ИСТОРИЯ - ЭТО ТО, ЧТО НА САМОМ ДЕЛЕ БЫЛО.

РАЗГОВОР. Запад на Востоке

в Без рубрики on 24.04.2017

 

Начнем с того, что Японию мы не понимаем. В «западном» мире (к которому мы, безусловно, относимся) тех, кто ее понимает, вероятно, считанные единицы. Эта страна до сих пор очень «закрытая» от любых иностранцев, они там просто не выживают долго. А тот, кто самонадеянно считает, что он Японию «понял», тот наверняка ошибается — и постоянно делает неверные прогнозы.

Например, поражает способность японцев «на лету» схватывать господствующие в «западном» мире идеи и тут же применять их у себя, готовность идти «в ученики» к обогнавшим их народам. До европейцев образцом для японцев был Китай, а с середины 19 века таким непререкаемым авторитетом, объектом для подражания, копирования даже стал Запад. Трудно назвать другой крупный народ с непрерывной тысячелетней историей, который бы вел себя подобным образом.

Страна за век изменялась дважды, причем изменялась круто, радикально — и с немалой для себя пользой. Но при этом, если для европейцев в ходе их грандиозных перемен менялся весь строй жизни десятков миллионов людей, менялись вкусы, привычки, понятия о красоте, даже господствующий тип характеров, то японцы при этом, казалось, не менялись вовсе.

«Наверху» мог быть император, диктатура генералов или демократия, вокруг могло господствовать натуральное хозяйство или развитая рыночная экономика — японец оставался прежним. Он чувствовал себя членом клана, который отвечает за его личную успешность, он был защищен от любых внешних неожиданностей, его продвижение по службе зависело не столько от его личных качеств, сколько от выслуги лет. Характерная традиционная привычка «не высовываться» сохранилась в целости за одним исключением — надо было очень хорошо сдать школьный или вузовский экзамен, чтобы попасть в солидную фирму, после чего можно считать, что «встал на эскалатор» — дальнейшая судьба работника определилась чуть ли не до смерти.

Япония, таким образом, избежала мучительных корчей, охвативших Европу при сломе традиционного общества, начавшемся во времена промышленного переворота. После войны страна попала в чрезвычайно благоприятные внешние условия — не надо было тратиться на вооружения, открылся огромный рынок для воюющих рядом, в Корее, а потом во Вьетнаме американцев, дешево стоившие западные технологии, дешевое сырье и топливо, дешевая и чрезвычайно добросовестная рабочая сила и — умная и дальновидная политика послевоенных правительств.

Бешеный экономический рост привел к такому накоплению капиталов, что им уже стало тесно внутри страны, и их излишки потекли по миру. Японские компании начали активно скупать бизнесы и недвижимость в США и Европе, чем поначалу вызвали в этих странах настоящую панику: «Эти японцы у нас тут все скупят!» Но довольно скоро тревоги улеглись. Выяснилось, что, когда сами японцы брались управлять купленными компаниями, дела у них начинали идти хуже, чем у конкурентов. Оторвавшись от родной «управляемой» конкуренции, конкуренции настоящей, свободной, они не выдерживали. Японский принцип продвижения работников (выдвижение за выслугу лет, а не по способностям) здесь был минусом, а не плюсом, как на родине. И постепенно компании, накачанные японскими деньгами, превращались в обычные для западных экономик бизнесы с западным менеджментом и с западными же методами работы.

За все надо платить. За рост в благоприятные десятилетия Япония начала расплачиваться в 90-е годы. Слишком дорого стало закупать технологии «со стороны»,  вздорожало сырье и топливо, слишком дорого стала стоить отечественная рабочая сила. Из очередного экономического кризиса конкуренты сумели выйти в очередной раз обновленными, а Япония преодолеть его не сумела. Темпы экономического роста стали «нулевыми». Контролируемые правительством банки стали выдавать японским бизнесам ссуды на развитие под ничтожные проценты, а затем и вовсе стали предлагать беспроцентные кредиты — ничего не помогало, рост производства не возобновился.

Причем, экономический рост Японии застыл в точке, которая характеризовалась самой большой в мире почасовой оплатой труда и… 65% процентами его производительности по сравнению с американским уровнем.

Япония очень высокоразвитая страна, и беспокоиться за ее судьбы, наверное, не стоит. Но о мировом лидерстве стране буддистской культуры можно забыть.

Япония — пожалуй, наиболее яркий пример вхождения в индустриальную и даже постиндустриальную цивилизацию страны либеральной, демократической, но лишенной традиций индивидуализма.

P.S. Перечитайте, пожалуйста, первый абзац…

 

 

 

Опубликовать:

FacebookTwitterGoogleVkontakteOdnoklassniki


Комментарии закрыты.