле»

 

 

Журнал «Эксперт», № 1 за 2001 год:

«Конституции, законы, схемы функционирования и разделения властей писались кровью, а нам достались как бы бесплатно. Но так не бывает. Должны пройти годы и годы, в течение которых общество дозревает до понимания того, зачем все это надо. Сначала общество думает, что если отменить социализм, то автоматически наступит капитализм. Затем одна часть общества начинает скупать ваучеры, другая едет в Турцию или в Америку продавать соответственно бинокли или секреты, третья ворует медные провода, четвертая, пятая и шестая – плачет. Когда, наконец, все всё скупили, продали, украли и выплакали, остается одно – или умереть, или работать. Но только приступил к настоящему делу, тут и оказывается, что если раньше худо-бедно обходился без законов, свобод и порядков, то теперь никак не получается. Вот именно таким образом впервые за десять лет объявленной демократии в России появился заметный слой граждан, которые необходимость реформ почувствовали на собственной шкуре и которые готовы формулировать требования к государству»

 

Андрей Фадин, социолог:

«…Как выяснилось, Мы – это вовсе не центр мировой системы и даже не часть так называемого развитого мира…

На что опираться, кем себя ощущать, кем себя мыслить? Можем ли мы сегодня искренне повторить вслед за Пушкиным, что не желали бы иной истории своему народу? Зловещее величие империи рухнуло, и обнажилась пустота. Что делать – непонятно.

Учиться быть нормальным, одним из многих, в общем-то, бедным народом, живущим в богатой, но несчастной стране, – другого пути нет. Начались холодные, жестокие будни истории, которые наступают вслед за кровавым пиром революции и похмельем диктатур. … Когда приходится бороться с чувством собственной вторичности, «второсортности», провинциальности. И когда нельзя создавать новых мифов.

Но… нельзя и не создавать! Ибо без идеального образа самих себя и ожиданий жить не может ни один народ»

 

 

ГЛАС НАРОДА-2000

 

Станислав Ежи Лец, польский писатель:

Проблему надо взвешивать брутто. Вместе с нами.

 

Данные опросов, проведенных Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ):

 

По какому историческому пути должна идти Россия? (% от числа опрошенных)

 

По общему для современного мира пути европейской цивилизации 15
Вернуться на путь, по которому двигался Советский Союз 18
По своему собственному особому пути 60
Затрудняюсь ответить 7

 

Вы согласны, что Россия всегда вызывала у других государств враждебные чувства, что нам и сегодня никто не желает добра? (% от числа опрошенных)

 

1994 год 2000 год
Совершенно согласен 18 28
Скорее согласен 24 38
Скорее не согласен 26 21
Целиком не согласен 12 6
Затрудняюсь ответить 20 7

 

В какой мере Вы согласны с тем что… (% от числа опрошенных)

Да Нет
…Россия отличается особой самобытностью и духовной культурой, превосходящей все другие страны мира? 71 20
…русский человек не может обойтись без властных лидеров, сильной руки, которая бы направляла его действия? 72 18

 

 

Опубликовать:

FacebookTwitterGoogleVkontakteOdnoklassniki


Комментарии закрыты.