ИСТОРИЯ - ЭТО ТО, ЧТО НА САМОМ ДЕЛЕ БЫЛО.

РАЗГОВОР. Гибель Древнерусского государства. Две Руси

в Без рубрики on 24.04.2017

 

МОНГОЛЬСКОЕ НАШЕСТВИЕ

В публикациях на эту тему можно встретить мнения о том, что Русь не так уж катастрофически пострадала от Батыева нашествия. Мнения такого придерживаются историки, которые положительно оценивают вхождение северной и восточной Руси в состав ордынского государства. Они указывают, что русские летописи описывают само нашествие довольно невнятно, — это действительно так. Они ссылаются на выводы исследователей о том, что знаменитая, вошедшая во все учебники «Повесть о разорении Рязани Батыем» написано не очевидцем событий, а талантливым, обладавшим богатым художественным воображением писателем, жившим тремя веками позже описанных им событий, — и это тоже очень может быть…

Но здесь в спор вмешивается одна из «точных» отраслей исторической науки — археология. Раскопки в десятках городов, доходя до слоя 12 века, непременно натыкаются на слой пепла (толщиной иногда свыше полуметра). Это означает, что города были взяты и сожжены дотла, а то, что обычно делали монголы с населением захваченных городов, хорошо известно по документам, оставшимся от других жертв грандиозного евразийского нашествия. Приведенные в учебнике цифры разорения древнерусских городов опираются именно на археологическую статистику.

Сергей СоловьевО монгольском нашествии на Северо-Востоке Руси

Николай Карамзин. О монгольском нашествии на Юго-Западе Руси

Cтоит отметить, что привычное нам наименование государства, основанного Бату — «Золотая Орда» — впервые встречается в русских документах только с 16-го века, с Ивана Грозного. Точнее, вслед за древнейшими русскими летописями, называть ее просто Ордой. Монголы предпочитали называть ее «улусом Джучи», поскольку эта территория досталась наследникам старшего сына Чингиз-хана Джучи (сам он умер еще при жизни отца).

Было обстоятельство, усугубившее на православной Руси ощущение вселенской катастрофы: очередной крестовый поход рыцарей-католиков (четвертый по счету) закончился в византийской столице, — в 1202 году крестоносцы штурмом взяли Константинополь, установили контроль над греческой частью Византии и основали там свои государства (крупнейшим из которых была «Латинская империя» с центром в Царьграде). Ромеи отступили в Малую Азию и только через полвека сумели изгнать «латинов» и восстановить свою Империю, хотя и в сильно урезанном виде. Разгром Руси кочевниками произошел в ситуации, когда главный центр восточного христианства был захвачен западным соперником, и Византия —  духовный патрон Руси и наставница ее в вере — на время прекратила свое существование.

 

ДВЕ РУСИ

В последние годы среди историков вновь разгорелся спор о том, «откуда есть пошла Литовско-Русская земля». Наши белорусские коллеги настаивают на том, что вовсе не литовцы завоевали Западную Русь, а, наоборот, — православные княжества поглотили языческую Литву.

Думается, что споры эти того же порядка, что и дискуссии о призвании варягов, — династические частности иногда заслоняют суть дела. Государственность «со стажем», высокая письменная культура, церковная организация религии, ремесленные и торговые навыки, многочисленность населения, традиции городского самоуправления, влиятельный «средний класс» (боярство), с одной стороны, и небольшой, менее культурный, но воинственный народ, который смог выдвинуть ярких, сильных и умных вождей.

Симбиоз таких непохожих народов создал государство не только сильное, но и очень долгое время внутренне стабильное, сумевшее защитить свое население от внешних вторжений, обеспечившее благополучие многих поколений.

 

Теперь о том, о чем в этом Курсе — в отличие от всех остальных — не написано. В нем проигнорированы, как малозначащие, подвиги национального героя Александра Ярославича по прозванию Невский, случившиеся на западном направлении. Курс даже не упоминает не только о столкновении со шведским отрядом на берегу Невы, но даже о еще более знаменитом Ледовом побоище. Объяснимся.

Как-то так получилось, что боевые столкновения новгородцев и суздальцев со скандинавами и с орденцами в начале 40-х годов 13-го века значительно позже, через несколько веков, были осмыслены чуть ли не как глобальное столкновение славянского, русского православного Востока с германским католическим Западом.

Нам кажется, что на этой странице русской истории некоторые акценты пора расставить в несколько большем соответствии с тогдашними реалиями.

 

Прежде всего, необходимо отметить, что Орден появился в Прибалтике уже в то время, когда о былом единстве Киевской Руси оставались одни воспоминания. Так что, противостояние крестоносцам вряд ли могло восприниматься как общерусское, — соседствование с «немцами» было проблемой сугубо новгородской.

Позднейший тезис о том, что «католический Запад» поспешил воспользоваться батыевым разгромом для завоевания русских земель, весьма сомнителен. Орденцам (как и «шведско-датско-норвежско-литовско-польским феодалам»), как и прежде, противостояла Новгородская земля, татарским нашествием практически не затронутая и в военном отношении не ослабленная. Суздальский князь Ярослав остался в стороне от столкновения с ордами Батыя, и, как и встарь, имел достаточно сил, чтобы посылать дружины во главе со своими сыновьями на подмогу новгородскому ополчению. Таким образом, баланс сил на северо-западном «театре» каких-либо изменений после монгольского нашествия не претерпел.

Наиболее острыми противоречиями в этом районе были не православно-католические, не общерусско-германские и даже не новгородско-орденские. Сюжет здешних событий закручивался, прежде всего, внутренними конфликтами в самой Новгородчине — борьбой княжеских родов (между смоленской и суздальской ветвями Рюриковичей), а также борьбой новгородских кланов. Не последнюю роль играли и псковско-новгородские конфликты. Помимо этого, территории расселения племен чуди (эстонцев) и води (вотяков) были частью под властью Новгорода, а частью — под Орденом, и ситуация эта порождала во взаимоотношениях соседей постоянную напряженность.

Что же до «агрессии шведских феодалов», то борьба между новгородцами и скандинавами за устье Невы с переменным успехом шла уже не один век до Александра и завершилась только через несколько столетий после него — при Петре I. Отражение очередной попытки скандинавов взять под контроль новгородский торговый путь в Балтику было в этой затянувшейся борьбе вполне рядовым эпизодом, — «битва на Неве» была замечена только новгородским летописцем, но не отмечена ни в суздальских, ни в скандинавских источниках.

Цепь событий, приведших к битве на Чудском озере изложена известным историком Русланом Скрынниковым:

Руслан Скрынников. О предыстории “Ледового побоища”

Даже если не зачислять в рыцари обозную челядь, потери Ордена на Чудском озере были весьма велики и трудновосполнимы. Больше активных действий на своих восточных рубежах ливонцы не предпринимали.

Но вряд ли справедливо утверждать, что именно Ледовое побоище обескровило орденские силы, — ведь за шесть лет до него (в 1236 году) литовцы в битве под Шауляем, по данным той же немецкой хроники, выбили рыцарей вдвое больше. Приток новых добровольцев-крестоносцев с запада едва мог лишь восполнить столь крупные потери за столь короткий срок.

Спросите самих себя: что вы знаете о Ледовом побоище, о битве под Шауляем и о Грюнвальдском сражении. И лишний раз убедитесь в том, что ваша информированность обратно пропорциональна реальному значению этих событий в истории борьбы с крестоносцами.

Впрочем, если вам привычнее, удобнее интерпретация тех событий, которая дана в знаменитом, но абсолютно антиисторическом фильме «Александр Невский» Сергея Эйзенштейна, то ее текстовый вариант можно по-прежнему найти практически в любом школьном учебнике.

 

Одна из загадок ордынского периода русской истории — возвышение Москвы. Почему так быстро нарастил силу, богатство, влияние этот небольшой городок, окраинная застава Владимиро-Суздальского княжества?

Одни пытаются объяснить это промыслом Божьим, — возможно, конечно, но такой поворот темы не в компетенции историка.

Другие пытаются найти объяснение в выгодном расположении на перекрестке торговых путей, — но ведь многие города строились и росли именно на таких перекрестках (да и вряд ли возвышение Москвы сильно зависело от интенсивности торговых операций, — это все-таки не Новгород).

Третьи обращают внимание на защищенность этого лесного угла от нападений, что делало Москву привлекательной для переселенцев из опасных районов Руси, — но и здесь Москва не была уникумом среди городов Залесья.

В общем, удовлетворительных и исчерпывающих объяснений нет.

Безусловно, сыграл свою роль субъективный, «человеческий фактор» (об особенностях характеров московских князей достаточно определенно написано в Главе). И еще одна причина безусловная — ханская поддержка покорнейшего и слабейшего из претендентов на великокняжеский престол. Объясняют ли два последние соображения лидерство Москвы в «русском улусе»? Да, в какой-то мере, но все-таки не полностью.

Во всяком случае, стремительное превращение Москвы из захолустного «острожка» в столицу крупнейшей европейской страны, распространение московских порядков на все земли и княжения Руси — это действительно удивительный феномен, пожалуй, не имеющий аналогов в истории (национальные государства везде «кристаллизовались» вокруг старых, известных городских центров).

Василий Ключевский. О возвышении Москвы

Тема эта, несмотря на седую древность событий, по-прежнему актуальна и более, чем остра.

Если говорить об исторических корнях нашего теперешнего государства, то они, конечно же, не из Киева тянутся, а из северо-восточного, «залесского» угла Древнерусского государства, а если говорить еще более точно, то — из крохотного, второстепенного его княжества, из Москвы.

Давно начались и не скоро закончатся споры о роли изначальной Москвы в формировании и Московского царства, и Российской империи, а затем и СССР (влияние тех давних событий заметно и в тех проблемах, с которыми сталкивается наша страна и сегодня).

 

Только, говоря о людях той эпохи, не надо подозревать их в излишней провидческой мудрости. Научно выражаясь, не будем при этом телеологичны. Это мы знаем, что впереди у Москвы долгое и большое будущее. Тогдашние же князья и бояре вряд ли даже во сне представляли себе, во что в далеком будущем выльются их усилия. Они — выживали.

Осуждают же их или хвалят лишь люди, которым черты нашей страны, пришедшие из той Москвы, невыносимы или, наоборот, очень нравятся.

 

Для того, чтобы ориентироваться в нынешних спорах, чтобы выработать в них свое собственное мнение, приведем две крайние точки зрения:

 

«Велико счастье Руси, что в момент, когда в силу внутреннего разложения [раздробленности] она должна была пасть, она досталась татарам, а не кому другому. Татаре — «нейтральная», культурная среда, принимавшая «всяческих богов» и терпевшая «любые культуры», пала на Русь, как наказание Божие, но не замутила чистоты национального творчества… Если бы ее взял Запад, он вынул бы из нее душу… Татаре не изменили духовного существа России…

Действием ли примера, привитием ли крови правящим, они дали России свойство организовываться военно, создавать государственно-принудительный центр, достигать устойчивости; они дали ей качество — становиться могущественной «ордой».

(Петр Савицкий,  теоретик «евразийства»)

 

Имеются на этот счет и другие мнения:

«Обязанная своим возвышением прежде всего татарофильской… политике своих первых князей, Москва, благодаря ей, обеспечивает мир и безопасность своей территории, привлекает этим рабочее население и переманивает к себе митрополитов. Благословение Церкви… освящает успехи сомнительной дипломатии. Митрополиты… начинают отождествлять свое служение с интересами московской политики… Национальное освобождение уже не за горами. Чтобы ускорить его, готовы с легким сердцем жертвовать элементарной справедливостью и завещанными из древности основами христианского общежития. Захваты территорий, вероломные аресты князей-соперников совершаются при поддержке церковных угроз и интердиктов [отлучений от церкви]. В самой московской земле вводятся татарские порядки в управлении, суде, сборе дани. Не извне, а изнутри татарская стихия овладевала душой Руси, проникала в плоть и в кровь. Это духовное монгольское завоевание шло параллельно с политическим падением Орды»

«Двухвековое татарское иго еще не было концом русской свободы. Свобода погибла лишь после освобождения от татар».

(Георгий Федотов, историк)

 

Попробуйте «повертеть» эту проблему сами, посмотреть на нее с разных сторон — это интересно.

 

 

Опубликовать:

FacebookTwitterGoogleVkontakteOdnoklassniki


Комментарии закрыты.